Антропологический образ философии




НазваниеАнтропологический образ философии
страница1/36
Дата публикации31.05.2013
Размер7.44 Mb.
ТипКнига
uchebilka.ru > Философия > Книга
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36
Ю.В. Петров

АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ ОБРАЗ ФИЛОСОФИИ
Томск - 1997
ББКЮ216 П 305

Петров Ю.В. Антропологический образ философии. - Томск: Изд-во НТЛ, 1997. - 448 с.

В книге получили систематическое изложение вопросы, раскрывающие своеобразие и неповторимость философского дискурса. В центре внимания автора - философская рефлексия и исходное "начало" как такое метафизическое понятие, в котором многообразие предметной действительности выражено в форме единого, снимающего всякую предметность. Концептуально обосновывается положение, что адекватным праобразом "начала" философской мысли является категория "человек", трактуемая в широком метафизическом смысле. Современная философия может существовать только как философская антропология. Подчеркивается, что философская антропология - не раздел философии, но система знания о целостном человеке.

Дается определение философской антропологии, обосновывается объективная необходимость нового образа философии, характеризуется неклассический тип рациональности, показывается бытие человека в различных формах транс-цендирования разума. Отмечается, что философия человека как система знания и способ философствования снимает различия материализма и идеализма; она сохраняет противоположность догматизма и рефлексии, нерефлективной и рефлективной философии, сама существуя как функциональная концепция разума.

Книга адресована широкому кругу читателей, интересующихся вопросами философии, религии, культуры.

ISBN 5-89503-013-0 © Ю.В. Петров, 1997

Ложе было в полутьме, закрываемое от луны колонной, но от ступеней крыльца к постели тянулась лунная лента. И лишь только прокуратор потерял связь с тем, что было вокруг него в действительности, он немедленно тронулся по светящейся дороге и пошел по ней вверх прямо к луне. Он даже рассмеялся во сне от счастья, до того все сложилось прекрасно и неповторимо на прозрачной голубой дороге. Он шел в сопровождении Банги, а рядом с ним шел бродячий философ. Они спорили о чем-то очень сложном и важном, причем ни один из них не мог победить другого. Они ни в чем не сходились друг с другом, и от этого их спор был особенно интересен и нескончаем. Само собою разумеется, что сегодняшняя казнь оказалась чистейшим недоразумением - ведь вот же философ, выдумавший столь невероятно нелепую вещь вроде того, что все люди добрые, шел рядом, следовательно, он был жив. И, конечно, совершенно ужасно было бы даже помыслить о том, что такого человека можно казнить. Казни не было! Не было! Вот в чем прелесть этого путешествия вверх по лестнице луны.

Свободного времени было столько, сколько надобно, а гроза будет только к вечеру, и трусость, несомненно, один из самых страшных пороков. Так говорил Иешуа Га-Ноцри. Нет, философ, я тебе возражаю: это самый страшный порок.

М.Булгаков "Мастер и Маргарита "
ВВЕДЕНИЕ

Человек... Вот уже на протяжении нескольких тысячелетий люди пытаются разгадать тайну человека - самих себя. Несмотря на непосредственную данность человека самому себе - данность как внешнюю, телесную и протяженную, так и внутреннюю, духовную и непротяженную - он всегда оставался чем-то загадочным, эфемерным и призрачным, чем-то, что постоянно скрывалось под покровом различных отчужденных форм человеческой жизни и деятельности. Вследствие этого человек представлялся собственному взору в формах иного - либо в формах космических, природных сил, либо в формах Божественного творения, когда сознание и дух - эти загадочные феномены, составляющие тайну бытия человека - представали в готовом виде, некой ставшей или сформировавшейся действительностью, в одном случае свидетельствующие о природном происхождении человека, в другом - о его внеприродном существовании, о постоянном выходе за границы предметного мира. Многоплановость человека, его принадлежность многим планам бытия, когда он предстает как "точка пересечения многих миров", приводит к тому, что человек оказывается тайной для самого себя; человек - это тайна. "Человек есть тайна. Ее надо разгадать и ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время: я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком!" (Ф.М. Достоевский).

