Книга диалог




НазваниеКнига диалог
страница9/21
Дата публикации22.02.2013
Размер2.83 Mb.
ТипКнига
uchebilka.ru > Философия > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21
^

Глава восьмая


1

Главное свойство внимания состоит в том, что оно все время колеблется, очень подвижно. Оно может быть направлено на несколько предметов сразу, мгновенно останавливаться на чем-то одном, потом постепенно ослабевать или так же быстро переключаться на что-то другое. Внимание – прожектор, у которого все время меняется фокус (то узкая и сильная полоса света, то широкая и слабая), и с огромной скоростью может он поворачиваться на вышке.

Эта способность к передвижению луча внимания – спасительное свойство человека. Если бы внимание было малоподвижно, люди не замечали бы опасностей, угрожающих им со всех сторон, и, возможно, вымерли бы еще до того, как стали разумными людьми. Когда человек идет по джунглям, его внимание должно быстро перекидываться во все стороны – реагировать на каждый шорох. Может, тигр? Может, змея притаилась? Еще ни один рассеянный не вернулся из джунглей домой.

Но в классе, где нет тигров и змей, и за домашними уроками, где ничто не угрожает нашей жизни, зачем такая подвижность внимания? Вроде бы она мешает. Как было бы удобно уставиться в страницу и смотреть не отвлекаясь!

Мы пытаемся сделать что-то подобное и обнаруживаем, что это невозможно. Луч внимания остановить нельзя.

Но вот включен телевизор, на кухне разговаривают, и даже гром гремит за окном, а некий человек сидит, неловко скрючившись за столом, так что нога затекла, но он и этого не замечает. Он углубился в книгу. Что же, его внимание остановилось?

Нет. Внимание не может остановиться. Луч внимания все время подвижен, он следит за движением чего-то вне нас или внутри нас. Если мы в поле и перед нами ничто не движется, луч внимания постепенно оглядывает поле, движется сам. Если же по полю побежит заяц, мы будем следить за зайцем, за его движением, пока нас не привлечет другое какое-нибудь движение, например, охотника с ружьем. Внимание всегда следит за каким-то движением, оно не может останавливаться. В одном из индейских племен детей учат сидеть тихо и смотреть, когда не на что смотреть, и слушать, когда все вокруг тихо. Но это считается самым тяжелым испытанием, это все равно, что переносить страшную боль.
^

еще ни один рассеянный не вернулся из джунглей домой


И все-таки главное свойство человеческого внимания не в его подвижности, а в его универсальности. Человек обладает совершенно уникальной способностью направлять луч внимания на любые без исключения предметы. Причем по собственной инициативе! И не потому, что произошло какое-то движение, а потому, что у человека возник какой-то интерес, не имеющий отношения к его прямым биологическим нуждам. Например, познавательный интерес. Или эстетический...

Вообще говоря, слово “внимание” происходит от слова «внимать». Принимать те сигналы, которые посылает живому существу окружающий мир. И для любого живого существа внимание к этим сигналам – важнейшее условие выживания.

Но по той же самой причине животное совершенно индифферентно к тем сигналам, которые не имеют для него сколько-нибудь важного биологического значения.

На этом и строится принцип внимания в животном мире: четко отделить биологически значимые факторы (пища, вода, опасность, сексуальные партнеры и т.д.) от биологически нейтральных.

Таким образом, способность животного быть внимательным к тем или иным объектам заложена на уровне его видовой программы и определенного жизненного опыта.

Присмотримся к поведению любого домашнего животного.

На что оно обращает внимание?

Исключительно на то, что оказывается для него биологически, жизненно важным.

На сигналы опасности (прежде всего звуковые), а значит, на любые непривычные звуки, шорохи, которые могут свидетельствовать о какой-то потенциальной угрозе.

На запахи пищи или воды.

На движущиеся объекты, которые могут быть потенциальными объектами охоты.

На особи своего вида, но противоположного пола – по столь же понятным биологическим причинам...

Вот, собственно говоря, и все.

К остальному миру животное практически индифферентно.

Нет биологической потребности – нет необходимости во внимании.

Внимание четко сконцентрировано в тех зонах, которые являются значимыми для данного вида животных. И количество таких зон относительно невелико.

Совсем иная история с человеком.

Человек – это единственное в мире универсально-предметное существо.

А это значит, что его внимание может оказаться сосредоточено на чем угодно.

На листе дерева.

На луче солнца.

На хмуром выражении лица случайного прохожего.

И все, что бы ни попало в зону человеческого внимания, может стать предметом медленного вглядывания и размышления. Или просто мелькнуть вспышкой краткого интереса.

Но самая главная загадка человеческого внимания – в том, что оно носит произвольный характер. И оттого в одной и той же ситуации разные люди обращают свое внимание на совершенно разные вещи.

Вообще с точки зрения чисто биологических принципов человеческое внимание – очень странная вещь. Ведь если человек способен обращать внимание на все что угодно, это резко снижает ресурс его выживаемости.

Животное, например, никогда не забудет поесть. А вот человек, читающий увлекательную книжку или занятый каким-то другим интересным делом, вполне может забыть о чувстве голода. Отсюда и хорошо известный образ «рассеянного» профессора. Чем больше развита в человеке способность сосредоточивать внимание на произвольных предметах, тем выше общая рассеянность. Но зато выше познавательная способность!

Универсальный характер человеческого внимания хорошо виден по тому «вещному миру», которым человек окружает себя дома. Ведь каждая вещь оказалась там потому, что попала в зону нашего внимания.

Сравним под этим углом зрения жилище человека с жилищем любого животного.

Жилище любого животного носит строго функциональный характер. В нем есть только то, что непосредственно требуется для жизни.

Жилище человека – это целая Вселенная, состоящая из сотен и тысяч вещей и вещиц, которые большей частью вовсе не являются жизненно необходимыми.

