Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01




НазваниеВладимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01
страница6/18
Дата публикации01.03.2013
Размер2.44 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Астрономия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
^

В ЧРЕВЕ КОНЯ




– Я думаю, – сказал Швейк, – что на всё надо смотреть беспристрастно. Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься. Врачи тоже ведь люди, а людям свойственно ошибаться. Как-то в Нуслях, как раз у моста через Ботич, когда я ночью возвращался от "Банзета", ко мне подошел один господин и хвать арапником по голове; я, понятно, свалился наземь, а он осветил меня и говорит: "Ошибка, это не он!" Да так эта ошибка его разозлила, что он взял и огрел меня еще раз по спине.

^ Ярослав Гашек. Приключения бравого солдата Швейка

Мы пробежали мимо очень странного памятника Сталину так, впрочем, и было написано на фанерке со стрелочкой "К Сталину". Отчего-то это был памятник одновременно Сталину и верблюду.

– От благодарного калмыцкого народа, – сказал потом Владимир Павлович.

Но что нам было до Сталина, когда за нами погоня, как за зеками старинных времён, по следу которых лагерная охрана спустила служебных собак.

Эти собаки приближались, мы старались не смотреть назад, а слышали только треск сучьев. Оторвавшись, мы припустили вдоль набережной и свернули к площади с Медным всадником.

Владимир Павлович махнул нам рукой, и Математик первым принялся карабкаться на постамент. В задней части лошади обнаружилась довольно большая дыра. Мы, подсаживая друг друга, забрались внутрь всадника и замерли, переводя дыхание.

Математик тут же проверил окружающее пространство дозиметром: всё было почти в пределах ожидаемого. Видимо, дожди вымыли радиоактивную пыль. Мы принялись подсматривать в дырочку за происходящим снаружи.

Собаки дошли по нашему следу почти до самого камня и, тяжело дыша, топтались внизу. Кажется, у них не хватало не то соображения, не то ловкости, чтобы продолжить преследование. Но вдруг что-то переменилось. Пришёл кто-то другой, и собаки испуганно заскулили. Пришёл кто-то, для собак страшный. Авторитет пришёл строить и наказывать.

Это точно не был деликатный повар или какие-нибудь его не менее деликатные товарищи. И непонятно было, хорошо это или нет.

Стараясь не дышать, мы ждали. Но ровно никаких звуков, кроме ветра, что пел в дырах статуи, мы не услышали. Так прошёл час. Понемногу мы успокоились, устроились поудобнее и попробовали заснуть. Владимир Павлович заснул сразу, Математик долго ворочался, но тоже скоро засопел, а я всё думал и думал о странных поворотах судьбы, что привела меня сюда, в другой город, и засунули в чрево медного Коня. Семецкий прижался ко мне и зачмокал во сне, как большой ребёнок. Тут человека сожрали, как банку консервов, а тут ты сидишь, как древний герой внутри полого коня, и боишься не то что совершать массу суетливых движений, но и просто неловко дёрнуться. Было, кстати, довольно холодно в этом дырявом звонком корпусе, и если бы не то, что мы лежали навалом, заснуть бы я не мог.

Я представил себе, как на нас будут смотреть друзья, когда мы расскажем им то, что видели. Я тоже видел людей, вернувшихся с дальних станций. Например, людей, что говорили о страшенной битве с монстрами где-то в "Ботаническом саду". Бред это был, какой-то жуткий бред. И человек, что рассказывал нам эти страсти, вдруг сбился и начал вставлять в рассказ какие-то подробности, подвирать, чтобы было понятнее и проще. То есть становилось совсем уж не понятно, где правда, а где вымысел. Я сам как-то, рассказывая про наших свиней, которые наверняка обладают коллективным разумом, начал фантазировать, добавлять детали, чтобы сделать рассказ более правдоподобным. И ведь он вышел правдоподобным, те две девчонки с "Белорусской", которым я это рассказывал, повелись и мне поверили. Я даже сам себе стал верить и с удивлением потом поймал себя на мысли, что, может, это как раз укладывается в схему, которую предложил один средневековый философ Оккам. И как-то прочитал в библиотеке рассказ про двух американцев, которые сделали чучело миллионера, обладавшее особенностями инопланетянина, и начали разводить его наследника, что этот миллионер-инопланетянин специально губит природу и атмосферу на Земле, чтобы сделать планету пригодной для инопланетян. Наследник повёлся, но тут эти двое смотрят друг на друга и понимают, что если действительно из всех объяснений нужно выбирать самое простое, как этот Оккам и учил, то миллионер действительно был из Космоса. Знали бы эти герои, как с природой и атмосферой всё обернётся на самом деле! Я после этого с уважением стал смотреть на свиней. Ну и на свинарей тоже.

