В психологии




НазваниеВ психологии
страница3/20
Дата публикации27.02.2013
Размер3.52 Mb.
ТипКнига
uchebilka.ru > Психология > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

^ Проблема cтруктуры аттитюда и измерение аттитюда
Другой проблемой аттитюда может быть названа проблема его измерения. Леон Терстоун в своей статье 1928 года «Аттитюд может быть измерен» предложил способ измерения аттитюда, который используется очень широко на протяжении шестидесяти лет, чего нельзя сказать о теоретической части его исследования, которая не получила столь широкой известности и популярности. Предложив довольно простое определение аттитюда, суть которого сводилась к тому, что он является лишь суммой аффектов относительно данного объекта, Терстоун в своих теоретических обоснованиях ушел намного дальше. Во многих последующих работах других исследователей мы можем обнаружить отголоски этих ранних идей Терстоуна. Понятие аттитюда обозначается им как «многомерный психологический конструкт», в котором оценочная нагрузка информации является предпочтительнее, чем ее когнитивный компонент. Это основное предположение не только структурных особенностей аттитюда, но и специфики его функционирования и смены. Широко известна методика измерения аттитюда, которая названа «шкалой Терстоуна».

В академическом исследовании «Современная психология» указывается, что «среди тестов, используемых в социальной психологии, особое место занимают шкблы измерения социальных установок (Анастази, 1984). Они предназначены для количественного измерения направленности и интенсивности реакций человека по отношению к различным категориям стимулов. (...) К наиболее известным методам измерения и построения шкал установок относят: 1. Метод равных интервалов (Л.Терстоун); (...) 2. Метод суммарных оценок (Р.Лай­керт); (...) 3. Метод кумулятивного шкалирования (Л.Гутман)» (Современная психология, 1999. С.482).

Основной набор методик измерения аттитюда сводится к методикам «карандаша и бумаги» и основан на вербальной представленности аттитюда. В обзоре исследований, опубликованных между 1968 и 1970 годами, Фишбейн и Айзен (1972) приводят более пятидесяти операций, призванных измерять аттитюд. Они включают в себя стандартные шкалы аттитюдов (Лайкерт, Гуттман, Терстоун, Осгуд, Суси, Танненбаум и прочие), а также многие показатели измерения чувств, намерений, знаний (Fishbеin аnd Ajzen, 1972. Р.19). Опосредованно аттитюд измеряют через кожно-гальваническую реакцию, пульс, реакцию зрачка, ЭКГ и другие физиологические методики. Однако такое широкое толкование аттитюда приводит к обессмысливанию его как психической реальности, оно малопродуктивно.

В середине века почти все использовали измерительные техники Терстоуна, Лайкерта и Гуттмана, каждая из которых была ориентирована на одну из сторон аттитюда, чаще всего – на его оценочную нагрузку. М.Б.Смит в 1947 году предложил рассматривать результаты изучения аттитюда в тесной взаимосвязи с собственно методикой эксперимента. Его персональные эмпирические исследования сочетали индивидуальную глубину метода интервью с полевым исследованием. В описании аттитюда Смит выделяет три класса измеряемых характеристик. Аффективный аспект индивидуального аттитюда включает в себя его направленность; эта характеристика идентична во многом терстоуновскому элементу. Когнитивный параметр содержит информационный контекст и временные характеристики аттитюда. Он также включает центральную направленность стереотипа, убеждений, фактических знаний, которые имеют отношение к объекту аттитюда. Третий аспект включает описание конативных (conation – англ. – способность к волевому движению) тенденций индивида. Именно поведенческий компонент чаще всего является целью всех измерений аттитюда, ибо исследователей интересует прежде всего прогноз поведения индивида.

Сами по себе измерения аттитюда давали возможность прогнозировать его смену, что являлось задачей первостепенной важности в пропаганде, в любом коммуникативном воздействии. Примером тому могут быть знаменитые йельские исследования К. Ховланда, когда автором «была проделана поистине колоссальная работа по исследованию проблем измерения установки» (Шихирев, 1973. С.163).

