В психологии




НазваниеВ психологии
страница5/20
Дата публикации27.02.2013
Размер3.52 Mb.
ТипКнига
uchebilka.ru > Психология > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
Часть II
^ ТЕОРИЯ УСТАНОВКИ В ШКОЛЕ Д.Н.УЗНАДЗЕ
Неиспользованные возможности теории установки Д.Н.Узнадзе
Исследования социальной установки в зарубежной психологии велись в направлении изучения способов формирования, структуры аттитюда. При этом почти вековые поиски так и не дали ответа, что есть такое социальная установка как феномен психической жизни, в чем суть ее взаимодействия с окружающим миром и индивидом. До сих пор не ясно, как формируется аттитюд, какова его структура и функции компонентов. Различия в понимании перечисленных проблем столь велики, что порою взаимоисключают друг друга. Нам представляется, что общим недостатком почти всех концепций аттитюда в зарубежной психологии является их методологическая несостоятельность, что проявляется в пренебрежении к философским основам той или иной концепции. Предлагаемые позиции чаще всего расположены в русле традиционных направлений психологии – бихевиоризм, когнитивное направление, гештальтпсихология, психоанализ и другие.

Хорошо известно, что ни одно из современных направлений психологии не способно адекватно решать проблему человека, не может корректно ставить вопросы философского обоснования проблем психики и человека. Упорно низвергаемый ныне марксизм, с нашей точки зрения, не позволил отечественной психологии захлебнуться в потоке известных идей о психике человека, столь настойчиво насаждаемых научной общественностью. Проблема современной психологии Запада – это не столько следствие недостатков того или иного психологического направления, сколько результат неправильного видения собственно проблемы человека и его взаимоотношений с окружающим миром. Неустанно декларируемая позиция заботы об окружающем мире и поиск пути адекватного существования человека на самом деле скрывают за собой еще более жесткие философские основы понимания природы человека, его психики. Декартовский «человек-машина», фаустовский гомункулус не идут ни в какое сравнение с компьютерной метафорой человека либо гуманистической парадигмой понимания сути человека. Если в первых вариантах окружающий мир противопоставлен человеку, то во втором случае «дурной антропоцентризм» (П.Т. Шарден) заслоняет от человека истоки своей жизни, толкает его на противоборство со своими основами.

Как бы ни пытались сегодня развенчать марксизм как методологическую основу психологии, невозможно отнять у него самого главного – он вбирает в себя основные современные философские идеи. Хотя многое и не было использовано, но разве может, например, бихевиоризм или психоанализ с их философией Декарта ХVII века претендовать на сегодняшнее философское осмысление психики человека? Даже гуманистическая направленность в философском плане представлена не самыми крупными именами. Без внимания психологии современности остались Кант и Гегель, Гуссерль и Аквинский, Аристотель и Хайдеггер. Список можно продолжать бесконечно, одно лишь совершенно точно: современная психология философски безнадежно безграмотна в силу своих позитивистских ориентаций.

Отечественная психология, административно отлученная в свое время от позитивизма, была вынуждена искать философские основы особого взгляда на человека. Отечественные психологи были в первую очередь свободны от ошибок ведущих психологических направлений Запада, они пытались нащупать свои пути. Достаточно назвать имена С.Л. Рубинштейна, Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева и других ученых, которых трудно сегодня втиснуть в узкие рамки картезианства.

На сегодняшний день не существует адекватного философского обоснования проблем психики человека, но это не значит, что надо бесконечно повторять старые схемы с их ветхими заветами.

Нам представляется, что гуссерле-гибсоновские основы понимания человека во взаимодействии с окружающим миром могут претендовать на шаг вперед в исследовании явления социальной установки. Анализируя результаты работы отечественных психологов, мы обосновываем необходимость признания идей Д.Н. Узнадзе базовыми для понимания феномена социальной установки: сама философская идея установки разработана в школе Узнадзе намного продуктивнее зарубежных аналогов концепций аттитюда, она позволяет совершить следующий шаг в познании социальной установки, использовать более фундаментальные философские основы.

В данной части работы мы предполагаем рассмотреть основные направления изучения установки в отечественной психологии. В первую очередь в этой связи должна быть изучена позиция школы, основанной Д.Н. Узнадзе, имя которого по праву принадлежит мировой психологии, Здесь же мы проанализируем позиции по данной проблеме В.Н. Мясищева, В.А. Ядова, А.Г. Асмолова.

