В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко




Скачать 188.09 Kb.
НазваниеВ. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко
Дата публикации15.04.2013
Размер188.09 Kb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Астрономия > Документы


Человек интересной судьбы

В.Н. Степневский, Ю.М. Алексеенко

ветераны КБ «Южное»
(статья была подготовлена к 70-летиюВ.Н. Паппо-Корыстина )
Уроженец Сталинграда 11-летний мальчик Вадик Паппо в сентябре 1945 года вместе с матерью оказались в Днепропетровске, где проживали дедушка и бабушка – родители его отца, погибшего в мае 1945 года.

За первый диктант на украинском языке вчерашний российский школьник получил полновесную единицу (кол) за двенадцать ошибок и с удивлением узнал, что буква «ы» по-украински пишется как «и», что русская «и» пишется как «і», а слово «солнце» - как «сонце», а «месяц» как «місяць» и т.д. Языковая проблема уже в конце четверти была преодолена, а семилетку он закончил вполне успешно, за что был поощрен похвальной грамотой с изображениями вождей мирового пролетариата – Ленина и Сталина.

В 16 лет юноша Паппо, получив паспорт, несказанно удивился, узнав, что отныне его фамилия – Паппо-Корыстин! Оказалось, что бабушка – мать отца, после смерти первого мужа по фамилии Корыстин вышла замуж, и фамилия второго мужа была Паппо, который усыновил маленького Колю Корыстина и тот стал первым Паппо-Корыстиным.

Вскоре после переезда в Днепропетровск мама будущего работника КБ «Южное» была принята на работу в отдел кадров строящегося автомобильного завода, который в 1951 году Постановлением Совета Министров был передан в Министерство оборонной промышленности и стал крупнейшим ракетостроительным заводом. Работая в группе ИТР, Елизавета Петровна Паппо оформляла на работу К.В. Власова, Г.М. Григорьева, А.М. Макарова, В.С. Будника, М.К. Янгеля, В.М. Ковтуненко, И.И. Иванова, Н.Ф. Герасюту и многих других, а их была не одна тысяча, инженерно-технических работников. Неизменно приветливая, внимательная, миловидная женщина вызывала всеобщую симпатию и сострадание: гибель мужа в день победы повлияла на слух и она была вынуждена постоянно пользоваться слуховым аппаратом, что невольно запоминалось теми, кто с ней общался. И когда, спустя годы, ее сыну, ставшему молодым, а затем и зрелым специалистом, приходилось общаться с различного ранга работниками завода и ОКБ следовал вопрос: «А ты не родственник той Паппо Елизаветы Петровны, что работала в отделе кадров завода, плохо слышала, и принимала нас на работу?» И когда выяснялось, что это сын, следовали наказы передать привет и наилучшие пожелания и без излишних вопросов принимались положительные решения или подписание рассматриваемых документов.

М.К. Янгель. А.М. Макаров, В.С. Будник и многие другие большие и малые руководители всегда интересовались ее здоровьем передавая в ее адрес свои теплые чувства, а она, растроганная вниманием, всегда подчеркивала: «Вот видишь, сынок, какие большие люди, а как тепло относятся к рядовому инспектору отдела кадров».

Работники КБ и завода часто удивлялись - откуда Паппо-Корыстин знает того или иного ветерана, работавшего в годы становления КБ и завода, когда тот еще пешком под стол ходил? А у того еще в детские и юношеские годы откладывались в памяти люди и события, о которых рассказывала мать. В немалой степени способствовало и то, что дети наших первопроходцев завода и КБ отдыхали каждое лето в пионерском лагере автозавода, где зарождалась и крепла дружба, продолжающаяся и до настоящего времени, хотя у пионеров той далекой поры уже взрослеют внуки.

Близкие и дружеские отношения сохраняются у Паппо-Корыстина со своими сверстниками, ставшими Героями, лауреатами, учеными, крупными руководителями: А.А. Макаровым, Ю.А. Коломиным, В.Н. Шнякиным. Увлечение волейболом, а ему доводилось в начале 50-х годов быть капитаном юношеской сборной города, сблизило и сдружило с Юрием Семеновым, ставшего президентом РКК «Энергия» (которую ранее возглавляли С.П. Королев, В.П. Мишин и В.П. Глушко), героем Соцтруда, лауреатом Ленинской премии, академиком РАН.

