Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое




Скачать 140.59 Kb.
НазваниеДобро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое
Дата публикации17.12.2013
Размер140.59 Kb.
ТипРеферат
uchebilka.ru > Философия > Реферат
Реферат скачан с сайта allreferat.wow.ua


Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое

Министерство внутренних дел Украины Университет внутренних дел Кафедра философии и политологии Реферат на тему: «Добро и зло в произведении Ницше «Человеческое, слишком человеческое» Выполнил: курсант гр.217 рядовой милиции Дрыжакова О.А. Проверил: доцент, кандидат философских наук подполковник милиции Шаповал В.Н. Харьков, 2000 План.1. Вступление. О произведении «Человеческое, слишком человеческое».2. Хорошее и плохое в одном лице.3. Виновен или невиновен человек.4. Значение влияния морали.5. Двойственность источника понятия добра и зла.6. Как мы разделяем нравственное и безнравственное.7. Из чего проистекают злые поступки.8. Судить – ошибаться.9. Негативные моменты сострадания.10. Человек – господин своих добродетелей.11. Заключение. В мае 1878 г. была опубликована книга Ницше «Человеческое, слишкомчеловеческое» с подзаголовком «Книга для свободных умов». В ней авторпублично и без особых церемоний порвал с прошлым и его ценностями. Работунад книгой Ницше начал в Соренто, куда он вынужден был перехать осенью 1876г., прервав по состоянию здоровья университетские лекции и взявгодичный отпуск. 1-ый том вышел в свет в мае 1878 г. в издательствеЭ.Шмейцнера в Хемнице. Одна из версий случившегося усматривает причинуповорота в воздействии на Ницше его «злого демона» - философа и психологаПауля Рэ (1849 - 1901), с которым Ницше тесно сдружился, живя в Сорренто. Несомненно, дружба с Рэ сыграла известную роль в переломе ницшевскогомировоззрения, но Ницше уже до этого знакомства явно охладел квагнерианству и метафизике немецкого идеализма. В Пауле Рэ он нашел невдохновителя, а единомышленника. В этом произведении видим едва ли не постоянный незаметныйпризыв к перевороту всех привычных оценок и ценимых привычек. Как? Все этотолько - человеческое, слишком человеческое? К этому вздоху приводит чтениепроизведения. Читатель испытывает некоторого рода пугливость и недоверие,его немало искушает и поощряет к защите худших вещей мысль: а что, если это- только наилучшим образом оклеветанные вещи? В произведении Ницше показывает своё отношение к различнымотраслям жизни. Он выискивает её укромные закаулки «в которых жизньразвита менее всего», что бы приложить там свои усилия и свои добродетели.В одной части философ выделяет отдельную проблему и рассматривает её. Онпоказывает её сущность, её значимость, повергая нас в воспоминания изсобственной жизни. А как же я отношусь к этому? Почему я раньше над этим незадумывался? И мы читаем, размышляем, а дальше соглашаемся или несоглашаемся с его идеями. Чаще первое, потому что на каждую идею у Ницшеимеются достаточные основания и доказательства. Так как примеру, надеждуНицше называет худшим из зол, потому что она удлинняет мучение людей:«чтобы человек, сколько бы его ни мучили иные бедствия, не бросал жизни, авсегда вновь давал бы себя мучить». В жизни не существует абсолютных истин. Как и нет идеальногоэталона, которым можно было бы измерить и сказать: «Да, этот человекпоступает плохо!». Зато, есть огромное количество вещей на которые можнопосмотреть с нескольких противоположных сторон. Так, к примеру, человекукрал деньги у соседа. О, какой отвратительный поступок… Украсть, да ещё усоседа? Как можно? А этот человек на украденные деньги вылечил своюсмертельно больную мать. И, вообще, обворованный сосед очень злой ижадный. Теперь у нас абсолютно другое отношение к вору, ведь родителейнужно любить и беречь. Разве другие не сделал бы такого для своей матери?Сделали бы. И поэтому мы не знаем: осуждать этого человека или хвалить.