Но вот слушал я истории про другие станции с большой осторожностью. Даже когда кто-нибудь приносил фотографии. Вот, к примеру, чума, что была где-то на юге, кажется, в "Новогиреево". К нам пришли несколько человек оттуда, и я видел фотографии, где по станциям идут люди в чёрных плащах и странных масках с длинными клювами. Потом я увидел такую картинку в книге и долго тупо смотрел на страницу. Это был какой-то средневековый наряд врачей.

Откуда на "Площади Ильича" средневековые доктора? Но никто ничего не объяснял. Всё это была какая-то обманка. Я тогда бросился переспросить, но беглецы уже ушли в сторону "Войковской", и спросить было некого. Тут самое верное решение вовсе не думать, что и как. Думать надо, когда провода искрят на вверенном тебе участке. Или из тоннеля потянуло дымом. Причём думать быстро и качественно. А так-то что? Голова заболит а у меня и так из неё волосы сейчас вылезают.

Или вот я был маленький, и меня повели в зоопарк. Прямо рядом с кассами бродил человек, и в его руках бешено крутились две проволочки. Человек этот кричал страшно и протяжно: "Сейчас рассказывают про крыс-мутантов в метро! Зашибись! Диггеры приняли это существо сначала за капибару, сбежавшую из зоопарка! Биолокация на "Краснопресненской" говорит, что в тоннеле множество животных! Территория Краснопресненского тектонического узла! Здесь здоровые люди превращаются в развалины! Тут часты автомобильные аварии! Но в зоопарке есть белый тигр! Лучшего защитника не найти! Животные нейтрализуют негатив!"

Мать закрыла мне глаза и провела мимо. Сейчас я, человек, который видел вживую результаты дельта-мутации, уже не смеюсь над этой историей. Я таких капибар в тоннелях видал, что только держись. Голова всё ещё чесалась, и я с оторопью почувствовал, что на пальцах действительно остаются клочки волос. Это был не сон. Мы и так-то из экономии воды привыкли стричься коротко, а тут оказалось, что мои короткие волосы стали выпадать. Меня это пугало, я помнил, что выпадение волос один из признаков переоблучения, но чувствовал я себя прекрасно, как только может чувствовать себя житель подземелий, крыса метрополитена на улицах незнакомого города.
Мы проснулись от утренней промозглой сырости и насторожённо осмотрели местность. Никого вокруг не было, только возле памятника лежал кучками какой-то странный помёт. Помёт, может, и собачий, но будто пришла собака втрое больше несчастных павловских собак. Вернувшись на площадь, к мрачной громаде Исаакиевского собора, мы обнаружили, что все наши вещи были там, где мы их бросили. Никаких следов вчерашнего обеда не было видно. Да и ладно, мы достаточно очерствели, чтобы относиться к таким вещам спокойно. Тут, главное, позаботиться о себе. Вряд ли новый повар караулит нас на прежнем месте или павловские собаки пришли поквитаться с ним или с нами. Мы совершенно спокойно добрались до станции "Адмиралтейская" и вошли внутрь по паролю. Дальше всё было проще. Отсюда отправляли каждый день дрезину на "Невский проспект", в гигантский подземный город, откуда Математик хотел добраться обратно к "Технологическому институту". Но дрезины не было, и мы пошли пешком.

Мы пошли в сторону "Невского проспекта" и сразу же услышали пение. Это было необычно, да не более необычно, чем увидеть фальшивого повара. Оказалось, что под Исаакиевским собором находился огромный подземный храм. Там, под настоящим собором, что был сверху, под плотным лесом превратившихся в камни деревянных колонн в его основании, под Петербургом земным, был Петербург подземный, и священники молились о возвращении наверх, что когда-нибудь будет послано жителям в награду за праведность.

Этот нижний город болел насморком. Так, наверху было белёсое чухонское небо, описанное лучшими писателями империи, а здесь леса, беспорядок и щебень, мешки с бетонной смесью, мокрые доски, решётчатые стальные фермы.

Семецкий громким шёпотом пояснил, что три поколения подземного Петербурга строили этот симметричный храм, и в одном месте есть специальная лестница, на верхней площадке которой можно приложиться к одному из брёвен основания Исаакиевского собора. Три поколения немногочисленных прихожан из числа жителей метрополитена ходили мимо этого строительного мусора и молились о том дне, когда они поднимутся сквозь толщу земли, сквозь болотистую почву, а если не они, так их души вознесутся наверх, в пустое пространство между выборгским гранитом и рускеальским мрамором.

Мы оставили оружие на подобии паперти, но в этот момент оказалось, что ни Математик, ни Мирзо за нами не идут. Всё же мы с Владимиром Павловичем настояли на том, чтобы поглядеть, что там внутри. Спорили мы недолго. Математик углубился в свою книгу, а Мирзо не пошёл по понятной причине разницы вер.