После окончания школы в 1952 году Паппо-Корыстин, решив стать геологом-разведчиком, поступает в Днепропетровский горный институт. Совершенно неожиданно, спустя две-три недели после начала занятий, в одной из больших аудиторий института собирают около сотни студентов, от первокурсников до студентов-выпускников. За столом президиума – директор ДГИ Нестеренко, ректор ДГУ Мельников и никому не знакомые двое зрелых мужчин (впоследствии выяснилось – один из них замдиректора завода п/я 186 по кадрам Клюев, второй – декан физико-технического факультета ДГУ Варич). Собравшихся извещают, что они приказом ректора ДГИ отчисляются из горного института, а приказом ректора ДГУ – зачисляются в университет. Ошарашенные сообщением студенты сидят с открытыми от удивления ртами. Сидящие в президиуме интересуются, есть ли вопросы. После некоторой заминки поднимается прошедший Великую отечественную Александр Белянский: «А какая там стипендия?» - «Четыреста пятьдесят!» (В горном 395). Саша размышляет вслух: «Годится». «Еще вопросы есть?» Опять Белянский: «А с трояками дают?» Ответ следует незамедлительно: «Дают!». «Годится!», - ликующе провозглашает Белянский. На этом встреча заканчивается, и подавляющее большинство собравшихся становятся студентами физтеха. А.М. Макаров советует другу своего сына идти на второе направление: «Сердце машины – двигатель», - говорит он.

Пролетели пять лет учебы, вчерашние выпускники получили назначение в различные города Союза, но основная масса, в том числе и Паппо-Корыстин, была направлена на автозавод (так еще долгое время именовался будущий, а ныне – всемирно известный «Южмаш»).

Получив назначение в ОКБ-586 (ныне КБ «Южное» им. М.К. Янгеля), молодой специалист почти четыре года проработал в испытательной лаборатории, был комсоргом одной из самых крупных организаций ОКБ, возглавлял участок пневмоиспытаний узлов автоматики, многому учился у рабочих испытателей, приехавших в Днепропетровск из Тулы, Подмосковья, слесарей самых высоких разрядов, досконально разбирающихся в особенностях работы и конструкции редукторов, многих типов клапанов, вентилей, фильтров и т.д.

Через три года Паппо-Корыстина назначили старшим инженером. Высокую оценку работы молодого инженера дал переведенный из Подмосковья руководитель группы автоматики Н.И. Сидельников: «Прирожденный испытатель!». В отделе, преобразованном из лаборатории 17, перед молодым инженером открывались перспективы дальнейшего роста, но в мае 1961 года в его служебной деятельности произошел крутой поворот. В немалой степени в его осуществлении имела позиция директора завода А.М. Макарова, с сыном которого дружил Паппо-Корыстин с 1948 года. Часто бывая в семье Макаровых, он попросил совета Алексадра Максимовича как поступить в ситуации, когда один из заместителей Янгеля настаивает на переводе его в группу ведущих конструкторов, а второй возражает. «Ты-то сам хочешь работать ведущим?» - поинтересовался Александр Максимович, и получив положительный ответ, пообещал переговорить с возражающим замом Михаила Кузьмича.

По предложению В.А. Пащенко, первого «космического» ведущего конструктора ОКБ, и активной поддержке заместителя Главного конструктора В.М. Ковтуненко, М.К. Янгель подписывает приказ о переводе Паппо-Корыстина в группу ведущего конструктора по космическому направлению, а спустя некоторое время назначает его ведущим конструктором по теме «Восход».

В составе темы – космический носитель на базе только что принятой на вооружение боевой ракеты 8К65, метеорологический спутник «Метеор» и два спутника спецсвязи. Коллеги шутят: «Самый богатый ведущий!». А спустя год Янгель, вынужденный бросить все силы ОКБ и завода на создание новых ракет стратегического назначения и носителя тяжелого класса Р-56, выходит в правительство с предложением передать разработку носителя 65С3 и спутников спецсвязи в Красноярск в недавно образованное ОКБ-10 (Главный конструктор М.Ф. Решетнев), а спутника «Метеор» - во ВНИИЭМ, Москва (директор института А.Г. Иосифьян).

Против этого предложения категорически возражают первый зам. Янгеля В.С. Будник и В.М. Ковтуненко. «Что ты делаешь, Михаил Кузьмич?! - возбужденно восклицает Будник – ведь связь и метеорология – это работа на всю жизнь!» Не менее активно возражает и Ковтуненко, остальные соратники Янгеля также не поддерживают предложения Главного, но в менее категоричной форме. Но решение Янгеля – окончательное и пересмотру не подлежит.