Отсюда следует, что если отдельные науки, имеющие дело с "частичным" человеком, могут дать его определение (человек - разумное животное, "homo sapiens"; человек - существо моральное и ответственное; человек -животное, использующее орудия, "homo faber"; человек - faux pas жизни, больное животное), то философия как фундаментальное знание о "сущности и сущностной структуре человека" не может этого сделать; человек всегда больше, чем те смыслы и значения, которые содержатся в метафизических понятиях. С точки зрения метафизики человек неопределяем по той причине, что он стоит по ту сторону опыта - уходит далеко в бесконечность, в другие миры; сам факт его существования свидетельствует о прорыве в предметном мире, о том, что человек не вмещается в реальную действительность. Человек как личность - это "не субстанциальная вещь и не бытие в форме предмета"; личность есть такая система духовных актов, которые представляют индивидуальную концентрацию "единого бесконечного духа" и в нем представлена структура бесконечного объективного мира. Человек сегодня особенно для себя "проблематичен"; он ясно осознает, что не знает себя, но в то же время "знает, что он этого не знает" (М. Шелер).

Принадлежность человека двум мирам - миру земному, природному и миру "абсолютного бытия", трансцендентному и метафизическому - дает основание представителям различных мировоззренческих систем с равной силой аргументации отстаивать в человеке либо природное, либо сверхпри-
Введение

родное начало. Согласно материалистической точке зрения, человеку понадобилось прежде открыть многие явления природы - материки, моря, измерить вселенную, преобразовать землю, - после чего он обратил внимание на собственное Я и свой внутренний психический мир. Человек гораздо больше знает о какой-нибудь далекой звезде, например о Бетельгейзе, чем о собственном разуме. Не может быть сравнения между тем, чего достигла наука в познании физических явлений, и тем, что сделано в области исследования сущности человеческого сознания. Как отражение этой позиции являются "ядовитые" слова Вольтера, сказанные в адрес ученых, знающих в мельчайших подробностях расстояния между планетами, их вес, объем и т.д., но вставших в тупик, когда их спросили: "Если вы так хорошо знаете, что находится вне вас, то вы без сомнения еще лучше знаете то, что внутри вас и что вы сами. Скажите, что такое ваше сознание и как вы сознаете ваши мысли?". В ответ на это ученые мужи не нашли ничего лучшего, как процитировать самых древних мыслителей - Левкиппа, Платона, Аристотеля. "Почему вы цитируете по-гречески?" - спросили их. "Потому что, - отвечали ученые, то, что мы не совсем понимаем, надо цитировать на языке, который мы понимаем меньше всех других!.." Самосознание субъекта, согласно этой точке зрения, есть факт более поздний в историческом развитии человека и его сознания; первоначально рефлексия возникает в лице коллективного субъекта, "тотемного Я".

Принципиально иную позицию в этом вопросе занимает философская антропология (философия жизни, экзистенциализм, персонализм, русская христианская философия). В познании действительности человек занимает особое положение; он есть такая реальность, которая не стоит рядом с остальной реальностью. В самом человеке заключена "загадка и разгадка" мира; чтобы постичь бытие, прежде необходимо познать человека. Философскому познанию бытия должно предшествовать требование: "познать бытие из человека и через человека" (Н. Бердяев). Человек есть то "начало" философствования, в котором сама философия находит свой высший смысл и высшее оправдание.

Постижение человека в философии осуществляется принципиально иначе по сравнению с научным исследованием. Тот образ человека, который рисует философия, относится к области метафизического знания; он как бы лишен предметного содержания, поскольку не выводится из эмпирической действительности. Современная наука о человеке, в частности нейронаука, изучение коры головного мозга осуществляет на языке физики и химии. Сегодня известно, что нервные клетки поддерживают связь друг с другом посредством синапсов - крохотных участков функционального контакта. Синапсы выделяют химическое вещество - медиаторы или нейротрансмит-теры; медиатор возбуждения (глютамат) воздействует через синапс на ближайший нейрон, посылая поток ионов натрия в соседнюю клетку. Это, в свою очередь, ведет к выделению специфического вещества на следующем
________________________________ Введение

синапсе. Другой медиатор (гамма-аминомасляная кислота) тормозит прохождение импульса. Таким образом, процесс в клетках мозга происходит путем попеременного открытия и закрытия проницаемых каналов в клеточной мембране для ионов. С точки зрения современного естествознания "разум", "мышление" - это процесс сложного функционирования отдельных нервных клеток, собранных вместе в большие скопления. В процессе эволюции мозг формировался через простое скопление клеток, которые "узнавали" друг друга с помощью особого химического вещества.