Нам представляется наиболее интересной методикой измерения аттитюда методика семантического дифференциала Чарльза Осгуда и его коллег, изложенная в книге «Измерения значения» (1955), где конкретный аттитюд измеряется наиболее комплексно во взаимосвязи с другими аттитюдами и в их динамике в рамках семантического пространства. Данная методика использована нами при конструировании систем установок индивида. Здесь же следует отметить, что сами по себе методики измерения аттитюда обычно «нацелены» на один из его компонентов, а это уже ставит задачу изучения компонентов, структуры аттитюда.

Вероятно, такие методы измерения аттитюда, как кожно-гальваническая реакция (КГР), расширение зрачка, пульс, электроэнцефалогические корреляты (ЭЭГ), биохимические критерии и другие подобные, отражают именно эмоциональный компонент аттитюда, впрочем, как и методы Терстоуна (Therstone, 1929), Гуттмана (Guttman, 1944), Лазарсфельда (Lasarsfeld, 1950). Это так называемые одномерные шкалы, в то время как факторный анализ более пригоден для измерения когнитивного компонента аттитюда. Попытки же измерения «интенсивности» аттитюда имеют главным образом дело с тем же аффективным компонентом, хотя в последнее время проводятся интересные исследования интеллекта при помощи метода кожно-гальванической реакции (КГР).

Показательной может быть замечательная статья Г. Ю. Айзенка «Интеллект: новый взгляд», где автор достаточно убедительно полемизирует с Альфредом Бине и возвращается к Френсису Гальтону (см.: Айзенк, 1995. С.111-131). Известно, что поведенческий компонент аттитюда относится в первую очередь к общим поведенческим тенденциям личности. Классический показатель этого компонента – шкалы социальной дистанции Е. Богардуса (Bogаrdus, 1925), хотя социальный психолог Манн (Маnn, 1959) рассматривает эти шкалы как инструмент измерения аффективного компонента. Менее неопределенно аффективный компонент может быть измерен путем выяснения или наблюдения проявления активности личности в ситуации, вызванной данным объектом. Все это говорит о том, что данный компонент является наиболее непосредственно измеряемым из трех указанных выше компонентов.

Возникающий вопрос о структуре аттитюда связан непосредственно с процедурами его измерения. Не случайно поэтому и измерения аттитюда, и его структура одновременно привлекали внимание исследователей. Вопрос же структуры аттитюда неотделим от вопроса его функций.

Одним из важнейших вопросов теории аттитюда стал вопрос о структуре социальных установок. Мак-Гуайер, рассуждая о природе человека, пишет, что философы различных времен и стран пришли к одному общему выводу, что существуют три элемента, которые относятся к человеческому сознанию и состоянию, – это знания, чувства и поведение (см.: McGuire, 1969). Он отмечает, что основное отражение вопроса о структуре аттитюда следует искать в работах Брауна, Кэмпбэлла, Креча и Ричфельда, Ламберта, Ньюкомба, Тернера и Конверса, Шерифа, Кантрила, Смита (см.: Вrown, 1965; Campbell, 1947; Кrech and Cretchfild, 1948; Кrесh, Сretchfild аnd Ваllасhеу, 1962; Lаmbеrt аnd Lambert, 1964; Nеwсоmb, Тurner аnd Соnvеrs, 1964; Sесоnd аnd Васkmаn, 1964; Shеrif and Саntril, 1945, 1946; Smith, 1947).

Когнитивный компонент аттитюда, называемый также информационным или стереотипным компонентом, связан с тем, как воспринимается объект, его концептуальная коннотация, или «стереотип» объекта. Типичная мера этого компонента – контрольный список прилагательных – черт для обнаружения стереотипов этнических групп (см.: Gilbеrt, 1951; Каts аnd Brаlу, 1933). Катц и Скотланд в 1959 году предложили проанализировать когнитивный компонент аттитюда через взгляды, число их элементов, уровень структуры или иерархию этих элементов и интенсивность тех объектов, на которые обращен когнитивный элемент. Несколько иной путь анализа когнитивного компонента предложен Рокичем в 1960 году (см.: Rokeach, 1960), суть которого состоит в обсуждении централизации, проницательности градиента убеждений. Согласно семантическому дифференциалу Чарльза Осгуда (см.: Os­good, Suci аnd Tannenbaum, 1957), его фактор оценки может быть использован как мера аффективного компонента при анализе коннотативного значения, а иные факторы могут отразить когнитивный компонент. Это факторы силы, активности и другие. В 1947 году Кэмпбэлл обнаружил, что восприятие и оценка безнравственности, некомпетентности и угрозы во враждебных группах были также тесно взаимосвязаны вопреки всегда противоречивой природе некоторых оценок этнических стереотипов (см.: Campbell, 1947). Мак-Гуайер считает, что «нетрудно заметить достаточно явное соответствие между этими тремя компонентами этнических стереотипов и Jd, Еgо и Superego» (МсGuire, 1969. Р.155).