Военно-промышленная комиссия принимает предложение Янгеля, оставляя за ОКБ-586 роль головной организации по передаваемой тематике. Михаил Кузьмич предлагает Паппо-Корыстину, подавшему заявление о переводе в Красноярск, где для него Решетневым уже была выделена 3-комнатная квартира, продолжать работу в ОКБ-586 и быть «полномочным представителем» головной организации в ОКБ-10, ВНИИЭМ и других организациях, включая министерства и ведомства.

«Горячей» позицией в теме «Восход» оказался ИСЗ «Метеор». К тому времени уже действовало соглашение между СССР и США об обмене спутниковой метеорологической информацией, и американцы свои обязательства выполняли, а советская сторона отставала. Количество проводимых коллегий министерствами общего машиностроения, электротехнической промышленности, радиопромышленности, промышленности средств связи, на которых рассматривалось состояние разработки ИСЗ «Метеор» и космической метеорологической системы постоянно нарастало. Реже, но значительно напряженнее проходили заседания Комиссии Президиума СМ СССР по военно-промышленным вопросам под председательством зам. Председателя СМ СССР Л.В. Смирнова.

Еженедельно в течение 1963 года проводились оперативные совещания в Главном управлении гидрометеослужбы СССР, которое возглавлял в то время один из участников героической папанинской четверки – академик Е.К. Федоров. Человек в высшей степени интеллигентный, старающийся в первую очередь вникнуть в трудности решаемых проблем, а не только просто дать нагоняй отстающим, - Евгений Константинович однажды поинтересовался у своих подчиненных причиной постоянных опозданий на 15-20 минут представителя КБ «Южное», а узнав о времени прибытия в столицу поезда Днепропетровск-Москва, тут же распорядился о переносе начала оперативок на полчаса позднее.

Работа ведущего конструктора по «Метеору» и носителю 65С3, получившему в дальнейшем общеизвестное название «Космос-2», затем «Космос-3», в течение нескольких лет свела его с известными учеными, конструкторами, руководителями промышленности и ракетных полигонов: А.Г. Иосифьяном, М.Ф. Решетневым, А.М. Исаевым, И.А. Росселевичем, В.А. Хрусталевым, Е.К. Федоровым, В.Г. Сергеевым, А.С. Мнацаканяном, А.Ф. Богомоловым, С.А. Зверевым, С.А. Афанасьевым, О.Д. Баклановым, Г.Н. Пашковым, А.А. Курушиным, Г.Е. Алпаидзе, А.М. Войтенко, А.С. Матрениным и многими другими.

Несмотря на важность выполняемых работ, имеющиеся отставания, строгий разбор на коллегиях, возникали иногда и комические ситуации. Свидетельствует Паппо-Корыстин: «На совместной коллегии трех министерств - оборонной, электротехнической и радиопромышленности, А.Г. Иосифьян докладывает о состоянии разработки ИСЗ «Метеор». После доклада первым задает вопрос докладчику С.А. Зверев – министр МОП: «Когда будет выпущен и представлен экспертной комиссии эскизный проект?» Иосифьян проникновенно отвечает: «Это очень серьезный объект!» Зверев довольно убедительно замечает, что «Молния» (спутник королевского ОКБ) тоже серьезный объект, но, тем не менее, по выпуску его эскизного проекта названы конкретные сроки! Андроник Гевондович усиливает ответ: «Метеор» - это серьезный и очень сложный объект». Зверев начинает наливаться краской: «Когда будет выпущен эскизный проект?!» Из зала слышится голос с характерным акцентом: «Разрэшите», и к столу президиума шаркающей походкой выходит заместитель Иосифьяна Мушег Татевосович Геворкян. Укоризненно глядя на министра, он изрекает: «Я вам как коммунист заявляю – это очень серьезный и очень сложный объект!» Зал взорвался от хохота, ну, армяне дают! До слез смеялся сидевший за столом с министром М.К. Янгель».

В 1963 году ВПК решением о создании Госкомиссии по испытаниям 65С3 и «Метеора» от ОКБ-586 включает в ее состав Паппо-Корыстина.