Естественно-научное знание, будучи предметным и специальным, идет вглубь своего объекта и дает более содержательное объяснение природной сущности человека. Но от этого человек не становится менее загадочным, не перестает оставаться тайной с точки зрения философии. В глазах метафизики он не может быть описан в терминах математики и физики, как некий подкласс физических объектов ("научный материализм"); уход в мир трансценденции открывает человека в "духе", "абсолютном бытии", "необъективируемости", "смысле", "космичности", "бесконечности" - понятиях, абсолютно противоположных верифицируемым терминам языка естественных наук. "Мы несомненно "сведем" когда-нибудь экспериментальным образом мышление к молекулярным и химическим движениям в мозгу, но исчерпывается ли этим сущность мышления?" (Ф. Энгельс). Человека невозможно полностью свести к эволюции земных форм жизни - всегда сохранится некий "остаток", который окажется невыводимым из естественнонаучных представлений о законах развития материального мира. Потребуется совершить скачок от предметного знания к знанию трансцендентному;

его природа внеопытная и проникнуть в мир метафизики можно только одним путем - через рефлексию. "Дух есть вечный остров, к которому нельзя достигнуть от материи через какие угодно обходы без прыжка" (Шеллинг). Другими словами, познание в науке движется от действительности к идее, познание в философии осуществляется от идеи к действительности.

Проблема человека на всем протяжении существования философии занимала центральное место, что являлось свидетельством как внутренних потребностей философского знания, так и тех запросов, которые ставила общественная жизнь. Наряду с исследованием космологических вопросов в античной философии выдвигалось требование "Познай самого себя" (γντσσισε αυτόν - Сократ), "Я исследовал самого себя" (Гераклит). Средневековая философия, будучи по своей сути геоцентрической, фактически оставалась антропологической. Для христианских мыслителей разгадать тайну человеческой истории и человеческой судьбы возможно при условии разгадки внутренней жизни и судьбы индивидуального человека. Возрождение и новое время дают множество примеров примата антропологии над другими проблемами философского знания (Б. Паскаль, М. Монтень, И.Г. Гердер и

др.).

Для немецкой классической философии в деле постижения бытия остает-

9
Введение

ся основополагающей максима: "Вникни в самого себя: направь взор внутрь себя - таково первое требование, которое ставит философия. Речь пойдет о самом себе" (И.Г. Фихте). Однако немецкая классическая философия в соответствии со своими идейно-теоретическими установками переводит проблемы антропологии в плоскость гносеологии и трансформирует категорию человека в понятие гносеологического субъекта. Исследуется активный, творческий характер познавательной деятельности субъекта и делается вывод о вторичности, производности ее результатов - объекта познания. Объект понимается как объективированные результаты познавательной деятельности субъекта, а различные формы разума, система философских категорий рассматриваются как такое условие познания, без которого не может существовать сам объект ("Трансцендентальное единство апперцепции" Канта).

В последующем неокантианство в лице баденской и марбургской школ (Г. Риккерт, В. Виндельбанд, П. Наторп, Г. Коген) развивает данное положение применительно к гуманитарному (историческому) и математическому знанию.

Вопрос о человеке приобрел актуальное звучание в марксистской философии. Своеобразие этой философии состояло в том, что наряду с собственно проблемой человека, сущностью и существованием, отчуждением и его преодолением в историческом материализме получили конкретное содержание такие понятия, как: социальный класс, пролетариат как субъект и движущая сила истории, производительные силы как источник саморазвития материального производства и т.д. Однако в последующем, в результате ряда причин - исторических, идеологических, политических, культурных - произошло существенное искажение учения Маркса о человеке в официальной советской философии. Совершенно надуманным было противопоставление "молодого" и "зрелого" Маркса, якобы позволяющее отделить идеализм Маркса периода "Экономическо-философских рукописей 1844 года" от его материализма времен "Капитала". Марксистский материализм целиком и полностью отождествлялся с различными формами "буржуазного" материализма ("абстрактно-научным материализмом"), против которого боролся сам Маркс. Вне поля внимания (вероятнее - по причине непонимания) оказался тот факт, что марксистская философия не находится в ряду таких систем, которые можно отнести по принципу дихотомии: "идеализм - материализм". Маркс характеризовал свою философию такими словами, как "завершенный гуманизм" и "завершенный натурализм", что означало ее принципиальное отличие как от гегелевского идеализма, так и от "буржуазного" материализма. В этой философии произошло соединение идеализма и материализма во имя истины и преодоления тех крайностей, которые были характерны для них (Э. Фромм).