Аффективный компонент аттитюда, который называется также «чувственный» или «эмоциональный» компонент, отражает прежде всего чувства субъекта к данному объекту. Некоторые исследователи, считая его исключительно оценочным компонентом, склонны видеть его ядром аттитюда, в то время как когнитивный и поведенческий компоненты они рассматривают как своеобразный «прирост», который формируется вокруг него как матрицы, из которой они растут (см.: McGuirе, 1969. Р.156). Причем даже этот уровень «прироста», вероятно, окажется различным для разных компонентов – если когнитивный компонент еще связан так или иначе с аффективным, то поведенческий компонент находится на некотором удалении и от когнитивного, и от аффективного компонентов. Это обусловлено, вероятно, не столько нерешенностью аспектов взаимодействия различных частей аттитюда, сколько самой идеей трехчленного его деления, что неизбежно приводит к искусственности всей предложенной схемы взаимодействия аттитюда и его отдельных компонентов. «Таким образом, знание, отношение, имеющее оценочную и эмоциональную окраску и готовность действовать, поступать определенным образом, составляют те три обязательных компонента, которые и образуют социальную установку. Это – теоретическая конструкция, которая в жизни проявляется обычно не в такой простой формуле» (Рощин, 1989. С.14). Очень верно подмеченное свойство социальной установки в психологии – «теоретиче­ская конструкция» обусловлена, на наш взгляд, не ее компонентами или способом организации, а самим подходом в психологии. Установка не может быть даже теоретически выделена не только из психической организации индивида, но из системы индивид – окружающий мир. Установка не может быть «просто» установкой, «теоретической конструкцией», она всегда непременно должна быть рассматриваема в рамках конкретного индивида и окружающего его мира. Это всегда «установка на», подобно тому, как Гуссерль говорит о «сознании о». Этим главным недостатком, однако, не ограничиваются последствия трехкомпонентного представления об аттитюдах. «Представление о трехкомпонентной структуре социальной установки в том виде, в котором оно сейчас существует, не может считаться удовлетворительным и в том отношении, что указанная выше неоднозначность (аффективная оценка и «совокупная» оценка объекта) превращается в противоречие, если принять во внимание тот кардинальный факт, к констатации которого пришли исследователи социальной установки. Этим фактом является несовпадение между выявленными традиционным способом (то есть на основании вербальных реакций) установками и реальным поведением» (Асмолов, Ковальчук, 1977. С.160). Шихирев считает, что помимо этого дробление аттитюда на компоненты приводит к неизбежной диверсификации знания (см.: Шихирев, 1979).

Все эти нерешенные вопросы теории аттитюда приводили часто к тому, что многократно исследованные аттитюды конкретного человека не давали гарантии прогноза его поведения, а порою и прямо им противоречили. Широко известен феномен Ричарда Лапьера, когда измеренные аттитюды не отражали реального поведения людей. За полувековой период было предложено много способов объяснения этого явления, но адекватного толкования оно все еще не получило. Мы, в свою очередь, также предложим объяснение феномена Лапьера после всестороннего обоснования нашей гипотезы экологического компонента установки. А здесь обратим внимание прежде всего на то, что реальное поведение не может быть компонентом установки, поскольку это уже совершенно иная фаза психической организации.

Представление о структуре аттитюда тесно связано с понятием его функций. Б.Ф.Ломов пишет: «В западной психологии обычно утверждается, что основные функции аттитюдов (субъективных отношений) – это приспособление (adjustment) личности к социальной среде по принципу гомеостата; схематизация и симплификация знаний о сложном мире; самосохранение и самореализация. Возможно, в какой-то мере субъективные отношения выполняют эти функции. Но главное все же в другом: в том, что они обеспечивают включение личности в жизнь общества, определяя способы ее деятельности и взаимодействия с другими людьми, а следовательно, характер и меру ее участия в развитии общественных отношений» (Ломов, 1984. С.330).