Попробуйте прямо сейчас составить список вещей, которые есть в вашем доме. Составляйте список тщательно, не пропуская ни одного предмета. Загляните в каждую комнату, в каждый ящичек письменного стола или комода, и вы очень скоро убедитесь, что описание вещной среды вашего дома – задача практически неподъемная.

Но самое главное заключается в том, что абсолютное большинство из этих вещей вовсе не находится в зоне первой необходимости.

Скорее дело обстоит прямо противоположным образом.

Тогда почему же эти вещи попали в дом и почему их количество в доме непрестанно растет (несмотря на то что хорошая хозяйка регулярно делает генеральную уборку и от каких-то из них старается избавиться)?

Вещи попадают и оседают в доме по ряду причин.

Первое соображение – это конечно же соображение полезности. Однако абсолютное большинство так называемых полезных вещей используется хозяевами лишь время от времени.

Так что с точки зрения утилитарности большинство вещей, оказавшихся у нас дома, продолжают находиться там на всякий случай или из принципа «не пропадать же добру».

И любую вещь, которую человек считает полезной, вовсе не назовешь абсолютно необходимой для выживания.

Потому, кстати, в жилище любого животного мы и не найдем никаких «полезных предметов»; какими бы они ни были полезными, в принципе без них вполне можно обойтись.

Если мы сравним жилище современного цивилизованного человека с жилищем древнего грека или папуаса с Новой Гвинеи, то поймем, что у людей разных культур и исторических эпох – совершенно разные соображения о полезности.

Но есть и другие принципы, по которым вещи оседают в наших домах на долгие годы.

Например, из соображений красоты.

Ведь человек не просто строит жилище как надежную охрану от холода и врагов, но и насыщает его некими образами красоты. Как бы ни был человек неразвит, в том, как он организует пространство своей повседневной жизни, всегда есть эстетический элемент. Причем у каждого жилища – своя, индивидуальная эстетика. И многие предметы находятся в этом жилище именно потому, что они выполняют эстетическую функцию.

А еще многие вещи существуют в наших домах потому, что несут в себе какую-то память. Каждая вещь словно хранит прикосновения и взгляды тех людей, которые когда-то жили в доме. А еще хранит наши собственные воспоминания, нашу эмоциональную память. И возможно, это главная причина, по которой так трудно расставаться со старыми вещами. Они хранители наших воспоминаний. С их помощью мы можем вести диалог со своим прошлым.

Точнее, вещи словно метят воспоминания. И потому стоит бросить взгляд на какую-то старую вещь – в душе пробуждается ни с чем не сравнимое чувство, пробуждаемое этой вещью.

И это еще один аспект человеческого внимания.

Однако вернемся к нашему человеку с книгой в руках: какое перед ним движение? Очень бурное – движение мысли автора, движение образов, движение судеб героев. И чем активнее эти движения, тем легче сосредоточить на них внимание, тем больше захватывает книга. Поэтому маленькие ребята не любят описаний природы – в них меньше движения, и внимание ребят сразу рассеивается: не за чем следить. Они умеют пока что следить только за быстрым, энергичным движением, как в приключенческих книгах и фильмах. Но чем больше развивается человек, чем выше его культура, тем более разнообразные движения начинает замечать он.

Когда человек сидит не шелохнувшись и слушает музыку, он следит за движением мысли и чувства композитора. Тот, кто музыки не понимает, этого движения заметить не может – музыка кажется ему однообразной, и потому он не в состоянии слушать, не в состоянии собрать внимание. Его внимание как бы засыпает: ухо перестает слышать, глаз – видеть, и он сосредоточивается на собственных мыслях, на их движении.

Он может спохватиться, но ненадолго. Через несколько мгновений внимание его опять рассеется.

Но человек, который слушает и слышит музыку, тоже сосредоточен на собственных мыслях и чувствах. Отличие в том, что его мысли и чувства оживают в пространстве этой музыки, “резонируют” с музыкой, строят свой диалог с ней.
^

к чему внимателен человек?


Пока человек не развит, он способен воспринимать лишь внешнее движение: скачки, погони, приключения. Но чем больше он учится, чем больше его знания о мире, тем больше скрытых движений начинает он различать. Ему становится легко следить за ними, легко быть внимательным к разным сторонам жизни, и он видит гораздо больше неразвитого человека.

Быть внимательным – значит следить за каким-то движением; развиваться – значит учиться различать скрытые движения в жизни, в искусстве, в природе, в науке, в людях.

Неужели и правда маленький ребенок не способен сосредоточить свое внимание на каком-то статичном предмете? Что ж, совсем в грудничковом возрасте это, возможно, и так: младенец следит исключительно за движущимися предметами.

Но уже очень скоро ребенок вполне научается сосредотачивать внимание на предметах неподвижных. Важно только, чтобы этот предмет не был навязан ребенку, чтобы он был выбран им самим, то есть когда у него возник собственный интерес к предмету.

Вот мы вышли гулять во двор со своим трехлетним ребенком и видим, как он нашел на земле какую-то палочку, взял ее в руки и с нескрываемым интересом разглядывает. Мы говорим ему: «Бяка! Брось!» А он никак не желает расставаться со своим приобретением и даже плачем готов отстаивать право на эту палочку. Почему-то она попала в зону его внимания, стала ему интересна. Почему? Мы можем только догадываться. Сам ребенок пока рассказать об этом не может. Но можно предполагать, что палочка оказалась для него предметом какого-то переживания, какой-то фантазии, какого-то думания.

А как сосредоточенно копаются дети в песочнице! Или играют в куклы – ведь все это требует весьма и весьма серьезного сосредоточения внимания!

Так что не будем торопиться с утверждением, что, пока ребенок мал, он может воспринимать и быть внимательным лишь к внешнему движению.

Но в чем же в таком случае состоит загадка человеческого внимания? К чему внимателен человек?