Сразу следует отметить, что для всех отечественных психологов, занимающихся проблемой установки, исследования Д.Н. Узнадзе явились базовыми, несмотря на то, что сами их концепции вполне могли противоречить основным положениям теории установки. В настоящее время по проблемам теории установки существует обширная литература, проводятся авторитетные конференции. Тем не менее наследие Д.Н. Узнадзе еще хранит в себе неиспользованные возможности для исследователя.

Начиная анализ работ Д.Н. Узнадзе, мы обращаем внимание на незначительный факт его творчества. Как хорошо известно, в 1909 году Д.Н. Узнадзе защитил на факультете философии Лейпцигского университета докторскую диссертацию, посвященную В. Соловьеву, «крупнейшей фигуре русской философии» (Лосев, 1988. С.3). Тема работы «Die mеtаfisische Weltanshаuung W.Sоlоwiows, mit оrientierendem Uеbеrbliсk seinеr Еrkеnntnisthеоrie» близка феноменологии, а сам факт обращения к В. Соловьеву, Г. Лейбницу, А. Бергсону говорит о многом. Для нас это прежде всего возможность точек соприкосновения теории установки и феноменологического взгляда на ее проблемы.

Любое исследование проблем социальной установки и установки предполагает освещение ряда вопросов. Традиционно к таковым можно отнести вопросы: соотношения установки и аттитюда, первичности установки, формирования установки, вопрос, связанный с преодолением постулата непосредственности, вопрос экспериментального изучения установки.

Сама теория установки, согласно Д.Н. Узнадзе, возникла как попытка понять активность психического, проблемы его развития и взаимодействия с окружающим миром. Узнадзе исходит из необходимости понятия «развитие психики», а для этого, как он считает, «существует, так сказать, досознательная ступень развития психики» (Узнадзе, 1966. С.140). Рассматривая традиционную классификацию душевных явлений, Узнадзе отмечает прежде всего три главных ее компонента: познание, чувство и волю. При этом он замечает, что главная их особенность состоит в том, что все эти процессы сознательны.

Исходя из критикуемого им положения о совпадении сознательного и психического, Узнадзе говорит, что в этом случае «для понятия развития не остается места». Поэтому он и предполагает, что идее развития в психологии вполне может служить понятие бессознательного. Но здесь Узнадзе отмежевывается от психологии бессознательного, в которой бессознательное и сознание не представляются как две ступени развития, «из которых предшествующей является ступень бессознательного, а последующей – ступень сознательного» (Узнад­зе, 1966. С.136). Сейчас мы не будем касаться вопросов взаимодействия психологии бессознательного и теории установки; это будет сделано в связи с рассмотрением проблемы бессознательного, но здесь мы должны отметить, что Узнадзе видит в бессознательном первую ступень развития.

Обосновывая идею развития, Узнадзе считает, что основой такового является бессознательное. «Мы увидим, что предшествующей сознанию ступенью развития психики является установка...» (Узнадзе, 1966. С.140). Уже в этом заявлении есть некоторая неточность, которая позволит многим оппонентам подвергать критике основные положения теории установки. Например, можно предположить, что установка не может быть сформирована на уровне сознания, что психика «надстраи­вается» над установкой.

Но сам Узнадзе все свои усилия направляет на преодоление выделенного им постулата непосредственности. Он пишет: «Современная буржуазная психология, как мне кажется, целиком базируется на предварительно не проверенной, критически не осознанной, догматически воспринятой предпосылке, смысл которой заключается в положении о том, будто объективная действительность непосредственно и сразу влияет на сознательную психику и в этой непосредственной связи определяется ее деятельность» (Узнадзе, 1966. С.158). При этом Узнадзе отмечает, что принцип непосредственной связи психических явлений основан на принципе непосредственной связи физических явлений, то есть психическое обусловлено так же, как и физическое физическим, психическими же причинами. Он называет это принципом «замкнутой каузальности природы» В. Вундта: ... «психические следствия имеют в своей основе активность психических причин». При этом отмечается, что психические процессы взаимосвязанны и взаимовлияемы, на чем основывается ассоцианистическая психология, гештальтпсихология, феноменология (см.: Узнадзе, 1966. С.159).