М. Смит в широко известной работе 1947 года об изучении аттитюдов относительно России представил первый обоснованный анализ тех функций, которые выполняет аттитюд в структуре личности. Следует сразу отметить, что более ранние исследователи, например, такие, как Оллпорт, Ньюкомб, Шериф, Кантрил, уже так или иначе обозначали отдельные функции аттитюда, но никто из них так всесторонне не выделял их все вместе. Можно назвать лишь Мюррея и Моргейма (1945, 1946) или Френча (1947, 1948), взгляды которых наиболее близко соотносятся с идеями о трехкомпонентной структуре аттитюда М.Б.Смита.

Многие исследователи видели искусственность подобного деления и предлагали свои комплексные» концепции аттитюда и его функций. Шихирев анализирует различные теории аттитюда и приводит некоторые попытки их синтеза, описывая, в частности, работу Дэвида Катца (1960), которую автор называет функциональной теорией установки. Изучение здесь происходило с точки зрения потребностей индивида, на основе которых были выделены следующие функции: 1) инструментальная функция установки (приспособительная); (бихевио­ристическая ориентация); 2) функция Эго-защиты (психоана­литическая ориентация); 3) функция выражения ценностей (психология личности); 4) функция организации знания (гештальттеория) (см.: Шихирев, 1979). Нам представляется, что приспособительная функция аттитюда является одной из наиболее значимых – исходя из общего представления о роли психики и ее функции приспособления в окружающем мире.

Мы неоднократно отмечали свое несогласие с перенесением принципов теории эволюции на психические закономерности, но в данном случае роль бихевиористического влияния на теорию аттитюда, несомненно, очень высока. Ш.А. Надирашвили считает, что Оллпорт, Крачфильд, Мерф, Креч, Лачинс, Ньюкомб и другие придерживаются бихевиористических позиций, борясь при этом с элементаризмом и понимая установку как вторичный психический феномен, возникший на основе переживаний (см.: Надирашвили, 1974. С.14).

Многими исследователями теории аттитюда в качестве теоретической основы была использована классическая схема бихевиоризма Халла (Hall, 1943; 1951), Спенса (Spense, 1956) и Толмена (Tolman, 1932). Большинство теорий научения может быть выражено в терминах двух базовых парадигм – классического обусловливания и оперантного, или инструментального, обусловливания.

Одним из первых авторов, перенесших принципы теории научения в область исследования аттитюдов, был Леонард Дуб, опубликовавший в 1947 году статью «Тhе behavior of attitudes», в которой определил аттитюд как имплицитную ожидаемую реакцию научения. Аттитюд представляется ему не наблюдаемой прямо реакцией на объект, который встречается впервые или на который пока нет никакой реакции.

Большинство бихевиористских теорий аттитюда сходится в понимании путей их формирования – как реакция, ассоциированная с предъявленным стимульным объектом. Базовыми условиями в парадигме исследований Стаатса (Stats аnd Staats, 1958; 1968) явились эффекты первенства и порядка предъявления. В дополнение к классическому обусловливанию Лотт и Лотт (Lott аnd Lott, 1968) придавали большое значение инструментальному обусловливанию как базисному для формирования аттитюда. Ими было предложено использование второго общего принципа в форме опосредованного общения. Согласно этому принципу, некоторые скрытые реакции ассоциируются с предъявляемыми стимулами, а также с другими стимулами, которые вызывают аналогичную промежуточную реакцию и становятся способными производить открытые реакции.