Наше главное преступление против преступников состоит в том, что мыотносимся к ним как к негодяям. Благо в реальной жизни есть закон, он иявляеться критерием справедливости, но это уже другой вопрос. Как же мы делаем кого-либо виновным и ответственным? Этотпроцесс протекает в следующих главных фазах. Сперва отдельные действия людизадают как хорошие или дурные совершенно независимо от их мотивов, аисключительно в силу их полезных или вредных последствии. Но вскореобщество забывает о происхождении этих ограничений и мнит, что самимпоступкам, без отношения к их следствиям, присуще качество «хороших» и«плохих». Ницше называет это такой же ошибкой, как и то, что под словомкамень мы понимаем, как предмет твердый сам по себе, или дерево, какзеленое само по себе. То, что на самом деле есть следствие, принимается запричину. Затем качество хорошего или дурного вкладывают в мотивы. Дальшепредикат добра или зла приписывают уже не отдельному мотиву, а всемусуществу человека, из которого исходит мотив, как растение произрастает изпочвы. Так постепенно человека делают ответственным сперва за результатыего действий, затем за его поступки, затем за его мотивы и, наконец, за егосущество. «Но в заключение обнаруживается, что и это существо не может бытьответственно, поскольку оно всецело есть необходимое следствие ипроизрастает из элементов и влияний прошедших и настоящих условий; что,следовательно, человек не ответствен ни за что — ни за свое существо, ни засвои мотивы, ни за свои поступки, ни за результаты своих действий. Такимобразом познается, что история моральных чувств есть история заблуждения -заблуждения об ответственности, которое, в свою очередь, покоится назаблуждении о свободе воли.» Следовательно никто не ответствен за своидела. Так как вина не наказывается, даже если бы вообще существовала вина:она лежит на воспитателях, родителях, на окружающей среде, а не напреступнике - имеются в виду побудительные причины. Что же Ницшеподразумевает под причинами? Так он считает что не ошибешься, еслиисключительные поступки будешь объяснять тщеславием, посредственные —привычкой и мелкие — страхом. Судить — значит быть несправедливым, дажекогда личность судит сама себя. «Указанное положение ясно, как солнечныйсвет, — и все же тут каждый предпочтет вернуться в тень и в неправду — изстраха перед последствиями.» Раскалятся ли наши страсти до максимума и будут ли они управлятьнашими действиями зависит от того, испытал ли человек в течении жизнипотрясения и неизгладимые впечатления или нет, например впечатление отубийства несправедливо осужденного отца, неверности жены. Никто не знает,куда могут привести эти обстоятельства, сострадание, негодование, — никтоне знает степени своей возбудимости. Жалкие мелкие условия делают человекажалким не количеством переживаний, а их качеством которое определятнизость и значительность человека в добре и зле. Так же Ницше проанализировал связь падения нравственности сростом свободы человека. Он полагал, что свободный человек «хочет во всемзависеть от самого себя, а не от какой-либо традиции». Последнюю он считал«высшим авторитетом, которому повинуются не оттого, что он велит намполезное, а оттого, что он вообще велит». А отсюда следовало еще пока невысказанное, но уже прочерченное отношение к морали как к чему-тоотносительному, так как поступок, нарушающий сложившуюся традицию, всегдавыглядит безнравственным, даже и в том случае, если в его основе лежатмотивы, сами положившие начало традиции. «Зверь в нас должен быть обманут;мораль есть вынужденная ложь, без которой он растерзал бы нас. Беззаблуждений, которые лежат в основе моральных допущений, человек остался бызверем. Теперь же он признал себя чем-то высшим и поставил над собойстрогие законы.» Соблюдение морали даже не всегда являеться желательнымдля общества, а точнее полезным. Так, например, добродушие более энергичныйдвигатель культуры, чем прославленные обнаружения морали, такие каксострадание, милосердие и самопожертвование. Так, сострадания необходимоизбегать не потому, что оно являеться для слабых утешением, а в силусвойства сострадания показывать страдающим, что, несмотря на всю ихслабость, у них по крайней мере есть еще одна сила - причинять боль.