Мы уже говорили об этом не раз: к тому, в чем он обнаруживает свое Я.

К тому, в чем так или иначе отражается и выражается его Я.

Скажем, тот же ребенок не просто играет с палочкой, куклой или с песком в песочнице. Самая главная составляющая игры – это воображение. В какую бы игру ни играл ребенок, он обязательно что-то себе представляет, что-то воображает. А значит, проецирует, сказали бы психологи, свое Я на пространство своей игры.

Но когда ребенка заставляют слушать классическую музыку, в пространстве которой он не может пока обнаружить свое Я, он умирает от скуки и не может сосредоточить внимание. Именно потому, что музыка эта ему чужда: он не может пока увидеть в ней своих чувств, своих переживаний – самого себя.

А вот когда звучит музыка с достаточно простым и мелодичным ритмическим рисунком – там не нужно вслушиваться и искать, потому что себя можно обнаружить гораздо более простым способом – через движение, пританцовывание, через ощущение в музыке жизни своего тела.

Но чем сложнее музыка, тем больше она требует от слушателя определенной развитости души и опыта всматривания в мир своих чувств и переживаний. И только человек, научившийся вслушиваться в себя, способен по-настоящему слушать классическую музыку.

2
^

но как сосредоточиться на рассказе учителя


Запасшись этими сведениями о свойствах внимания, отправимся на урок.

Что на уроке происходит?

На уроке порой – беда.

«Вот я плохо учусь. Но это вовсе не потому, что я глупая, невменяемая и т.д. Просто я не могу заставить себя слушать внимательно на уроке... Как это можно исправить?» (Письмо из поселка Кировска Могилевской области.)

«Я давно стала замечать, что когда я стараюсь внимательно слушать учителя, то постепенно мои мысли начинают уводить меня от объяснения, и тогда я не могу сосредоточиться и уловить смысл слов учителя. И тогда дома мне приходится очень много времени тратить на приготовление уроков. И весь день у меня уходит на приготовление домашнего задания». (Письмо из Алма-Аты.)

В подчеркнутых словах второго письма и скрыта отгадка: если не улавливаешь смысл речи учителя, то, естественно, не можешь следить и за движением его мысли. Слышишь только слова, а они ужасно монотонны. В словах движения нет, движение только в мысли. Речь на незнакомом языке невозможно внимательно слушать и десять минут.

Давно не было перед нами заколдованных, порочных кругов, и вот он опять встретился:чтобы слушать внимательно, надо следить за движением мысли учителя; но чтобы следить за движением мысли, особенно когда она трудна, надо сосредоточить внимание.

Беда усугубляется тем, что даже в самом тихом классе перед нами всегда много разных движений:соседка пишет кому-то записку; муха ползет по оконному стеклу; солнечный зайчик мелькает.

Да и, кроме того, в голове у нас великое множество интересных дел: вчерашний фильм, ссора с товарищем, незаконченная модель, планы на вечер, новая пластинка.

И все – от мухи до пластинки – претендуют на наше внимание. Можно при желании сосредоточиться на любом из этих движений.

Но как сосредоточиться именно на рассказе учителя, а не на мухе, не на соседке и не на старом фильме?

Естественно, что первая рекомендация, которую хочется дать, – это рекомендация учителю: попробуйте, пожалуйста, быть более интересным и более понятным, и тогда дети будут слушать вас самым внимательным образом.

Однако беда состоит в том, что быть интересным и понятным – большое искусство. И реальные учителя могут только то, что могут. Они стараются быть понятными и интересными, но... не всегда получается.

А еще беда в том, что в классе много детей, дети разные, и привлечь внимание каждого ребенка очень трудно. Поэтому если удается привлечь внимание хотя бы трети класса – уже победа.

Так что учитель учителем, а решать проблему внимания все равно приходится самому ученику.

На свой страх и риск.

3

В армии, когда командир отдает приказ, подчиненные становятся по стойке «смирно». Отчего это? Не могли бы люди выслушать приказ, развалившись, засунув руки в карманы? Почему надо обязательно вытягивать руки по швам?

Поза, состояние мускулов очень связаны с вниманием. Подобран человек, не двигается, напряжен – и внимание его само собой обостряется. Чем внимательнее, тем больше собирается человек, и мускулы на лице его собираются, сдвигаются брови. Мы сдвигаем брови, потому что хотим быть внимательными, и мы становимся внимательными, если примем определенное положение и лицо примет определенное выражение. Словом – смирно!

То, что дисциплина для организации и поддержания внимания очень важна, – это несомненно. Но дисциплина бывает внешняя и внутренняя.

Внешняя дисциплина – это когда человека загоняют в какой-то универсальный формат, предполагая, что тем самым ему будет легче сосредоточить свое внимание. На внешних, относительно простых факторах – может быть, и да. Но для сосредоточения на внутренних мыслях и переживаниях нужна совершенно другая форма дисциплины. И чем сложнее задачи (а самые сложные – это задачи творческие), тем в более индивидуализированных формах дисциплины нуждается человек. Если физика-теоретика, композитора или поэта мы будем «организовывать» на творческие подвиги с помощью военизированных форм, едва ли добьемся желаемых результатов.

Когда человек зажат, когда его мускулы перенапряжены, когда он подчиняет свое Я внешней форме – одним словом, когда он держит «дисциплину», это облегчает задачи командира воинской части, но ничуть не облегчает решение творческих задач. А там ведь тоже нужна дисциплина, и еще какая! Поэтому каждый творческий человек придумывает свои формы дисциплины.

На симфоническом концерте не подают команду: «Смирно! Слушай музыку!». Но оглянитесь – никто не закинет руку на плечо, не развалится в кресле, все сидят, как первоклашки на первом уроке. Иначе сосредоточенно слушать музыку невозможно..

Но разве танцор на сцене или балерина слушают ту же музыку невнимательно? Еще как внимательно! Просто они слушают ее каждым мускулом своего тела.