В августе 1964 года королевской «семеркой» первый метеоспутник был выведен на орбиту ИСЗ. Неудача – перепут полярности, объект не сориентировался в пространстве. Последующие три запуска успеха тоже не принесли. Сказывались отсутствие опыта, дефицит времени. Янгель и Иосифьян потребовали дать несколько месяцев на проведение всесторонних наземных испытаний с учетом изменений, внесенных по результатам летных испытаний. И 25 июня 1966 г., в день посещения космодрома Байконур Президентом Франции Шарлем де Голлем и руководителями СССР Брежневым и Косыгиным, состоялась демонстрация пусков королевского космического носителя с «Метеором» и янгелевских ракет стратегического назначения. Де Голль был особенно поражен стартующими из шахтных пусковых установок боевых ракет Янгеля, негромко выражая восхищение увиденным: «Колоссаль!». А «Метеор» работал по программе!

В дальнейшем «Метеоры» выводились на орбиты с космодрома Плесецк, сначала носителем Королева, затем янгелевским «Циклоном-3», а позднее уткинским «Зенитом» вновь с космодрома Байконур. И если в те далекие годы советские средства массовой информации пестрели заголовками типа «Часовой погоды», «Метеор» на службе у метеорологов», «Сотрудничество в космосе» и т.д., то в нынешнее время сообщения ограничиваются тем, что «…установленная на спутнике аппаратура функционирует нормально».

С 1969 года начались регулярные запуски ИСЗ «Метеор», а на Паппо-Корыстина была возложена задача подготовки решения правительства о приеме космической метеорологической системы «Метеор» в эксплуатацию.

Накануне столетия В.И. Ленина позвонили из Москвы и поздравили Паппо-Корыстина и В.С. Соколова, под руководством которого создавалось космическое производство «Южмаша», с присуждением Ленинской премии.

Когда Вадим Николаевич сообщил матери об этом событии, она растроганно прошептала: «Если бы об этом знал отец…», - а потом более твердо добавила: «Не зазнавайся!»

После вручения диплома лауреата, удостоверения и нагрудной медали Паппо-Корыстин сразу с борта самолета направился во всей красе к А.М. Макарову. «Дед», как называли Макарова «за глаза» его более молодые соратники, расцеловал Вадика (он по-прежнему оставался в глазах Александра Максимовича мальчишкой), передал поздравления его матери и попросил зайти к нему домой, чтобы забрать какую-то передачу для сына, отдыхающего в Евпатории, куда на следующий день выезжал свежеиспеченный лауреат, самый молодой в ОКБ из ленинских лауреатов и первый из выпускников физтеха.

В конце 1969 году, когда «Метеор» исправно нес космическую вахту, назначенный главным инженером КБ «Южное» Л.А. Караханян, бывший начальник отдела, где начинал работать Паппо-Корыстин, обратился к Янгелю с просьбой разрешить ему подобрать кандидатуру на должность заместителя главного инженера. «Подбери, - согласился Михаил Кузьмич – но с одним условием – не старше 35 лет». Помощник-референт Главного конструктора Н.Д.Журин посоветовал Караханяну: «Левон Арутюнович, переговори с Паппо-Корыстиным, он «Метеор» сдал, ты его хорошо знаешь…»

Вспоминает Паппо-Корыстин: «Звонит Караханян: «Сколько тебе лет?» - «Тридцать пять», - отвечаю. «Зайди ко мне». Встретились. Левон предложил мне стать его первым заместителем и быть ответственным за координацию совместных работ с заводом по изготовлению материальной части для экспериментальной отработки, оснащению испытательной базы нестандартным оборудованием и оснасткой, проведения типовых и других видов испытаний для завода в экспериментальных подразделениях КБ «Южное». Кроме того, руководить службой главного инженера, состоящей из достаточно самостоятельных отделов и секторов. К тому времени я работал заместителем начальника отдела в космическом КБ, возглавляемом В.М. Ковтуненко, и одним из моих непосредственных начальников был признанный специалист-испытатель ракетно-космической техники Ким Хачатурян. Он узнал о предложении Караханяна, рассмеялся и отметил, что «ты стал испытанным другом армянского народа». Янгель, принимая окончательное решение о моём новом назначении, мягко порекомендовал в случае необходимости помогать Иосифьяну в его делах на заводе и в ОКБ, связанных с «Метеором».

Двадцать восемь лет проработал Паппо-Корыстин заместителем главного инженера КБ «Южное». При его непосредственном участии были разработаны и сданы на вооружение и эксплуатацию боевые стратегические ракеты 15А14, 15А15, 15А16, 15А18, 15А18М, 15Ж60, 15Ж61, ракеты-носители «Циклон-2», «Циклон-3», «Зенит», а также несколько типов космических аппаратов.