Строго говоря, вся психология, то есть любое ее направление, действительно следует этому принципу исходя из своего предмета исследования, выделения психических феноменов в особый класс исследуемых явлений. Другое дело, что при этом неизбежно возникает, с одной стороны, противопоставление физического мира и мира психического, а с другой стороны, всегда есть опасность психофизического параллелизма в той или иной форме. Но и здесь необходимо одно существенное уточнение. С одной стороны, декартовский дуализм не столь легко преодолеваем в практике исследования, сколь часто отвергаем в работах общего характера. С другой стороны, вероятно, на сегодняшний день идеи Ренатуса еще не могут быть достаточно аргументированно отвергнуты, ибо ими все равно пользуются в той или иной степени. Наиболее оптимальный вариант соотношения физического и психического предложен, по нашему мнению, в рамках экологического подхода в психологии. Что же касается постулата непосредственности, то существуют позиции, противоположные теории установки, и им сложно отказать в убедительности. «Нужно отметить, что в некоторых психологических концепциях связь «объект и его первичный образ» трактуется как опосредованная; между объектом и образом включается еще некоторый третий член. В этой связи подвергался критике так называемый постулат непосредственности. Однако этот постулат в том виде, как он сформирован первоначально, относится совсем к другому. С точки зрения этого постулата непосредственно данными являются наши знания о собственном внутреннем психическом мире (интроспекция – это якобы привилегия психологии), тогда как знание о физическом мире формируется не непосредственно, а через целую систему референтов. Другой смысл постулата непосредственности состоит в утверждении прямой связи стимула и реакции» (Ломов, 1984. С.165). Вероятно, необходимо относиться к «постулату непосредственности» как к базовой посылке, на которой строится вся теория, ибо если мы отвергнем это положение, то нет смысла во всех последующих построениях. Однако здесь нам видится еще одна сторона вопроса, которая не может быть оставлена без внимания при обсуждении вопроса «физическое-психическое» в психологии. Нам думается, что психология вообще не должна рассуждать об абстрактных психических свойствах, процессах или состояниях. Это единственная наука, которая обязана рассматривать физическое и психическое в рамках одной системы – живого организма. Ибо если утеряна индивидуальность, утеряна жизнь исследуемого организма, то для психологии это означает потерю почти полностью предмета изучения.

Недейственность большинства психологических доктрин обусловлена именно их интенцией на абстрактную психику неживого индивида. Психология должна заниматься только психикой живого человека во всем его многообразии, при всей его индивидуальности. Психология постепенно должна стать психологией одного человека, психологических закономерностей индивида в его взаимосвязи с окружающим миром.

Идея взаимодополнительности и взаимозависимости индивида и окружающего мира наиболее последовательно развивается экологическим подходом в психологии. Важно при этом, что и в теории Узнадзе, и в экологическом подходе базовым является понятие активности индивида, а сама установка считается ступенью развития психического и введена им в психологию именно с целью «обоснования факта наличия развития в психике». При этом он рассуждает прежде всего о возможных формах психического развития и существовании психической жизни до ее сознательных форм. «Скорее, наоборот, придется признать, что ступени сознательных психических процессов по необходимости предшествует активность психики, протекающая без всякого участия сознания, что существует, так сказать, досознательная ступень развития психики» (Уз­надзе, 1966. С.139). Из этого вытекает невозможность принятия аргумента А.Г. Асмолова о существовании психики (по Д.Н. Узнадзе) только как состоящей из сознания. Он считает (Асмолов. – А.Д.), что если согласиться с Д.Н. Узнадзе, то «социальная установка, взятая в своей интрапсихической форме, выступила бы тогда по отношению к этой базовой категории (к установке. – А.Д.) как вторичный феномен, как порождение первичной установки» (см.: Асмолов, Ковальчук, 1977. С.153). С этими аргументами сложно согласиться, учитывая время написания работы Узнадзе. Сам же Узнадзе традиционность психологии видит в несколько ином аспекте. «Таким образом, мы видим, что общепризнанным принципом традиционной психологии является положение о непосредственном характере связи между обычными психическими процессами и между психическими и физическими процессами» (Узнадзе, 1966. С.162).

Сегодня нам понятна его основная идея, задачи, стоявшие перед Узнадзе в тот период, и общее состояние проблемы понимания психического, где еще не содержалось представления о положительном бессознательном, поэтому психика понималась большей частью как сознание. Однако если толковать его высказывание дословно, то возникает интересная мысль о том, что Узнадзе между психикой человека и окружающим миром ставит некое образование внепсихического характера, которое он называет установкой.