Несчастный получает своеобразное удовольствие от этого чувствапревосходства, ведь он все еще достаточно значителен, чтобы причинять мирустрадания. Примерно три четверти всех вопросов и ответов при общениинаправлены на причинение собеседнику боли. Именно поэтому так много людейжаждут общества: оно дает им сознание их силы. Так же неверно распространенное мнение, что характер, имеющийнеоспоримое влияние на поступки и мотивы человека, неизменен. Напротив, этоутверждение означает лишь то, что в течение жизни человека, относительнократкой по продолжительности, воздействующие мотивы, события, поступкидругих не могут задевать достаточно глубоко, чтобы стереть запечатлевшиесячерты многих тысячелетий. Но если мы вообразим себе человекамноготысячелетнего возраста, то в нем можно было бы увидеть даже абсолютноизменчивый характер, так что из него постепенно развивалось бы множестворазличных индивидов. Краткость человеческой жизни склоняет ко многимошибочным утверждениям о свойствах человека. Двойственен и источник понятия добра и зла. У Ницше онсодержится, во-первых, в душе господствующих родов и каст. Здесь называетсяхорошим тот, кто бывает истинно благодарным и истинно мстительным, то естьтот, кто в состоянии отплачивать добром за добро и злом за зло. А дурным -кто бессилен и не может совершать возмездия. И в зависимости от своихличных качеств человек принадлежит к общине или бессильной толпе. Хорошиесуть каста, дурные — масса, подобная пыли. Добро и зло означают в течениеизвестного времени то же, что знатность и ничтожность, господин и раб. Дажеврага не считают дурным: он способен к возмездию. Считается дурным не тот,кто причиняет нам вред, а только тот, кто возбуждает презрение иотвращение. В общине хороших добро наследуется, и дурной не может вырастииз столь хорошей почвы. Но если кто-либо из хороших делает нечтонедостойное, то пытаються выкрутиться, чаще всего списывая вину на Бога. Во-вторых, источник добра и зла содержиться в душе бессильных. «Здесь всякийиной человек считается враждебным, бессовестным, насилующим, жестоким,хитрым, будь он знатного или низкого происхождения. «Злой» есть здесьэпитет каждого человека и даже каждого допускаемого живого существа,например Бога; человеческое, божественное равносильно дьявольскому, злому.Признаки благости, сострадания, готовности помочь воспринимаются боязливо,как козни, как преддверие ужасного исхода, как обман и хитрость — словом,как утончённая злоба.» Если человек так настроен, то не может быть речи ополноценном общении, а в лучшем случае может возникнуть лишь его грубейшаяформа. И поэтому везде, где преобладает такое понимание добра и зла,близка гибель отдельных людей. Так же двойственность заключаеться в том, что два человека могутсовсем не понимать друг друга в вопросах зла и добра. Так Ницше приводитпример на различном понимании добродетели. «Кто изведал безнравственное всоединении с наслаждением — как человек, имевший сластолюбивую юность, —тот воображает, что добродетель должна быть связана со страданием. Кого,напротив, сильно терзали его страсти и пороки, тот мечтает найти вдобродетели покой и душевное счастье. Поэтому возможно, что двадобродетельных человека совсем не понимают друг друга.» Каков же, например, источник того факта, что в большинстве случаевлюди в ежедневной жизни говорят правду? Во всяком случае не потому, что Богзапретил лгать. А потому, что это удобнее: ведь ложь требует изобретения,памяти и умения обманывать. Так как чтобы поддерживать одну ложь,необходимо выдумывать двадцать других. И еще потому, что в простыхотношениях значительно выгоднее сказать прямо: я хочу того-то, или ясделал то-то. Здесь принуждение и авторитет действуют на простых людейнамного эффективнее, чем хитрость. Даже по отношению к добру Ницше призывает людей быть сдержанными.«Доброта и любовь, как целебнейшие травы и силы в общении между людьми,суть столь драгоценные находки, что хотелось бы пожелать, чтобы приупотреблении этих бальзамических средств люди были как можно болееэкономны». Но одновременно с этим философ сам понимает невозможностьосуществления данного наставления. «Экономия доброты есть мечта самыхдерзостных утопистов.» Тому, кто хочет стать мудрым, приносит большую пользу то, чтокогда-то в течение определенного времени он разделял представление окоренной злобе и испорченности человека. Это представление ложно, как иобратное. Но в продолжение целых эпох оно обладало господством, и корни егооставили свои разветвления в нас и в нашем мире. Чтобы понять нас, надопонять его. Но чтобы затем