В.Ф.Уткин, придававший исключительно важное значение вопросам полноты и своевременности проведения экспериментальной отработки, строго спрашивал с заместителя главного инженера за срывы сроков изготовления экспериментальных узлов и подготовки испытательной базы.

Возникали иногда ситуации, когда «нос вытащишь, хвост увяз», есть узел, но нет оснащения стенда, или наоборот.

Потребовалось строгое проведение анализа причин отставания, среди которых были и изменения конструкторской документации, и неполнота подготовки производства, и отсутствие покупных комплектующих, и многое другое, вплоть до выделения объемов по труду цехам-изготовителям. Систематическое выявление узких мест, представление конкретных предложений высшему руководству ОКБ и завода, принятие соответствующих мер - в целом позволило постепенно повышать показатели выполнения экспериментальных работ. На одном из партийно-хозяйственных активов КБ «Южное», среди участников которого был и Генеральный директор Южмаша А.М.Макаров, прозвучала искренняя благодарность из уст Главного конструктора КБ-2, одного из главных потребителей заводской продукции, М.И. Галася – коллективу завода за высокие показатели выполнения экспериментальных работ по ракете 15А18М.

Через полгода после назначения на должность зам. главного инженера Паппо-Корыстина пригласил к себе в кабинет В.Ф.Уткин, исполнявший обязанности Главного Конструктора во время болезни Янгеля. Вспоминает Паппо-Корыстин: «Усадив меня за стол, Владимир Федорович поведал, что меня поздравляет с присуждением Ленинской премии Леонид Васильевич Смирнов (для меня это было приятно) и что он же одобрил предложение Уткина о назначении Паппо-Корыстина персонально ответственным за подготовку первого и важнейшего этапа отработки минометной схемы старта четырнадцатой ракеты (15А14) – второе было для меня совершенно неожиданным. Уткин отметил, что идет острое противоборство двух концепций дальнейшего развития стратегических ракетных комплексов – Янгеля, на стороне которого выступали Уткин и Смирнов, и Челомея в союзе с маршалом Гречко и министром общего машиностроения Афанасьевым.

«Работай, как в условиях военного времени. Молоти день и ночь, докладывай в любое время суток!»

С комплектом технической документации на уникальный стенд, разработанный отделом нестандартного оборудования под руководством С.И. Набутовского, бригада янгелевцев в начале мая 1970 г. прилетела в Краматорск. Принимал нас директор НКМЗ Виталий Андреевич Масол, будущий премьер-министр Украины. Импонировали его дружелюбие, внимание, спокойная деловитость. Ведущие специалисты и производственники после ознакомления с документацией на стенд вынесли вердикт: стенд может быть изготовлен!

Совместным приказом руководителей ОКБ и завода были назначены персонально ответственные за изготовление, монтаж и введение стенда в эксплуатацию: Паппо-Корыстин, зам. главного инженера Южмаша В.С.Соколов, директор ПМЗ – В.М.Шкуренко. Первые два еженедельно выезжали в Краматорск и решали возникающие вопросы, а Виталий Михайлович Шкуренко руководил работами на испытательной площадке, где строители, монтажники, измеренцы готовились к предстоящим испытаниям.

В Павлоград неоднократно приезжали ответственные работники аппарата ЦК КПСС, ВПК: Б.А.Строганов, Б.А.Комиссаров, К.Г.Осадчиев.

В конце января 1971 г. груз-макет ракеты 15А14 весом более двухсот тонн был подброшен мощным пороховым аккумулятором давления на высоту трехэтажного дома и застыл, удержанный мощными клиновыми механизмами захвата! А в ночь на 1 мая 1971 г. был произведен «длинный» бросок из полноразмерного транспортно-пускового контейнера, и двигатели увода «увели» макет в ожидаемое место падения. Это были первые, но очень важные шаги к Большой Победе. Результаты испытаний немедленно сообщались находящемуся в Москве Михаилу Кузьмичу. Участникам испытаний на всю жизнь запомнился светящийся от раскаленных газов стеклопластиковый контейнер с проходящим сквозь него грузовым макетом, мощный рев двигателей увода и глухой удар макета о землю… Ликование было всеобщим, празднование дня 1-го мая началось довольно «оперативно».

Вслед за первым было ещё не одно «персональное» задание, поручаемое Паппо-Корыстину. Так, на него, с 1972 года, была возложена почетная ответственность за увековечение памяти М.К. Янгеля и поддержание связей с его семьей.