Семецкий указал нам, куда встать, и мы полчаса простояли в храме под печальное и негромкое пение. Подземный ветер колебал немногочисленные свечи и провода с электрическими лампочками. Священники правили службу, прихожан почти не было, да и интересно, какие тут могут быть прихожане? Подняв глаза, я вдруг увидел в вышине, на границе закопченного свода, среди икон, покрывавших большую стену, маленького деревянного младенца. "Но только высоко-высоко у Царских врат, вспомнил я, причастный к тайнам, плакал ребёнок о том, что никто не придёт назад". Это что, сказал громким шёпотом Семецкий, видали бы вы храм под Лаврой. Ты стоишь там и понимаешь, что духи великих плывут над тобой, потому что их бренные тела выше уровня свода. Оттого и говорят, что эти храмы последнего дня, дальше всякого раба Божьего ждёт только вознесение наверх. Два храма на подземной оси об этом нам и говорят. Не дожидаясь конца службы, мы вышли и подошли к своим хозяевам. Ни слова не говоря, мы взвалили на себя рюкзаки и пошли дальше. Математик вёл нас к "Невскому проспекту", и план начальника становился мне всё понятнее. Математик хотел не просто установить связи между городами, он, видимо, искал подходы и информацию для своих товарищей или начальников, если такие у него были. Он хотел зайти с козырей в разговоре с питерскими. Найти координаты нужных людей и обход долгой цепочки, когда тебя передают из рук в руки И ты путешествуешь между людьми, завися от чужой воли. Или даже ещё хитрее, если его, нашего хитрого Математика, погонят взашей, то чтобы уйти не с пустыми руками. Но от таких раскладов голову сломаешь. "Математик, думал я про себя, сделал главное. Он дал мне крылья в разных смыслах этого слова. Он довёз меня до города, где, может быть, всё ещё живёт мой отец…"
После "Невского", который нам ужасно не понравился своей напряжённостью и насторожёнными жителями, мы остановились в странном месте. В сбойке между тоннелями я увидел странный свет. В начале коридора стоял маленький, будто собранный из щепочек домик. Но он только напоминал кукольный домик, а на самом деле это была выгородка, из маленького окошка которой лился жёлтый свет слабой лампы. Там, за окошком, спиной ко мне сидел в кресле человек и не обращал никакого внимания на шум за своей спиной. Я громко окликнул его, но человек даже не шелохнулся. Присмотревшись, я понял, что на голове его наушники. Он не слышал ничего. Из глубины коридора выглянула бабушка в платке и широко улыбнулась. Я, честно говоря, отвык от того, что люди так улыбаются. Бабушка, продолжая улыбаться, произнесла:

– Это Филимонов, муж мой. Он всё время музыку слушает, до сих пор ходит за дисками в Публичку, ничего не боится. Мы и перебрались сюда специально, чтобы быть поближе к подвалам Публички.

Филемонов снял наушники и посмотрел на меня заинтересованно.

– А хотите чаю? – спросила бабушка. – Да садитесь же скорее, у нас есть чудесный концентрат. И чай как раз я поставила.

Мы с Владимиром Павловичем сели, а Математик с Мирзо пошли вперёд, к начальству, в какие-то более обустроенные помещения.

Владимир Павлович тоже расчувствовался и достал банку свинины и неприкосновенную бутылочку.

– Нет-нет, – слабо улыбаясь, замахала руками старушка. – Нам ничего этого нельзя, а вы пейте, пейте.

Филемонов извинился и, снова наценив наушники, сел в глубокое кресло. А я думал, как удивительно то, что эти два старика живут здесь, будто в остановившемся времени. Ничего для них, видимо, не менялось, неудобства не пугали их, жили они с наушниками на голове, и горе текло мимо них по тоннелям. Умом я понимал, как непрочен их мир, и вдруг сердце моё сжалось, пропустило удар. Чуть не навернулись мне на глаза слёзы. Чёрт, чёрт, чёрт! Это чувство мне было совершенно некстати. Как-то неприятно это было, одно дело, когда понимаешь, что твоя жизнь конечна, а вот когда ты понимаешь, что перед тобой люди беззащитные и каким-то чудом выживающие среди исторического безумия, тут-то тебя и подпирает ужас. Бояться только за тех, кто дорог тебе и одновременно беззащитен. А такими беззащитными могут быть только старики и дети. Детей у нас рожали мало и чаще все-таки случайно. А вот до старости доживали редко, эти дожили, и вот за это чудо мне и было страшно. Однако же я быстро выпил чудовищного спирта, что был выставлен Владимиром Павловичем, и только это отогнало от меня какой-то сентиментальный ужас.