подняться выше, мы должны перешагнуть черезнего. Тогда мы познаем, что не существует греха в метафизическом смысле, ночто в том же смысле не существует и добродетели; что вся эта областьнравственных представлений находится в постоянном колебании и чтосуществуют более высокие и более глубокие понятия о добре и зле, онравственном и безнравственном. Кто не хочет от вещей ничего, кроме ихпознания, тот легко приобретает душевный покой и будет ошибаться (илигрешить, как это называет мир) разве из неведения, но вряд ли из-за своихвожделений. Его единственная, вполне владеющая им цель — всегда как можнолучше познавать — сделает его холодным и смягчит его задатки. Кроме того,он освободился от множества мучительных представлений, он уже ничего неощущает при словах «наказание ада», «греховность», «неспособность к добру»,он узнаёт в них лишь туманные тени ложного жизнепонимания. Как же проводится граница между хорошим и плохим? Ницшеосуждает принцип по которому такое разделение происходит в обыденнойжизни. Здесь быть моральным, нравственным, этичным – это повиноватьсяисторически солжившемуся правилу поведения, вошедшему в обиход врезультате многократного повторения в течении длительного времени, т.е.обычаю. При этом не имеет значения подчиняются ли ему насильно, попримеру остальных, либо по собственному желанию, — существенно только,что это вообще исполняют. ««Хорошим» называют всякого, кто как бы поприрожденному, унаследованному инстинкту, т. е. легко и охотно, делаетто, что считается нравственным (например, мстит, если мщение, как у грековв более раннюю эпоху, принадлежит к добрым нравам). Его называют хорошим,потому что он хорош «для чего-нибудь»; но так как благожелательность,сострадание и т. п. при всех изменениях нравов всегда ощущались как«хорошее для чего-нибудь», т. е. как полезное, то теперь называют «хорошим»преимущественно благожелательного, любвеобильного человека. Быть дурным —значит быть «ненравственным» (безнравственным), чинить безнравье,восставать против обычая, всё равно, разумен ли он или глуп; но нанесениевреда ближнему ощущалось всеми нравственными законами преимущественно какнечто вредное, так что теперь при слове «злой» мы главным образом думаем обумышленном нанесении вреда ближнему.» Поэтому в отношении эгоистическогои неэгоистическое у людей складывается понимание добра и зла, разницымежду нравственным и безнравственным. Так же совершенно безразлично то,как возникла традиция. А ведь она возникла вне отношения к добру и злу, апрежде всего в интересах сохранения общества, нации, человечества. Новсякая традиция, чем древнее её происхождение, становится болеепочитаемой. Её почитание переходит от поколения к поколению инакапливаеться, традиция под конец становится священной и возбуждаетблагоговение. Но при таком подходе забывается главное - обычай можетвозникнуть в результате неверно истолкованного случая Снова возвращаясь к примеру с человеком, который обворовалсоседа с целью излечения своей матери хочется заметить, что все злыедеяния содержат в своём фундаменте инстинкт самосохранения или, ещеточнее, стремление к удовольствию и к предупреждению страдания индивида.Но даже будучи так мотивированы, они не являються сущностью злыехпоступков. ««Причинение страданий само по себе» не существует, кроме как вмозгу философа, и столь же мало существует «причинение удовольствия само посебе» (сострадание в шопенгауэровском смысле). В догосударственномсостоянии мы убиваем существо — будь то обезьяна или человек, — котороесрывает на наших глазах плод с дерева, когда мы голодны и сами стремимся кдереву, — как бы мы это сделали с животными еще и теперь при путешествии попустынным местностям.» Мы видим, как якобы злые действия, которыевозмущают нас больше всего, связаны с заблуждением, что субъект, которыйсовершает их против нас, по своему усмотрению мог это зло нам приченятьлибо не приченять. Такое понимание, вызванное эмоциями, возбуждаетненависть, жажду мести, всю озлобленность воображения. Тогда как наживотное мы гневаемся гораздо меньше, потому что рассматриваем его какбезсознательное существо. Таким же образом человек ради обеспечениясвоего существования с помощью устрашения окружающих может вестисебя сурово и