Под руководством В.Н. Паппо-Корыстина было выполнено большое число общественно полезных дел:

Создание музея Янгеля на космодроме Байконур, памятник Михаилу Кузьмичу на Новодевичьем кладбище, бюсты на родине в Сибири, Днепропетровске, памятник на территории Южмаша, выставка в историческом музее «Днепропетровск – космосу», подготовка и открытие музея КБ «Южное» и Южмаша на территории завода, выпуск в соавторстве с В.Платоновым и В.Пащенко сборника «Днепровский ракетно-космический центр». Ему вместе с А.С.Коротковым, главным инженером Южмаша, довелось сопровождать Л.В.Смирнова и С.А.Афанасьева в открытом в честь50-летия завода и 40-летия КБ музея обоих коллективов. И надо было видеть по-человечески понятное удовлетворение руководителей ракетно-космической и оборонной отрасли страны, когда они в заключительной части экскурсии находили себя на фотографиях: «Смотри, не забыли!»

Но особо запомнившимся - ответственным и волнующим событием в памяти Вадима Николаевича стало открытие Национального Центра аэрокосмического образования молодёжи Украины 12 сентября 1996 г., в день 90-летия патриарха отечественного машиностроения Александра Максимовича Макарова.

За три месяца до этого события в выходной день ему позвонил домой Генеральный Конструктор С.Н.Конюхов: «Вышел Указ Президента Украины Л.Д.Кучмы о создании в Днепропетровске Национального Центра Аэрокосмического образования… Прошу тебя быть с утра в понедельник в клубе зенитно-ракетного училища. Там будут Команов, Сичевой, главные архитекторы КБ и завода Фролов и Нескоромный, заместитель директора Михайлов, представители городских организаций… Задача – ознакомиться с обстановкой на месте и дать свои предложения, обеспечивающие безусловное выполнение Указа…»

Создание Центра стало национальной задачей. Ход подготовки и повседневный контроль исполнения осуществлял лично Н.И. Деркач, глава областной администрации. На первой же расширенной встрече с участниками предстоящего «штурма» по превращению доведенного «до ручки» клуба в Национальный центр – Генеральный директор «Южмаша» Ю.С. Алексеев при поддержке С.Н. Конюхова объявил губернатору, что ответственность от КБЮ и ЮМЗ за содержание и размещение экспонатов ракетно-космической техники в Центре возлагается на Паппо-Корыстина…

Не менее ответственную и трудоемкую работу, каждому по своей части, пришлось возглавлять Сичевому, Дюкову, Михайлову, Г.Г. Команову, назначенному директором Центра, его заместителю В.В. Хуторному. Не менее объемную, причем работу с высоким качеством исполнения, предстояло выполнить строителям, ремонтникам, озеленителям, дорожникам, общее и продуманное руководство которыми осуществлял А.Н. Гальченко.

И наступил день 12 сентября 1996 г. Вспоминает Паппо-Корыстин: «На меня было возложено проведение первой ознакомительной экскурсии с участниками открытия Центра. На площади – масса школьников, студенческой молодежи, жителей города. Погода радует. Мягкое теплое солнце, чистое небо. Я нахожусь в вестибюле и наблюдаю за кортежем машин с прибывающими гостями. Директор Центра Г.Г. Команов докладывает Президенту Украины о готовности Центра к открытию. Л.Д. Кучма и А.М. Макаров перерезают алую ленточку, через несколько мгновений они вместе с приглашенными заполнили верхнюю площадку вестибюля.

Вглядываясь в лица стоящих в первом ряду, я едва не потерял дар речи. Л.Д. Кучма, А.М. Макаров с супругами, министры общего машиностроения разных времен С.А. Афанасьев, О.Д. Бакланов, В.Х. Догужиев; В.Ф. Уткин, Ю.П. Семенов, А.С. Матренин, А.В. Усенков, генерал армии Ю.А. Яшин, В.П. Горбулин, В.А. Андреев, Н.И. Деркач, В.И. Сичевой…

Я искренне поведал, что испытываю чувство огромного волнения и рассчитываю на поддержку участников предстоящей экскурсии. В ответ прозвучало дружелюбное: «Давай, давай, поможем!», и мы двинулись в полуторачасовой поход.