Потом мы пришли на "Садовую", огромную разветвлённую станцию, которая действительно стала городом. И город этот был торговый, базарный. Туда и сюда шныряли по нему коробейники, а самыми ходовыми товарами были патроны, таблетки и батарейки. Да что там! Тут можно было купить всё: еду, и одежду, и посуду, и книги. Даже мотовоз можно было купить, так говорили, но не нам было это проверять.

Обманывали все, да только обманывали ловко, незаметно, а если ты и замечал обман позже, то только разводил руками, чуть ли не улыбаясь.

Но вот за воровство наказывали строго. При нас поймали женщину, укравшую несколько упаковок аспирина. Её раздели, привязали к столбу информатория да избили медным проводом, залив кровью полстанции.

Впечатлило это нас несказанно, однако Семецкий решил остаться на этой станции. Какой-то поэтический порыв овладел им, и наш спутник скрылся в хаосе этого базара.

Мы тоже разделились, как только добрались до "Техноложки". Кажется, у Математика действительно был какой-то интерес на "Технологическом институте", вернее в стороне от него, в лабораториях, и всё согласно указаниям его удивительной книги. Причём этот интерес был такой, что, дойдя до "Техноложки" и поселившись в гостевом углу, они тут же пустили нас с Владимиром Павловичем на вольные хлеба. Не нужны мы им там были ни как носильщики, ни как свидетели. Так что хозяева на удивление спокойно отпустили меня сходить на соседнюю станцию.

А вольные хлеба и соседние станции давали мне возможность искать отца, а это много для меня значит. И вот с чем это было связано: на "Сенной", посреди зала, я встретил цыган. Вообще, в метрополитене было довольно много цыган, и я видел их почти на каждой станции. Этот кочующий между станциями народ утерял большинство атрибутов своего племени, и цыганок можно было увидеть не в цветных юбках, а в чёрных штанах, заправленных в берцы. Впрочем, иногда такой наряд дополняли красная бандана и монисто.

Заметив, что я пристально рассматриваю их, одна молодая цыганка, она была в юбке, из-под которой торчали мыски кирзовых сапог, поманила меня рукой. Глядя мне прямо в глаза, она предложила погадать.

– Ай, дай погадаю, – произнесла она низким, прокуренным голосом, – счастье тебе будет, что хочешь, скажу, мысли узнаешь, хорошо жить будешь!

Это всё было не очень интересно, но пыльца Царицы ночи ломилась, стучала мне в виски злыми молоточками. Я слышал, как перешёптываются друзья цыганки, обсуждая меня, как свинью, годную к разделке. Поэтому я вдруг казал:

– Гадать? Ты хочешь гадать? А чем берёшь в уплату, красавица? Ну сколько тебе нужно заплатить за это?
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

Похожие:

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconДмитрий Глуховский Метро 2033 Серия: Метро – 1
Его станции превратились в города-государства, а в туннелях царит тьма и обитает ужас. Артему, жителю вднх, предстоит пройти через...

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconДмитрий Алексеевич Глуховский Метро 2033 Метро 1 Дмитрий Глуховский Метро 2033
Мир стоял на пороге гибели, но тогда ее удалось отсрочить. Дорога, по которой идет человечество, вьется, как спираль, и однажды оно...

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 icon«Метро 2033»: Популярная литература; 2007 isbn 978 5 903396 03 0
Его станции превратились в города государства, а в туннелях царит тьма и обитает ужас. Артему, жителю вднх, предстоит пройти через...

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconХерсонська обласна наукова медична бібліотека
Березин, А. Е. Фелодипин в лечении пациентов с артериальной гипер-тензией и сопутствующей патологией [Текст] / А. Е. Березин // Therapia....

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconПрограмма тура: Программа тура 1 день (понедельник) 09: 15 Отъезд...
...

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconПрограмма тура: Программа тура 1 день (понедельник) 09: 15 Отъезд...
Маршрут: Владимир Боголюбово– Суздаль Иваново Кострома – Ярославль – Ростов Великий – Переславль–Залесский – Сергиев Посад Александров...

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconГолографическая вселенная
Талбот Майкл. Голографическая Вселенная / Перев с англ. – М.: Издательский дом «София», 2004. – 368 с. Isbn 5-9550-0482-3

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 icon“история русского метрополитена” УчительЗагороднева В. А. Санкт-Петербург,...

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconПрограмма тура: 1-й день (среда) 09: 15 Отправление от ст метро «вднх»
Сергиев Посад Переславль Залесский Ростов Великий Ярославль Кострома Иваново Боголюбово Кидекша Суздаль Владимир

Владимир Березин Путевые знаки Серия «Вселенная Метро 2033» №01 iconЭпизод первый: в длинной очереди за счастьем
Разгневанная Вселенная поперхнется вами, как мелкой косточкой, и выплюнет в Никуда. Вы будете барахтаться, запутавшись в звездах,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<