Следует признать, что Маркс никогда не проделывал такой эволюции во взглядах на природу человека (как, например, в вопросах государства, диктатуры пролетариата, теории общественно-экономических формаций), кото-


________________________________________________________Введение

рая позволяла бы говорить о "раннем" и "позднем" Марксе. Можно сказать, что, несмотря на естественное изменение и уточнение взглядов на человека, Маркс в "Капитале" остался верным тем основополагающим принципам, которые были высказаны им в "Экономическо-философских рукописях 1844 года", "Тезисах о Фейербахе" и "Немецкой идеологии".

Сегодня весьма странным выглядит вопрос: "Возможна ли марксистская философская антропология?". И несмотря на то, что он давно был решен положительно известными западными мыслителями (Д. Лукач, Ж.-П. Сартр, Э. Фромм, Т. Ярошевский), в нашей философской литературе дискуссия, как правило, заканчивалась не в пользу Маркса. Приходится констатировать, что образ человека, сформированный официальной идеологией, порой оказывался схематичным, безжизненным и не отображал тех процессов и изменений, которые происходили в современном обществе. Акцент делался на общественной природе человека (что было хорошо известно в прошлые века), а такие свойства, как индивидуализм, чувство одиночества, покинуто-сти, тоски, страха, состояния переживания, связанные с постижением "смысла" жизни и смерти оказывались за рамками марксистской методологии познания и, как известно, получили глубокую теоретическую разработку в современном экзистенциализме и примыкающим к нему различным течениям.

Идеализация человека в угоду призрачным мифам искусственно оградила область антропологического исследования в марксизме только "позитивными" качествами. И несмотря на то, что жизнь отдельного человека, как и вся всемирная история, есть борьба добра и зла, - что нашло отражение в литературе (Ф. Достоевский), русской и зарубежной философии (Н. Бердяев, Н. Лосский, Э. Фромм, М. Шелер и др.) - в марксистской философии человек вопреки реальной практике представал существом "созидающим", "творящим", способным только на альтруистические поступки. Этот отрыв от реальной действительности в области теоретической мысли обернулся буквально катастрофой, когда официальная политическая и идеологическая система оказалась неспособной вести работу в условиях разрушительных процессов, начатых в ответ на призыв к "перестройке". Демагогия, предательство, угрозы, шантаж, обман, глумление над национальными ценностями стали теми инструментами, которыми воспользовались в деле разрушения государственности и всей системы общественных отношений.

В результате шаблонного и догматического использования основных положений марксизма применительно к новым историческим условиям произошла существенная трансформация данной научной системы в официальной советской философии. Проблема человека из главной превратилась во второстепенную по сравнению с. такими философскими вопросами, как материя, объективная действительность, диалектика, экономическая формация и т.д.

11
Введение

На рубеже XIX - XX вв. философия жизни выдвинула требование, согласно которому о внешнем мире и его познании можно говорить только при условии соотнесенности его с категорией жизни. Все, что существует, в этом смысле приобретает онтологический и гносеологический статус в границах человеческой жизни, т.е. самого человека (В. Дильтей, Ф. Ницше, А. Бергсон, С. Булгаков). Эти идеи получили последующее развитие в философии экзистенциализма сквозь призму основополагающего понятия "экзистенции", или существования (М. Хайдеггер, К. Ясперс). Мыслители сумели подметить в человеке такие глубинные черты, которые были вне поля внимания предшествующих теоретиков. Выяснилось, что понять человека невозможно, если при его изучении опираться только на рациональную логику. Существование как способ бытия человека в мире лишено «смысла, алогично, иррационально и отражает своеобразную логику абсурда. Человек многомерен: он и раб, и свобода, он самостоятелен и конформист; его жизнь лишена какой-либо ценности и одновременно преисполнена глубокого смысла; человек - существо общественное и наряду с этим одинокое, покинутое в этом мире.