Леонард Дуб подчеркивал, что индивид первоначально усваивает скрытые промежуточные реакции (т. е. аттитюды) на соответствующие стимулы, и только потом он может научиться явным специфическим реакциям. Первый процесс может быть вызван классическим обусловливанием, в то время как второй – инструментальным научением. Для других подобных стимулов, вызывающих аналогичную реакцию, применимы принципы генерализации. Таким образом, согласно Дубу, именно промежуточная реакция и является аттитюдом. Он различал подобные аттитюдные реакции и другие промежуточные ответы, к примеру привычки, относя термин «атти­тюд» прежде всего к тем скрытым реакциям, которые вызваны социально релевантными стимулами. Это позволяет ему говорить о том, что люди с одинаковыми аттитюдами могут научиться вести себя различным образом. В этом же контексте определенное значение имеет вопрос комбинированного влияния двух стимулов и более, каждый из которых вызывает различные имплицитные реакции, которые каким-то образом должны иметь общее основание. Большинство исследователей вполне согласно с тем, что аттитюд может быть рассмотрен как усредненная оценочная реакция. Эта концепция очень близка к пониманию аттитюда как точки на биполярной оценочной или аффективной шкале отношений к определенному объекту. Имплицитная оценочная реакция (или аттитюд) рассматривается как предиспозиция индивида к осуществлению различных форм поведения. Индивид может вербально поддерживать свои различные поведенческие намерения. Однако Л. Дуб достаточно наглядно продемонстрировал, что любая индивидуальная реакция может быть сформирована только в той мере, в какой она может быть положительно подкреплена. Отсюда делается вывод о том, что два человека могут иметь одинаковые аттитюды, но усвоить при этом разные ответные реакции (см.: Dооb, 1947).

Вклад Леонарда Дуба в исследование аттитюдов почти полностью основан на его теоретических построениях, поскольку он не предложил никакой сколько-нибудь оригинальной экспериментальной поддержки своим идеям. Однако эти его теоретические положения стали потом фундаментом для многих исследователей, например таких, как Фишбейн, Ховланд, Джайнис, Келли, Лотт и многих других, придерживающихся порою иных теоретических позиций (см.: Fishbein, 1967; Hovelend Janis аnd Kelly, 1953; Lott аnd Lott, 1968; Osgood et all., 1957).

Так, Карл Ховланд начал изучение проблемы аттитюдов в процессе своего исследования массовых коммуникаций во время Второй мировой войны. Изучая активность индивида в общей проблеме массовых коммукаций, он представлял коммуникативный процесс как стимулы и реакции индивида и опосредующие их психические процессы.

Исследования этого периода широко известны как «Йель­ская исследовательская программа массовых коммуникаций», организованная фондом Рокфеллера. В ходе этой программы Ховланд экспериментировал поначалу с убеждающим влиянием кинофильмов на солдат американской армии во времена Второй мировой войны (Hovland, Lumsdain and Sheffield, 1949). После войны он продолжил свои изыскания в области убеждающего коммуникативного воздействия, результаты которых отражены в его работах Йельского периода (см.: Hovland, 1957; Hovland, Janis, Kelley, 1953; Hovland, Sherif, 1961).
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

В психологии iconЛекция по психологии Предмет и задачи психологической науки Общая...

В психологии iconАксиомы психологии потребителя Вопросы для самоконтроля
Текст является интеллектуальной собственностью ст преподавателя кафедры социальной психологии и психологии управления Днепропетровского...

В психологии icon1 Международная заочная научно-практическая конференция «Личность,...
Организаторы: Кафедра психологии личности и специальной психологии нгпу и нп «Сибирская ассоциация консультантов»

В психологии iconФ. Е. Василюк методологический анализ в психологии
Рекомендовано Советом по психологии умо по классическому университетскому образованию в качестве учебного пособия для студентов высших...

В психологии iconШпаргалка по психологии и педагогике Определение психологии как науки,...

В психологии iconВ. И. Гинецинский пропедевтический курс общей психологии
Психическая реальность: ее ингридиенты и свойства внешние границы и внутренняя структура предметной области психологии психологическое...

В психологии iconКнига канадского автора-учебник общей психологии с основами физиологии...
Для специалистов и студентов психологов, биологов, медиков, педагогов и всех читателей, интересующихся вопросами психологии

В психологии iconКнига канадского автора-учебник общей психологии с основами физиологии...
Для специалистов и студентов психологов, биологов, медиков, педагогов и всех читателей, интересующихся вопросами психологии

В психологии iconУчебное пособие по общей психологии
Гф специальности “Информационные системы в социальной психологии”, а также студентов мтф по специальности “Инженер педагог”, написанный...

В психологии iconМова Людмила
Людмила, к психол н., доцент кафедры практической психологии и психотерапии Института социологии, психологии и управлениня нпу имени...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<