Между прочим, некоторые педагоги учат детей слушать симфоническую музыку всем телом – и тогда дети гораздо быстрее научаются ее слышать. Они начинают как бы дирижировать музыкой – сначала пальчиками рук, затем руками, а потом – всем телом. И музыка оживает в них. А они начинают чувствовать себя внутри этой музыки.

Значит, если мы хотим быть внимательными на уроке, сделаем сначала то простое, чему нас учили с первого класса: сядем прямо, соберемся, настроимся слушать... И нам гораздо легче будет сконцентрировать внимание на рассказе учителя.

А если мы не просто формально сосредоточим свое внимание на речи учителя, а попытаемся вступить с нею в содержательный диалог (и может быть, даже спор!), если научимся не просто «слушать» речь, но и реагировать на нее своим внутренним текстом, если мы, другими словами, научимся быть деятельными слушателями – наше внимание резко возрастет. Чем выше наша деятельностная активность (в том числе активность нашего воображения) – тем выше наше внимание.

Между прочим (говоря о внимании, полезно и отвлечься), оттого иногда и не любят люди симфоническую музыку, что не были на концертах, а слушали ее только по радио, по телевизору, с пластинок – слушали дома, в расслабленных позах. Но расслабившись, полулежа можно слушать лишь легкую музыку, а симфоническую – трудно.

Попробуем два-три раза, оставшись наедине, послушать серьезную музыку серьезно – сидя, выпрямившись, сосредоточив все внимание. Если попадется хорошая музыка, в которой много движения, она сразу понравится.

Но движение есть в любой серьезной симфонической музыке. Надо только его увидеть. Простой «армейской позой» здесь не поможешь. Надо, чтобы наше Я откликнулось на движение, спрятанное в музыке. А сделать это можно, например, так. Поставить свой мысленный танец. Представить себя протанцовывающим мельчайшие извивы слушаемой музыки – и очень скоро этот сочиняемый в воображении танец вас захватит. Или можно представить себя дирижером того оркестра, который эту симфонию исполняет, – и снова воображение даст удивительно сильный импульс нашему вниманию.

Так что в состоянии полной расслабленности научиться слушать серьезную музыку действительно сложно.

Но и армейская дисциплина в этом деле плохой помощник. Можно часами по приказу командира сидеть и слушать музыку – она так и не будет услышана. Но если мы научимся вести свой воображаемый диалог с музыкой – она неизбежно начнет откликаться в нас во всей своей глубине.

Дома слушать музыку трудно именно потому, что трудно сосредоточиться. С другой стороны, ничто так не развивает способность к долгому и напряженному вниманию, как слушание серьезной музыки, потому что порой приходится улавливать едва заметные движения. Чтобы полюбить серьезную музыку, надо и дома создавать обстановку, подобную той, что в концертном зале: чтоб никто не говорил, не ходил, не делал резких движений, не смотрел друг на друга – полная и абсолютная тишина, полное и абсолютное внимание!

4
^

когда дисциплина плохой помощник


Когда учитель рассказывает интересно, его легко слушать. Что значит – интересно? Значит, есть что-то новое, что представляется нам движением знания, добавлением, переменой. Есть движение мысли. Но, к сожалению, не все уроки одинаково интересны. В школе часто приходится повторять одно и то же или слушать то, в чем никак не уловишь движения.

Но бывает еще, что и самому учителю неинтересно то, что он делает, потому-то и детям скучно. Так что выход один: ученик сам должен учиться пробуждать свою собственную мысль. Даже тогда, когда внешних условий для ее пробуждения практически нет.

Значит, надо тренировать способность собирать внимание по своей воле – способность к произвольному вниманию. Выберем для эксперимента самый скучный для нас урок, на нем и попробуем быть внимательными.

Оля Онуфриенко из Ростова-на-Дону, начиная свой эксперимент, решила с вниманием слушать учителя на уроке истории – самом скучном для Оли уроке. «Учитель нам рассказывал, – пишет Оля, – как Иван Грозный завоевывал Поволжье, про Ермака. Я слушала, а потом вспомнила, что меня недавно спрашивали, и подумала, что зря я слушаю, все равно не спросят. Я как раз дослушала до того, как Ермак начал покорять Сибирь, и стала рисовать. У меня пропал весь интерес к уроку».

Что ж, иначе быть и не могло: если не слушать, какой же может быть интерес? Какое внимание?

Вот что погубило Олино внимание в тот день: мысль, что слушать не обязательно. Ермак ее нисколько не волновал, ее волновала отметка. Для отметки же, вычислила Оля, можно не слушать... И сразу внимание переключилось на другое, потому что сосредоточиться на том, что нам не нужно – кажется ненужным в эту минуту, – почти невозможно.

Кто учится только для отметки, тот все время попадает в такие капканы: сегодня вроде бы не надо слушать – завтра надо... А завтра слушать трудно, потому что не привык или потерял общую мысль уроков, отстал.

Значит, чтобы слушать внимательно, мало сидеть прямо – надо еще убедить себя, что урок действительно нужен тебе.

Ведь что получилось с Олей?

«На следующем уроке, – рассказывает она, – вопреки моим подсчетам меня спросили...»

Но эта история с хорошим концом: к счастью для Оли, спросили ее как раз о том, о чем она слушала, – о покорении Поволжья, и она получила 4, потому что, пишет Оля, «у меня это как будто отпечаталось в мозгу». А если бы дело дошло до Ермака?

Но беда-то еще и в том, что Оля просто слушала учителя, а вовсе не пыталась вести с ним диалог. Не пыталась задавать вопросы. Не пыталась сомневаться в том, что говорит учитель. Не пыталась изобретать свои собственные гипотезы в духе «а что было бы, если бы...», не пыталась вообразить себя участницей отряда Ермака – или представительницей тех племен и народов, которых безжалостно «покоряли» отряды Ермака. Вот и стало ей в конце концов совершенно не интересно. Она была пассивным слушателем, поддерживающим внешнюю, формальную дисциплину. Она не сумела создать зону своего личного интереса к теме урока – вот ее внимание и «провалилось».