А когда закончили осмотр экспозиции, воспроизводящей кабинет А.М. Макарова с превосходно исполненным контурным портретом Александра Максимовича за письменным столом, и я процитировал известное напутствие «деда» своим подчиненным в трудную минуту жизни: «Сымай галстук, надевай синячку, включай лампочку Ильича и начинай работать, имей ввиду!». Все заулыбались, довольно загудели и двинулись в главный зал экспозиции, расположенный на втором этаже».

Паппо-Корыстин, по общему мнению, успешно справился с задачей, заслужив похвалу Президента Украины. После завершения торжественного митинга огромный С.А. Афанасьев расцеловал экскурсовода, еле достававшего головой до плеча самого «Большого Министра», его примеру последовали О.Д. Бакланов, В.Х. Догужиев, Ю.А. Яшин…

В течение последующего времени Паппо-Корыстину довольно часто поручалось проведение в Центре экскурсий делегаций из стран ближнего и дальнего зарубежья, партнерами КБ «Южное» и «Южмаша» в международном сотрудничестве по освоению комического пространства. Особо памятной была встреча с экипажем «Коламбии», в состав которого входил первый космонавт Украины Леонид Каденюк.

В развитие экспозиции Центра были всенародно открыты стенды, посвященные памяти А.М. Макарова и М.К. Янгеля, за создание которых были ответственными Паппо-Корыстин и его испытанный и верный партнер В.П. Платонов.

В 1997 году после операции на тазобедренном суставе Паппо-Корыстин в соответствии с поданным заявлением был назначен ведущим научным сотрудником ГКБ «Южное».

С учетом имеющегося опыта работы над книгой «Днепровский ракетно-космический центр» ему и В.А. Пащенко поручают разработать первый рекламный проспект предприятия по ракетно-космической и народнохозяйственной тематике. Красочно оформленный, изданный на великолепной бумаге с полным комплектом иллюстраций разработанных стратегических ракет, космических носителей и аппаратов, троллейбусов, ветроэнергетических установок и другой продукции народнохозяйственного назначения стал на определенный период визитной карточкой орденоносного КБ.

Вслед за рекламным проспектом Паппо-Корыстин назначается ответственным за выпуск книги «Ракеты и космические аппараты КБ «Южное», выполненной в соавторстве с А.Н. Мащенко, В.А. Пащенко и В.Г. Васильевым. Презентация книги состоялась в Национальном центре аэрокосмического образования молодежи Украины, куда были приглашены видные ученые, специалисты-ракетчики, Герои и лауреаты, представители городской администрации. Книга получила широкую известность: Россия, Украина, Казахстан, Америка, Бразилия, Египет, Франция – далеко не полный перечень стран, читатели которых смогли узнать о достижениях и возможностях днепровских ракетчиков и создателей ИСЗ.

Вадим Николаевич – автор ряда публикаций о жизни и деятельности К.Э. Циолковского, М.К. Янгеля, В.Ф. Уткина, В.С. Будника, А.М. Макарова, А.Г. Иосифьяна… У него были интересные встречи с космонавтами Ю.А. Гагариным, Г.С. Титовым, В.М. Комаровым, А.А. Леоновым, П.И. Беляевым, П.Р. Поповичем, Б.Б. Егоровым, В.М. Жолобовым, с трижды Героем Советского Союза Иваном Кожедубом.
Обладая прирожденной наблюдательностью и способностью сохранять в памяти отдельные эпизоды, поступки, черты характера личностей, широко известных в ракетостроительной отрасли, В.Н. Паппо-Корыстин, умеет поражать своими воспоминаниями об этих людях. Вот одно из таких воспоминаний о М.К. Янгеле:

«Зимой 1964 г. возвращаюсь из Москвы домой с пятилетней дочкой. Аэропорт Внуково. Стоим у сувенирного киоска. В зал входят М.К. Янгель с женой Ириной Викторовной. Располагаются возле нас. Янгель летит в Киев на пленум ЦК компартии Украины. Ирина Викторовна вскоре прощается и уезжает, а Михаил Кузьмич начинает знакомиться с краснощекой толстушкой: «Как тебя зовут? Чем занималась в Москве?» Следует искренний рассказ о Мавзолее дедушки Ленина, о парке, где с горок катались, о воробышках, которых кормили… Я на пару минут оставляю их вдвоем, а возвратившись, застаю обоих за разглядыванием сувениров-самоваров, кофейных сервизов, брошек, браслетов, цепочек, колечек… «Что тебе здесь нравится?» Меня бросает в жар. «Михаил Кузьмич, это же ребёнок, мало ли что ей здесь нравится!». А он по-царски щедро продолжает предлагать и то, и другое, и третье. Милка простодушно тычет пальцем в мельхиоровый набор, состоящий из блюдца, солонки, маленькой ложечки и что-то типа рюмочки, короче – набор для «расправы» с приготовленным всмятку яйцом. «Я буду куколок кормить!»