Хотя сама идея может быть отвергнута «с порога» как абсурдная и можно сказать, что Узнадзе добавляет в понятие психического еще помимо сознательных процессов и бессознательную установку, однако мысль Узнадзе о биосфере как способе преодоления постулата непосредственности наводит на размышления о том, что установка виделась Узнадзе не только как внутреннее психическое образование индивида. Важно помнить при этом, что постулат непосредственности рассматривается не отдельно, а в связи с другими постулатами, например эмпирическим, который в определенной степени сглаживает недостатки «преодоления постулата непосредственности», ибо отчасти предполагает прямое восприятие.

Эмпирический постулат, по мнению Узнадзе, состоит в том, что между животным и средой, в которой существует это животное, всегда находится «пропасть», которую животное познает методом проб и ошибок для удовлетворения своих потребностей: «К ряду таких же мало проверенных предпосылок эмпирической психологии относится положение, согласно которому в основу человеческой жизни следует полагать наличие некоторого чисто эмпирического принципа, регулирующего всю жизнь и поведение живого существа. Смысл этого эмпирического принципа сводится к следующему: между живым организмом и средой следует предположить в принципе наличие глубокой пропасти, которая не дает живому организму возможности непосредственно пользоваться данными этой среды» (Узнадзе, 1966. С.162). Между окружающим миром и организмом в принципе не может быть никакой пропасти и никакого антагонизма, ибо окружающий мир состоит в том числе и из данного организма. Они организованы по принципу взаимодополнительности, встроенности и взаимозависимости. Организм получает возможности для существования из окружающего его мира, являясь в то же время основой для существования других элементов окружающего мира. Каждому виду предоставляются лишь те возможности, которые необходимы для его существования – ни больше и ни меньше. Бульших не предоставляется в принципе, в силу заведомого несовершенства тех или иных органов. Меньше – тоже не предоставляется, хотя для выживания очень существенен фактор активности организма по извлечению возможностей, которые потенциально даны в окружающем мире, но которые еще нужно реализовать для удовлетворения собственных потребностей. Если в животном мире все это достаточно понятно, то социальность человека вносит сюда дополнительные коррективы в виде нравственности, морали, законов, «фор­мирования разумных потребностей» и так далее. Кстати, Ш.А. Надирашвили впоследствии назовет это «райское» сосуществование среды и человека взаимодействием на уровне индивида, что кажется нам очень правильным и вполне соотносимым с принципами экологического подхода.

Важно при этом помнить, что Узнадзе описывает установку «как то опосредующее образование между влиянием среды и психическими процессами, которое объясняет поведение человека, его эмоциональные и волевые процессы: то есть выступает детерминантом любой активности организма» (Ждан, 1990. С.319).

Мы особо подчеркиваем понятие «активность» в данном контексте, ибо это как раз то, что отличает установку от аттитюда, и то, что возвращает нас к пониманию имманентной активности психического у Брентано. Брентановская активность и интенциональность получают в теории установки достаточную конкретизацию механизмов активности и интенциональности, столь ей необходимых. «Дело в том, что установка сама по себе есть источник психической энергии, которую она через имманентную потребность личности черпает из реального мира при первой же встрече данной потребности с ним как с единственно возможным объектом своего удовлетворения. Ибо установка не только переводит энергию внешнего раздражения в ту или иную определенную потребность в том или ином определенном предмете, а затем и в деятельность, но и посредством следующей за этим объективацией делает возможным переход самой этой потребности в сознание, за чем следует побуждение к активности» (Шерозия, 1978. С.53).

Можно спорить относительно последовательности прохождения всех перечисленных этапов, но основное для нас состоит в том, что обосновывается активная взаимосвязь индивида и окружающего мира через «вычерпывание», «извлечение» возможностей из окружающего мира. Очень существенным видится представление о том, что здесь ведется речь об определенной потребности и определенном предмете, которые объединяет установка, являющаяся в данном случае механизмом первоначального выбора и данной конкретной потребности, и данного конкретного предмета удовлетворения потребности. Важно признание окружающего мира как единственного источника удовлетворения потребности.