Лиля Захарец (Ромоданово Мордовской АССР) аккуратно записывала в течение недели, как удавалось ей сосредоточиться на уроке.

22 декабря. Химию я слушала внимательно. В голове пронеслись лишь две мысли.

23 декабря. Физика. В голову лезли мысли, наверно, потому, что я не очень люблю этот предмет.

Здесь под «мыслями» подразумевается только то, что не имеет отношения к учебному предмету! Лиля и не догадывается, что мысли на увлекательном, проблемном уроке просто «валом» лезут в голову. Но мысли «по теме». И каждый человек просто обязан научиться продуцировать собственные мысли на самых разных уроках!

24 декабря. География. В этот день я старалась сосредоточить все свои мысли, и это у меня получилось. Правда, в голове мелькнула одна мысль.

25 декабря. Физика. В этот день я сосредоточила все свои мысли.

Хоть я и не очень люблю этот предмет, но у меня не было ни одной мысли на уроке.

26 декабря. История. В этот день не было ни одной мысли в голове на уроке истории!

Я очень рада, что был такой интересный опыт».

Действительно, результат потрясающий: ни одной мысли!

Но всем понятно, что Лиля имела в виду посторонние, не относящиеся к предмету мысли.

Что же касается деловых мыслей, то их должно быть как можно больше, иначе слушать невозможно.

Быть внимательным, слушать с интересом – это значит думать о том, что рассказывают, а думать, как мы уже видели, значит, задавать вопросы и отвечать на них. Слово «думать» означает только одно: искать вопросы, потом искать ответы на них. Всеволод Рево из Чернигова проводил этот эксперимент так:

«21 декабря. Физика. Слушал внимательно. Думал:

1) не исчезал ли в космических кораблях ток?

2) какими электрическими лампочками пользовались в космосе и не разбивались ли в кораблях лампочки?»

Немножко опасно. Непонятно: слушал ли Всеволод урок или отвлекся на размышления о лампочках?

Да нет, Всеволод как раз делал именно то, что нужно. Он не «слушал урок», а деятельностно присутствовал на уроке! Жаль, что он не задавал свои вопросы вслух – тогда бы у него с учителем мог сложиться интересный диалог (конечно, если бы учитель вдумчиво отнесся к вопросам Всеволода).

Вообще представление о том, что ученик на уроке должен просто сидеть, слушать и запоминать, уходит своими корнями в те времена, когда школьный учитель был прежде всего источником информации. Представляете: приезжает в далекое село выпускник Петербургского университета, в селе ни радио, ни телевидения, ни книг. В этих условиях и рождалась та образовательная модель, когда учитель рассказывает, а ученики слушают. Когда у учителя нет «образовательных конкурентов», он заведомо интересен, на его рассказах просто невозможно не сосредоточить внимание!

Но вот время изменилось. У сегодняшнего ученика – множество источников информации. Есть не только радио и телевидение, но и Интернет. И задачи учителя конечно же меняются. Он должен научить ученика быть самостоятельным путешественником в море информации. Научить отделять информацию глубокую от поверхностной. Научить экспертировать разные источники информации с точки зрения их достоверности. И много чему еще научить.

Меняется и сущность урока. Безвозвратно в прошлое уходит урок-рассказ. Гораздо более важным становится урок как проблемная дискуссия, урок как спор, урок как столкновение разных позиций и разных способов мышления... Но чтобы все происходило именно так, сам учитель должен меняться: он должен чувствовать эту потребность времени и развивать познавательные потребности детей в этих совершенно новых условиях.

“это правило золотое...”


«23 декабря. Украинский язык. Никак не мог собраться с мыслями и думать о нем. Постарался долго смотреть на учительницу, следить за каждым ее словом.

24 декабря. Химия. Слушал учителя. Думал. Следил за объяснением. Все было хорошо. Дома провел два опыта с горением. Было очень интересно.

...Большое спасибо вам за эксперимент. Теперь я знаю, как пользоваться вниманием – заставлять себя слушать учителя и думать только о том, о чем он говорит. Это правило золотое, и для меня оно необходимо».

Очень важное открытие сделала Лена Петрова из Ленинграда. Вот ее короткий отчет:

«Я математику не люблю. И не полюбила. Но после опыта мне стало интереснее. Первые три дня я пробовала многие способы. Ничего не помогало. Как было скучно, так и оставалось. И вдруг мне пришла в голову мысль: «Я двоечница? Нет. А почему я никогда не поднимаю руку?» Вот я и решила поднимать руку. И на уроке стало интереснее. Теперь я не иду на математику, как на муку».

Лена открыла для себя: чтобы слушать, надо слушать для чего-нибудь и что-то делать в уме!

Одни слушали и думали – задавали себе вопросы. Получается.

Лена слушала, чтобы ответить после рассказа учителя, – тоже получается.

Люда Шармина (из города Шяуляй Литовской ССР) установила связь между тем, как подготовишься к уроку, и тем, как слушаешь. Чем больше готовишься, тем легче и интереснее слушать. Все уверяют, что надо слушать для того, чтобы легче было готовить уроки. А Люда поняла, что между этими двумя действиями – слушанием учителя и подготовкой к уроку – не простая связь, а взаимная!

Надо подготовиться к уроку, тогда становится интересно слушать, потому что можно следить за тем, как к уже имеющемуся знанию прибавляются новые факты и мысли. Происходит движение знания, и слушать интересно.

Кто не может справиться со своим вниманием, тому стоит повторить опыт Люды Шарминой: готовиться к урокам заранее.

Но это, конечно, трудно и хлопотно – учить уроки заранее.