«Это тебе от меня на память…» - Кузьмич вручает ребенку упакованный в картонную коробку сувенир. Уже в самолете, неторопливом трудяге Ил-14, дочка интересовалась: «А кто это был, папа?» «Это Михаил Кузьмич Янгель, когда-нибудь ты будешь читать о нем книжки, смотреть кинофильмы…». - «А он ленинец?» - «Настоящий ленинец, дочка. Спи!» …

Прошло много лет, а доброе и светлое воспоминание об этом эпизоде продолжает волновать и воскрешать в памяти образ Михаила Кузьмича Янгеля».
Общение с такими людьми становилось школой жизни для тех, кому посчастливилось учиться в этой школе.

Один из достойнейших учеников школы Янгеля – Вадим Николаевич Паппо-Корыстин.



^ Годы молодые. Слева – направо В.Н. Паппо-Корыстин, будущий Генеральный конструктор КБ «Южное» С.Н. Конюхов, будущий Президент Украины Л.Д. Кучма, 1960-е годы



^ Москва. Красная Площадь. После получения дипломов и медалей Лауреата Ленинской премии. Слева В.С. Соколов, справа В.Н. Паппо-Корыстин, 1970 г.


^ На открытии Национального центра аэрокосмического образования молодежи в Днепропетровске, 12 сентября 1996 г.



^ Аня Янгель и В.Н. Паппо-Корыстин на родине М.К. Янгеля в Сибири, 24 октября 2006 г.



В.Н. Паппо-Корыстин рассказывает о ракетах КБ «Южное». Во время встречи с активом города Железногорска-Илимского, 25 октября 2006 г.



В.Н. Паппо-Корыстин выступает на митинге на площади М.К. Янгеля в городе Железногорск-Илимский, 25 октября 2006 г.



В.Н. Паппо-Корыстин у детской колыбели Михаила Янгеля в Доме-музее семьи Янгель в пос. Березняки, 26 октября 2006 г.



В зале заседаний КБ «Южное»


Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconМедико-биологический профиль обучения Учебные пособия по русскому...
Алексеенко, Т. Н. Научный стиль речи. Учебное пособие для иностранных студентов-медиков [Текст] / Т. Н. Алексеенко, Л. П. Красовская,...

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconАлексеенко А. 70, 196, 339

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconАлексеенко А. П., доктор филос н., проф
А без соответствующей гуманитарной и, в особенности, философской подготовки, найти их вряд ли возможно

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconИспользование спортивных игр в тренировочном процессе дзюдоистов высокой квалификации
Журавель А. В, Алексеенко А. О., Логвиненко Ю. В., Национальная академия внутренних дел, г. Киев

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconCвязь микроструктуры с ударной вязкостью сварных швов,выполненных...
Л. Н. Орлов, к т н. (Ооо «ТМ. Велтек»), Д. П. Новикова, Максимов С. Ю.,к т н., Алексеенко И. И., инж. (Иэс им. Е. О. Патона)

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко icon3 Алексеенко Сергей 1 9 4 1937 03. 01. 85 Острог 19145 01. 01. 15
Примечания: w -жен.; I -неакт. Fide; н -неакт. Укр; Жирним виділено шахістів м. Острога та Острозького району

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconАвтор: О. В. Алексеенко
В связи с этим повысился спрос на сайты обучающего характера, на которых была бы размещена подробная информация по различным учебным...

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconВ гл. 28 мы обсудим вопросы, связанные с
Перевод с английского канд биол наук Н. Ю. Алексеенко, канд биол наук Е. М. Богомоловой, канд биол наук В. Ф. Куликова и Ю. А. Курочкина...

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconМетодические указания к самостоятельной работе студентов
Модуль Физиология висцеральных систем. Содержательный модуль Физиология сердца: метод указ к самост работе студентов II курса лечебного,...

В. Н. Степневский, Ю. М. Алексеенко iconИменуемое в дальнейшем заказчик, в лице (должность) (фио), действующего на основании с одной
Ооо «би энд ди», плательщик единого налога по ставке 5%, именуемое в дальнейшем исполнитель, в лице директора Алексеенко В. В., действующего...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<