Следующей важной чертой установки является определение ее как целостного, динамического и обладающего направленностью состояния. Именно эти характеристики оказываются потом утерянными в большинстве теорий аттитюда, впрочем, как и в теории установки. «Мы могли бы сказать, что это состояние, не будучи сознательным, все же представляет своеобразную тенденцию к определенным содержаниям сознания. Правильнее было бы называть это состояние установкой субъекта, и это потому, что, во-первых, это не частичное содержание сознания, не изолированное психическое содержание, которое противопоставляется другим содержаниям сознания и вступает с ними во взаимодействие, а некоторое целостное состояние субъекта; во-вторых, это не просто какое-нибудь из содержаний его психической жизни, а момент ее динамической определенности. И, наконец, это не какое-нибудь определенное частичное содержание сознания субъекта, а целостная направленность его в определенную сторону на определенную активность. Словом, это, скорее, установка субъекта как целого, чем какое-нибудь из его отдельных переживаний, – его основная, его изначальная реакция на воздействие ситуации, в которой ему приходится ставить и решать задачи» (Узнадзе, 1966. С.150).

Данное замечание имеет для нас огромное значение, поскольку подтверждает верность предположения о существовании в механизме установки особой, изначальной направленности на предмет. В самом деле: если установка будет пониматься нами именно как «основная, изначальная реакция», то соответственно должна возникать и направленность этой реакции, она просто не может быть ненаправленной. Сам же момент изначальной реакции на воздействие ситуации, рассмотренный с точки зрения экологической психологии, есть прежде всего анализ, первичный выбор возможностей окружающего мира. Следовательно, основываясь на базовой идее Д.Н. Уз­надзе о механизме формирования и главных характеристиках установки, можно далее развивать положение о взаимодействии индивида и окружающего мира исходя из понимания их в экологическом подходе в психологии.

Установка обосновывает все взаимоотношения индивида и окружающего мира и является экологическим механизмом психики, определяющим взаимоотношения на базовом уровне психической организации. Сразу следует отметить, что эти отношения могут быть как сознательными, так и неосознанными. Хотя, надо заметить, что в целом в данном случае налицо бихевиористическая модель психики. «Это значит, что в результате воздействия объективных раздражителей (...) в испытуемом в первую очередь возникает не какое-нибудь содержание сознания, которое можно было бы сформулировать определенным образом, а скорее некоторое специфическое состояние, которое лучше всего можно было бы характеризовать как установку субъекта в определенном направлении. Эта установка, будучи целостным состоянием, ложится в основу совершенно определенных психических явлений, возникающих в сознании. Она не следует в какой-нибудь мере за этими психическими явлениями, а наоборот, можно сказать, предваряет их, определяя состав и течение этих явлений» (Узнадзе, 1966. С.151). Вероятно, важным моментом здесь может стать указание на то, что установка влияет не на всю психику, а на «психические явления», хотя это положение и требует отдельного исследования, но уже здесь можно заметить, что установка может выполнять и функцию различения возможностей окружающего мира. Впоследствии мы обозначим механизм, способный это осуществлять, как экологический компонент социальной установки. У самого же Д.Н. Узнадзе мы обнаруживаем: «Следовательно, можно считать, что установка относится к той категории фактов действительности, которая находит возможность проявления в самых разнообразных условиях: установка к оценкам «больше» или «меньше» или вообще количественных отношений этого рода может быть вызвана всюду, где только имеют место эти отношения, точно так же, как и установка на качественные особенности» (Узнадзе, 1966. С.156).

В соответствии с нашими представлениями о механизме действия интенциональности экологического компонента мы можем предполагать, что установка имеет имманентное свойство оценки возможностей окружающего мира. Важно отметить при этом, что данное свойство установки фундируется особенностями ее формирования. «Как мы увидим ниже, для возникновения этой последней (установки. – А.Д.) достаточно двух элементарных условий – какой-нибудь актуальной потребности у субъекта и ситуации ее удовлетворения. При наличии обоих этих условий в субъекте возникает установка к определенной активности. То или иное состояние сознания, то или иное его содержание вырастает лишь на основе этой установки. Следовательно, мы должны точно различать, с одной стороны, установку, а с другой – возникающее на ее базе конкретное содержание сознания. Установка сама, конечно, не представляет собой ничего из этого содержания, и понятно, что характеризовать ее в терминах явлений сознания не представляется возможным (см.: Узнадзе, 1966. С.157). Очень важным для нас является именно это упоминание о том, что сама установка «ничего собой не представляет», она только направляет содержания сознания. Данное положение созвучно представлениям Гуссерля о «сознании о», об интенциональности как неуловимом явлении, при помощи которого можно что-то прояснить, но которое само нельзя увидеть. «Мы должны исходить из мысли о наличии двух основных условий, без которых акты поведения человека или какого-либо другого живого существа были бы невозможны: «Это прежде всего наличие какой-либо потребности у субъекта поведения, а затем – ситуации, в которой эта потребность могла бы быть удовлетворена. Это основное условие возникновения всякого поведения и прежде всего установки к нему» (Узнадзе, 1966. С.164). В этой мысли Узнадзе для нас чрезвычайно ценным является то, что он говорит о формировании не только установки, но и поведения.