Вот один день из экспериментальной недели Люды:

«15 января. Я сегодня к уроку географии подготовилась хорошо. Активно участвовала в уроке. Даже не думала, что меня могут вызвать к доске отвечать. А когда вызвали, почти не волновалась и получила 4!!! Учительница мне сказала, что если я всегда так буду участвовать в уроке, у меня оценка может быть еще лучше!»

Сережа Надтокин с рудника «Коммунар» в Красноярском крае не применял особых хитростей, а просто старался «все лишние думы оставить позади». Но это не сразу получилось у него: в голову лезли воспоминания о кино и рассказах. Тогда Сережа стал не только вслушиваться в рассказ учителя, но еще и получше готовить урок: «Придя домой, я усердно учил географию. Я искал на карте пункты, которые описывались в книге».

И наконец был достигнут желаемый результат. «Я стал учить географию с интересом», – сообщает Сережа.

А что значит – начал «учить с интересом»? Да именно то, что Сережа перестал «учить» в привычном смысле этого слова (т.е. отказался от зубрежки учебника или от мучительных попыток запомнить слова учителя), а начал изучать географию, относясь к ней максимально деятельно. Например, начал путешествовать по карте – искать на ней какие-то географические пункты. В этом и состоит главный ключ к решению проблемы: наполнить учение собственной деятельностью. И чем больше это удается, тем более захватывающим учение становится.

Совсем хорошо удался опыт Ире Дудкиной из деревни Крамской Тульской области:

«К концу эксперимента я стала чувствовать, что дела пошли в гору. На уроке немецкого языка я уже не смотрю на часы, как это было раньше, и звонок для меня звучит неожиданно. 45 минут пролетают, как одна».

5

Внимание человека редко бывает равномерным. Когда мы садимся за уроки, сначала идет «врабатывание» – период неполного, ослабленного внимания. Это потому, что организм еще не перестроился на урок, и потому, что мы еще не увлеклись, еще нет сегодня ни малейшего успеха, мы еще не поймали ту мысль, за которой будем следить.

 

Итак, важнейшая задача – «поймать мысль». Ту мысль, которая скрывается за строчками учебника. Вот на что должна быть направлена в первую очередь деятельность ученика: на обнаружение некоей мысли, которую учебник или учитель пытаются обозначить с помощью слов.

Но что значит – «поймать мысль»? Как определить ее координаты и как понять, что перед тобой действительно мысль?

О том, как рождается собственная мысль, мы говорили на предшествующих страницах. А вот как поймать мысль чужую, тебе не принадлежащую?

Признаться честно, путь прежний: породить собственную мысль о том, что ты читаешь или слышишь. Но эта твоя мысль должна быть о мысли другого!

Иначе говоря, чужая мысль приходит как наша собственная догадка об этой мысли. «Ах, вот он о чем!» – говорим мы сами себе. Внимательно вчитываясь в слова, мы реконструируем образ той мысли, которая выражается с помощью этих слов. И только в этот момент к нам приходит понимание.

Искусство понимать чужие мысли не менее важное, чем искусство порождать свои. Потому что, не столкнувшись с трудностью понимания чужих мыслей, мы никогда не научимся адекватно выражать мысли собственные! Ведь как часто бывает? Человек пытается выразить свою мысль, а по реакции окружающих видит, что его совершенно не поняли. И конечно, страдает. А иногда злится: мол, я-то все ясно говорю, это они меня не понимают!

Но вот он сам оказывается в ситуации читателя – и в одной книге ничего не может понять. А в другой – все прозрачно, хотя вещи, о которых пишет автор, очень сложны по своей сути. И может быть, только в этот момент человек понимает, как это трудно – выразить собственную мысль и что это искусство, которому нужно учиться..
^

тишина – самый сильный раздражитель


Пока что нужно волевое внимание, чтобы ощутить хоть маленькое удовлетворение от сделанного, кое-что понять, познакомиться с материалом. Тогда появляется интерес и внимание.

Чем больше интереса, тем меньше нужно усилий воли. И вот мы и не заметили, как увлеклись. Теперь работает послепроизвольное внимание – внимание, возникшее в результате наших усилий и «работающее» само. Чем интереснее работа, чем больше мы чувствуем необходимость ее, тем больше мы сосредоточены. Теперь хоть из пушек стреляй!

Кстати, о пушках. Пушки не пушки, но какой-то шум, не отвлекающий нас, не слишком важный для нас, полезен, а не вреден. Абсолютная тишина – самый сильный раздражитель. Тишина сама по себе привлекает внимание! В тишине даже собаки в опытах Павлова нервничали, плохо учились. Тогда он открыл двери лабораторий так, чтобы собаки могли видеть людей и небо, слышать шум толпы на улице, и учение их пошло лучше!

Вопрос в другом: абсолютная тишина может создавать ощущение тревоги. Потому что в реальной жизни такая тишина неестественна. Она создает ощущение вакуума, пустоты – оттого и дополнительное напряжение.

А еще, что касается человеческого учения в отличие от собачьего, то здесь нужно вот что иметь в виду. Собачье «учение» – это натаскивание, дрессировка. Человеческое учение – это сознательный выбор и сознательная деятельность.

И только когда человек научается самоопределяться в учении (сам определять границы своей учебной предметности внутри «информационного шума»), его учение становится настоящим. Он учит не «все подряд», а сознательно отделяя значимое от незначимого.

В этом и состоит главная необходимость «информационного шума». В возможности самоопределения по отношению к нему.
^

но ради чего мы пытаемся сосредоточиться?


Если есть небольшой шум, приходится немного напрягать внимание, чтобы отвлечься, и это напряжение полезно, а не вредно, оно помогает сосредоточению. На шум хорошо сваливать свое нежелание работать, плохое настроение, но когда станет тихо, то окажется, что желание работать от этого не пришло.