жестоко в отношении других существ. Так поступаетмогущественный человек, первоначальный основатель государства, которыйподчиняет себе более слабых индивидов. Точно так чтобы расчистить почвудля нравственности общество подчиняет отдельных людей общему правилу,тем самым способствуя устранению их разобщенность. Получаеться, чтонравственности предшествует принуждение, и даже она сама еще некотороевремя существует как принуждение, которому подчиняются дабы избежатьнаказания. Со временем это принуждение превращаеться в обычай, ещепозднее становиться добровольным повиновением и, наконец, почтипривычкой. В результате преобразования нравственность, как все издавнауложившееся и естественное, связываеться с удовольствием — и называетсядобродетелью. Ницше поднимает вопрос: почему же мы называем безнравственнымчеловека, который причиняет нам вред? Ведь мы не обвиняем природу вбезнравственности, когда она ниспосылает нам грозу и заставляет наспромокнуть до нитки. И сам даёт ответ: « Потому что здесь мы принимаемпроизвольно действующую свободную волю, там же — необходимость. Но эторазличение ошибочно.» Даже намеренное нанесение вреда общество не при всехусловиях называет безнравственным. Например, мы сознательно наказываемпреступника и причиняем ему страдания, чтобы защитить себя самих и обществоточно так как без колебаний убиваем комара просто потому, что его жужжаниенас раздрожает. Получаеться, что при необходимой самообороне моральдопускает намеренное нанесение вреда. Но используя этот подход удаетьсяоправдать все злые действия, совершаемые людьми против людей. А так негуманно. Поэтому, «Сократ и Платон правы: что бы человек ни делал, онвсегда поступает хорошо, т. е. делает то, что кажется ему хорошим(полезным), смотря по развитию его интеллекта, по степени его разумности.»Но убеждения настолько глубоко въелись в нас, что даже соглашаясь с этимутверждением мы мысленно оправдываем себя, а наше мнение о поступкахдругих людей не изменяеться. Человеку доставляет удовольствие испытывать и демонстрироватьсвою силу на другом и приобретать радостное чувство собственногопревосходства. Поэтому злоба имеет своею целью не страдание другогочеловека, а наше собственное наслаждение, например наслаждение чувствоммести. Состоит ли безнравственное в том, чтобы получать удовольствие отстрадания других? Но мы наслаждаемся бросанием камней, ломанием ветвей,убийством дикого животного, и только для того, чтобы сознавать свою силу.«Знание того, что другой страдает от нас, должно здесь обусловливатьбезнравственность того самого дела, в отношении которого мы в другихслучаях чувствуем себя безответственными? Но если бы мы этого не знали, томы не имели бы и наслаждения от собственного превосходства — наслаждения,которое только и узнается по страданию другого, как когда мы дразним кого-либо.» Получение удовольствия как таковое не хорошо и не дурно. Кто жесказал, что нельзя причинять страдания другим, чтобы таким образом получатьудовольствие от самого себя? Просто это выполняеться из соотношениявреда и пользы, т. е. имея в виду последствия. Ведь за это возможна месть потерпевшего либо кара государства. И только эти соображения могли датьоснование отказаться от таких действий. Точно так и сострадание неимеет своей целью удовлетворение другого человека. Оно скрывает в себе какминимум два элемента личного удовольствия, если не больше, и, такимобразом, «является самонаслаждением: во-первых, удовольствие от эмоции —таково сострадание в трагедии — и, во-вторых, поскольку оно влечёт кдействию, удовольствие удовлетворения от обнаружения силы. Если к тому жестрадающая личность нам особенно близка, то, практикуя сострадание, мыосвобождаем себя самих от страдания.» Поэтому не стоит высоко ставитьсострадание в иерархии моральных чувств. Это будет не справедливо. Из собственной любви к произволу Ницше дарует теперь своюблагосклонность тому, что прежде стояло на плохом счету, - и с любопытствоми желанием испытывать проникает к самому запретному, к самому скрываемомуот всеобщего обозрения. В глубине исканий философа стоит знак вопроса,который ставит все более опасное любопытством. «Нельзя ли перевернуть всеценности? И, может быть, добро есть зло? А Бог — выдумка и