Сегодня уже достаточно очевидно, что как бы мы ни рассматривали поведение, оно не может быть описано только как формирующееся на основе потребностей и ситуации их удовлетворения: существует много форм поведения, не зависящих от потребностей или от ситуации. Но здесь интересна другая сторона. Узнадзе говорит: «всякого поведения и прежде всего установки к нему», а это означает, следуя нашей логике, что и то понятие установки, которое предлагал Узнадзе, не исчерпывает всего объема установок индивида. Таким образом, мы имеем ситуацию, в которой вполне возможно дальнейшее расширение видов установки, что в конечном итоге должно привести нас к ситуации возможности объединения теории аттитюда и теории установки при общем основании последней.

Д.Н. Узнадзе считает, что ситуация характеризуется согласованностью с потребностью при формировании установки, эта ситуация есть ситуация наличная, то есть «здесь-теперь-существующая». Главным же считается «совпадение потребности с наличием ситуации, включающей в себя условия ее удовлетворения» (см.: Узнадзе, 1966. С.168). Совершенно очевидно, что особое значение в данном случае имеет для нас факт, обозначенный Д.Н. Узнадзе как появление «установки в определенном направлении», что свидетельствует о том, что установка в его представлении имеет направленность. Причем сама направленность, видимо, возникает еще до формирования установки, ибо Узнадзе пишет: «...без наличия факта совместного и согласованного воздействия ситуации и потребности...» А это означает, что какой-то механизм должен предварительно сделать воздействие «согласованным и совместным», для этого нужно как минимум, чтобы из многих ситуаций (в наших терминах – возможностей окружающего мира) была выбрана лишь одна, та, которая удовлетворяет данной потребности. Можно было бы предположить, что сама потребность выполняет роль анализатора ситуации и ее возможностей, но тогда мы должны согласиться с мыслью о том, что потребность есть (хотя бы отчасти) интерпсихическое образование. Сама ситуация едва ли может стать механизмом анализа своих же возможностей, ибо в первую очередь они (возможности) должны быть соотнесены с индивидуальными потребностями организма.

Итак, мы имеем чрезвычайно ценные для нас выводы из основополагающих идей Д.Н. Узнадзе:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

В психологии iconЛекция по психологии Предмет и задачи психологической науки Общая...

В психологии iconАксиомы психологии потребителя Вопросы для самоконтроля
Текст является интеллектуальной собственностью ст преподавателя кафедры социальной психологии и психологии управления Днепропетровского...

В психологии icon1 Международная заочная научно-практическая конференция «Личность,...
Организаторы: Кафедра психологии личности и специальной психологии нгпу и нп «Сибирская ассоциация консультантов»

В психологии iconФ. Е. Василюк методологический анализ в психологии
Рекомендовано Советом по психологии умо по классическому университетскому образованию в качестве учебного пособия для студентов высших...

В психологии iconШпаргалка по психологии и педагогике Определение психологии как науки,...

В психологии iconВ. И. Гинецинский пропедевтический курс общей психологии
Психическая реальность: ее ингридиенты и свойства внешние границы и внутренняя структура предметной области психологии психологическое...

В психологии iconКнига канадского автора-учебник общей психологии с основами физиологии...
Для специалистов и студентов психологов, биологов, медиков, педагогов и всех читателей, интересующихся вопросами психологии

В психологии iconКнига канадского автора-учебник общей психологии с основами физиологии...
Для специалистов и студентов психологов, биологов, медиков, педагогов и всех читателей, интересующихся вопросами психологии

В психологии iconУчебное пособие по общей психологии
Гф специальности “Информационные системы в социальной психологии”, а также студентов мтф по специальности “Инженер педагог”, написанный...

В психологии iconМова Людмила
Людмила, к психол н., доцент кафедры практической психологии и психотерапии Института социологии, психологии и управлениня нпу имени...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<