Так что не стоит, садясь за уроки, терроризировать всю квартиру и заставлять домашних ходить на цыпочках: «Тише! Коленька уроки делает!» Коленька должен уметь работать при любых обстоятельствах.

Чем больше увлечение работой, тем дольше сохраняется внимание. Даже шестилетние дети могут, не уставая, играть полтора часа. Но слишком долгое внимание, особенно волевое, ведет к умственной усталости, изнеможению, даже головокружению. Тогда – а лучше не дожидаясь переутомления – надо отдыхать. Есть все основания считать, что человек устает не от умственной работы, а именно от усилий сосредоточить внимание.

Первый признак усталости – падение внимания.

Так что многочасовое сидение над уроками, многочасовые попытки сосредоточиться почти бесполезны. Любыми средствами собрать всю энергию и сделать работу. Нет ничего хуже, чем сидеть за столом и думать о чем-то, не относящемся к делу, то есть заниматься рассеянно.

То есть вопрос опять же не в том, чтобы «сосредоточиться любой ценой», а в том, чтобы понять – ради чего мы вообще пытаемся сосредоточиться? Ведь нужно сосредоточение не само по себе. Оно нужно ради того, чтобы «войти в предмет» – почувствовать его напряжение и пульс, его внутреннюю энергию. И только если мы понимаем, что, сосредоточившись на предмете, мы сможем в конце концов получить радость общения с ним, наше сосредоточение будет происходить быстро и эффективно. И тогда в результате мы получим не игру во внимание, а настоящее, захватывающее внимание к содержанию того или иного предмета (и не только учебного!).

Без внимания невозможен успех в умственной работе. Без успеха невозможно увлечение. Учение с увлечением – это учение со вниманием.

6

Сосредоточиться на рассказе учителя или на учебнике нелегко. Но, оказывается, еще труднее сосредоточиться на собственных мыслях!

На все у нас отведено время – на уроки, на гулянье, на умыванье, на сон и на еду. Только на размышление времени нет! Для многих самые скучные собеседники на свете – они сами.

Когда Ушинский был юношей, он составил для себя распорядок дня, в котором был и такой пункт: с семи утра до восьми «думать о чем-нибудь дельном». Это он тренировал свою способность к сосредоточению.

Многие люди совершенно не способны к такому занятию. Мысль скачет с одного предмета на другой, от одного события жизни к другому: происходит не движение мысли, а брожение. Сосредоточиться трудно. И никогда такой человек ни до чего дельного не додумывается.

На самом деле не надо бояться «брожения мыслей». «Брожение мыслей», когда они «бродят туда-сюда», – совершенно необходимый этап.

Но вот что действительно совершенно необходимо – это научиться «отлавливать» собственные мысли и «возделывать» их, то есть доводить до ясности и прозрачности.

Важнейший способ понять, насколько это у нас получается, – попробовать записывать свои мысли, а затем читать их спустя какое-то время. И если мы будем понимать написанное – значит, работа нам удается.

Попробуем быть внимательными к собственной мысли, попробуем хоть раз в жизни собраться с мыслью на каком-нибудь одном предмете и подумать о чем-нибудь долго – полчаса, час, день или неделю. О чем мы будем размышлять? Об интересной для нас лабораторной работе по химии? О книге? О причинах поражения нашей футбольной команды? Для начала важно одно: суметь сосредоточиться на предмете размышлений и думать о нем хоть сколько-нибудь долго! Понятно, что, пока мысль не захватила нас окончательно, надо искать уединения, потому что реальные движения захватывают внимание активнее, чем движения собственной мысли. Серьезные мысли обычно приходят в голову в уединении.

7

Сосредоточенность зрения, наблюдательность тоже зависят от того, что интересует человека.

Ленинградский психолог А.А. Бодалев провел такой опыт. Он попросил ребят и взрослых разного возраста составить «словесные портреты» нескольких людей, а потом подсчитал, сколько раз в этих портретах было обращено внимание на одежду, на глаза и на прическу. Все видели перед собой одних и тех же людей, а заметили разное, в зависимости от интересов. У каждого возраста свои интересы, поэтому получилось следующее (горизонтальная строчка – возраст, вертикальная – процент людей, обративших внимание на одежду, глаза и прическу):

В 14–15 лет ребят очень интересуют проблемы прически – и пожалуйста: процент заметивших, как подстрижены и уложены волосы, поднимается до... девяноста семи.



А еще очень важный вопрос – не что попало в зону внимания, а как это «что-то» отразилось в глазах и мыслях наблюдателя. Ведь увидеть ту же одежду или ту же прическу можно совершенно по-разному. Можно просто указать, а можно сочинить целую поэму. Иными словами, можно просто скользнуть взглядом по человеку, а можно вглядеться в него и увидеть необычайно много. В тех же глазах или в той же одежде.силы надо восстанавливать любимым занятием
^

всякую чепуху обычно замечают самые рассеянные


Иногда думают, что внимание и наблюдательность можно тренировать на случайных предметах. Спрашивают:

– Сколько колонн у Большого театра?

– Сколько ступенек на вашем крылечке?

И если не знаешь – значит, считается, мы невнимательны. Но человек, замечающий всякую чепуху, вот он-то и есть, пожалуй, самый рассеянный.

Машинисту паровоза нужно быть очень внимательным, это понятно. Одно время кандидатам на этот пост давали таблички с цифрами: надо было на некоторых, определенных клетках ставить галочки. Так проверяли внимание. Но позже оказалось, что человек может прекрасно уметь ставить галочки в клетках – и быть рассеянным в будке машиниста.

Внимание надо развивать именно в той деятельности, для которой нам внимание нужно. Считая ступеньки, не научишься сосредоточиваться на уроках.