ухищрениедьявола? И, может быть, в последней своей основе все ложно? И если мыобмануты, то не мы ли, в силу того же самого, и обманщики? И не должны лимы быть обманщиками?» Ницше заставляет читателя быть господином над собой и господиномнад собственными добродетелями. Прежде добродетели были господамичеловека, но они могут быть только орудиями владельца наряду с другимиорудиями. «Ты должен был приобрести власть над своими «за» и «против» инаучиться выдвигать и снова прятать их, смотря по твоей высшей цели. Тыдолжен был научиться понимать начало перспективы во всякой оценке —отклонение, искажение и кажущуюся телеологию горизонтов и все, чтоотносится к перспективе, и даже частицу глупости в отношении кпротивоположным ценностям, и весь интеллектуальный ущерб, которымприходится расплачиваться за каждое «за» и каждое «против».» В учении Ницше, как в любом серьезном нравственно-философскомисследовании, есть много ценного для нашего времени. Прежде всего, этояркая критика низменности чувств. Никто до и после Ницше с такойпрозорливостью не смог предвидеть всю опасность общества «маленьких»людей. Это, кроме того, неприятие социальной системы, построенной набезмерном подчинении какой-либо одной идеологии, где обесценено главное -личность, ее индивидуальность и неповторимость. Это идея возвышениячеловека, преодоление всего мелочного, обыденного, незначительного дляжизни. Многие категории нравственного учения Ницше вошли в философско-этическую науку и в наш обыденный язык: "переоценка ценностей","сверхчеловек"; "человеческое, слишком человеческое"; мораль "по ту сторонудобра и зла". Используемая литература:http://www.skrijali.ru/Nietzsche_page/N-Menschliches.htm(Ницше «Человеческое, слишком человеческое»)

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconЧеловеческое. Слишком человеческое?
Владимир легойда, главный редактор журнала "Фома", доцент кафедры мировой литературы и культуры мгимо (У) мид россии, кандидат политических...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое icon1) Два взгляда на добро и зло высказываются в Греции философами....
А именно, одни говорят, что добро и зло отличны друг от друга; по мнению же других, (добро и зло) одно и то же, и то, что благо для...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconВот это полная чушь. Если ты не с нами ты против нас (а говорят что...
Я считаю что добро и зло это одно целое. Кому-то добро кому-то зло. Кому-то война, а кому-то мать родна! Вот пример я уже приводил...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconОщущая человеческое Перевод с английского А. Ф. Ускова Thomas Ogden...
О 48 Мечтание и интерпретация: Ощущая человеческое / Перев с англ. А. Ф. Ускова. М.: Независимая фирма “Класс”, 2001. — 160 с. —...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconБогом из райской обители, где жили в радости и любви. Но Адам предал...
Потому что зло – это уничтожение, зло – это то, чего нет. Это зияющая бездна. Можно познать добро и вырасти свыше своей меры, но...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconВоспитательный час на тему: «Добро против насилия»
Что такое добро? Что такое насилие? Что такое зло? На протяжении всей своей истории человечество пытается ответить на эти вечные...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconМерлин клуба
Контакты разных школ и культов, традиций и новаций в Мерлин-клубе это прежде всего живое человеческое общение

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconСтатья 1 Конвенции гласит: каждое человеческое существо до достижения...
Л. О., бібліотекар спеціалізованої школи І–ііі ступенів №19 з поглибленим вивченням англійської мови м. Севастополя

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconТема: «Что такое человеческое «Я»»
Оборудование: столы для работы в группах, диаграммы Венна, морские камешки, бумажные снежинки, осенние листья, плоды каштанов, нарисованные...

Добро и зло в произведении Ницше Человеческое, слишком человеческое iconПоговорим с собственной… клеткой
Если практика показывает, что человеческое сознание способно возвращать в организм состояние нормы, то что об этом способна сказать...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<