Однако некоторая польза от таких упражнений в наблюдательности и внимании есть. Упражнения эти приучают человека быть все время собранным, готовым к действию. Мозг не спит, глаза открыты, уши слышат – как у разведчика. Когда разведчики идут в поиск, их чувства обостряются. Ни одна мелочь не ускользнет от их внимания. И трудно представить себе разведчика, который в минуту опасности вдруг отвлекся, задумался о чем-то своем.

Внимание – жизнь, ясность сознания. Невнимательность – сон, расслабленность, вялость мысли и чувства.

Самая главная форма внимания – это внимание к собственным чувствам и мыслям. Потому что, только научившись вслушиваться и вчувствоваться в себя, мы способны научиться вслушиваться и вчувствоваться в другого. Потому что мир другого мы можем понимать только через призму своего собственного мира! И оттого, чем внимательнее мы будем вглядываться в собственные чувства и различать их оттенки, тем внимательнее мы будем к другим людям – к их мыслям и к их чувствам.

8

Но лучший способ развить внимание – научить себя быть внимательным к людям. Здесь нам придется говорить то, о чем уже говорилось в предыдущей главе, но это неизбежно. Учение в школе неразрывно связано с учением в жизни, с отношением человека к человеку. Все способности развиваются не только за книгами, но и в обычной жизни. Так и с вниманием. Каждая встреча с другом, с знакомым, малознакомым, случайным человеком, каждая такая встреча, пусть самая мимолетная, заставляет собранных людей обратить все свое внимание именно на этого человека. Не разговаривать рассеянно, ни к кому не относиться пренебрежительно, никогда не «спать» в момент общения, а полностью сосредоточиться на том, с кем мы разговариваем, заметить его состояние, постараться понять его.

Что значит сосредоточиться на том человеке, с которым мы разговариваем, работаем, играем, идем по улице? Это значит отвлечься от себя, от своих собственных мыслей и мыслей о себе самом. Но как раз эта способность отвлекаться от мыслей о себе, от своих забот, как раз эта способность и лежит в основе внимания, как раз она и необходима, когда садишься за уроки.

Немного не так. Не отвлечься от себя, а почувствовать себя в другом. Почувствовать другого человека как важного и значимого для себя. И только тогда это внимание окажется не формальным, не фальшивым, а искренним, глубоким и по-настоящему нужным собеседнику.
^

опыты на себе


Выберем самый скучный для нас урок и начнем экспериментировать.

Приведем себя в боевое состояние внешне, то есть сядем прямо, подберемся и внутренне, то есть настроимся слушать и убедим себя, что слушать сегодня необходимо.

Следя за рассказом учителя, не будем стараться запоминать его: только понимать, только следить за мыслью.

Чтобы легче было следить за мыслью учителя, не упускать ее, будем сами мысленно работать. Работы у нас две:

первая – задавать себе вопросы: почему так? Если они остаются без ответа, спросим учителя;

вторая – мысленно составлять в уме план рассказа учителя, то есть делить рассказ на части. Отметить про себя: «Так, это первое. Понятно. Теперь второе... третье...» Эта работа ума чрезвычайно помогает вниманию.

Если же урок все-таки остается непонятным и внимание рассеивается (за непонятным следить невозможно), значит, остается одно: готовиться к уроку заранее, чтобы рассказ учителя был не совсем новым, а повторением.

А точнее, чтобы он был диалогом. Диалогом со своим собственным пониманием или непониманием. Кстати говоря, если мы приходим с уже определившимся непониманием какого-то вопроса, который будет рассматриваться на уроке, – это будет очень хорошей основой для того, чтобы возник внутренний (или внешний) диалог с учителем.

Дома, принимаясь за книгу и проделав сначала необходимые упражнения, соберем все силы на первые минуты работы – и вскоре появится послепроизвольное внимание. Но будем помнить, что если мы отвлечемся на что-нибудь, все придется начинать сначала.

Но, кроме того, будем разными способами тренировать свою внимательность и способность к глубокому сосредоточению. Будем слушать музыку, подолгу рассматривать картины в музее или их репродукции и, главное, будем заставлять себя – на первых порах заставлять! – полностью сосредоточиваться на каждом человеке, с которым мы вступаем в какие-то отношения.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   21

Похожие:

Книга диалог iconЮферова Е. Э., Ковалёва О. Е. Лицом к лицу с будущим сотрудником:...
Еще долго после того, как Вы прочтете последнюю страницу, мы Уважаемый читатель, будем вести с Вами диалог. Тот диалог, который и...

Книга диалог iconРеферат скачан с сайта allreferat wow ua Диалог двух современников...

Книга диалог iconИнститут Гэри Йонтеф осознавание, диалог и процесс в терапии москва 2002
Представляет собой монографию "Осознавание, диалог и процесс в терапии", опубликованную в издательстве The Gestalt Journal Press...

Книга диалог iconУрок диалог
Содержание урока соответствует целям и возрастным особенностям учащихся. Тип урока диалог. Такой тип урока позволяет учителю и учащимся...

Книга диалог iconКнига рассказывает о героизме моряков-черноморцев и воинах Приморской...
Новые издания краеведческой литературы предназначены для широкого круга читателей, преподавателей, студентов, учащихся. Ознакомиться...

Книга диалог iconКнига я учебные терапии Данная книга содержит ряд программ, которые...
Один из родителей назвал эти программы «Книга Я» так как это именно книга для ребенка. В результате программ, представленных в данной...

Книга диалог iconТематика заседаний на февраль – май 2013 г. Февраль, 20 (16. 00)...
Февраль, 20 (16. 00) Тема: «Диалог с философами Новосибирского государстенного университета»

Книга диалог iconКнига-скандал, книга-провокация, книга-энциклопедия Эмо-жизни все...

Книга диалог iconТема занятия: «Внутренний диалог»

Книга диалог iconКонкурса «лучшая книга года-2012»: Номинация «Научная книга. Технические науки»
Победителем номинации признана книга Размышляева Александра Денисовича и Мироновой Марины Владимировны «Магнитное управление формированием...


Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


don