В начале нашего века русская философия в предчувствии гигантских катаклизмов, глобальных социальных потрясений (первая мировая война, Октябрьская революция) обращается к проблеме человека. В философской интерпретации человек предстает как "микрокосм", внутри которого сходятся все потоки, силы и качества, идущие из "макрокосма" (Н. Бердяев). В свою очередь, в силу хозяйственной деятельности человек выходит во внешний мир, объективирует субъект и одновременно потребляет продукты природы - субъективирует объект. В этом смысле хозяйство есть субъективно-объективная деятельность, актуальное единство человека и природы. Производство "Софийно", ибо в нем осуществляется связь между "natura naturans" (природой творящей) и "natura naturata" (природой сотворенной), т.е. происходит превращение безжизненной природы в живую, одухотворенную материю; через хозяйство природа осознает себя в человеке, ибо человек "космичен" (С. Булгаков). Жестокая классовая борьба, беспощадная ломка социальных институтов и всего уклада жизни в России объективно способствовали постижению смысла истории как судьбы отдельного человека. История не есть нечто внешнее и чуждое по отношению к человеку; ему невозможно освободиться от нее и вычеркнуть из собственной памяти. Диалектика такова, что вся прошлая история находится внутри человека, а сам человек своими устремлениями и помыслами оказывается в потоке истории (Н. Бердяев).

Проблема человека, несмотря на постоянный к ней интерес на всем протяжении человеческой истории, не может рассматриваться как исчерпанная и завершенная. В каждую эпоху появляются свои потребности, свои задачи, которые высвечивают новые стороны и грани человека, не получившие освещения в предшествующие периоды культурной жизни. На исходе второго

12
Введение

тысячелетия идея человека актуальна как никогда. Есть ряд обстоятельств, объясняющих данную ситуацию. Уходящий век оставил в наследство ныне живущим поколениям массу нерешенных вопросов, которые в силу своей сложности, противоречивости и запущенности во времени привели к резкому обострению социального положения практически во всех странах. Назревает новый мировой катаклизм. На волне массового сознания и психологии толпы лидеры-популисты манипулируют общественным сознанием, удовлетворяют свои личные амбиции и фактически не решают назревшие проблемы. "Эпоха вождей", длившаяся с начала XX века до его середины, сменилась длительным периодом междуусобной борьбы посредственных личностей, не способных консолидировать общество. Противоречия обостряются с каждым годом, грозя на исходе нынешнего столетия разразиться гигантской катастрофой.

Необходимость обращения к человеку диктуется такими процессами в сфере научного познания, которые характеризуются как дегуманизация. Рационализм науки, попытка видеть в природе неограниченный источник средств человеческого существования, стремление подчинить законы природы эгоистическим интересам, направленным на повышение комфорта жизни, привели к сложной ситуации, которая называется "экологической проблемой". Идеи рационализма, в свое время способствовавшие развитию творческих способностей человека и утверждавшие свободу его разума (эпоха Возрождения, новое время), обернулись сегодня экологической катастрофой. Человек нуждается в том, чтобы вывести его из-под пагубной зависимости от современной техники. Мощное средство в деле удовлетворения потребностей людей, она сегодня оказывается столь же мощным фактором порабощения самого человека. Последнее обстоятельство имеет не столько прямое действие подчинения, сколько опосредованное негативное воздействие, в конечном счете выражающееся в обездушен ности общества и утрате ценности человеческой жизни. Каким войдет человек в мир природы в следующем тысячелетии, во многом будет определяться концепцией человека, предложенной современной философией.

В последнее время, в условиях обостренной политизации общества, как один из аргументов в политической борьбе господствующего класса с оппозицией используется тезис об отрицании прошлого и вычеркивание семидесятилетней истории из культурного наследия России. Подобные воззрения свидетельствуют о ненаучном подходе к проблеме человека и общества. История никогда не может быть внешней и чуждой человеку, ее нельзя принять или отбросить по своему усмотрению по той причине, что прошлая история с ее культурой присутствует в сознании человека. Одновременно в неявном виде она находится в области подсознательного. Это "коллективное бессознательное" (К. Юнг) есть такой архетип, которым человек постоянно руководствуется в своем житейском опыте, порой не осознавая этого факта. Архетипы "коллективного бессознательного" есть своеобразные образцы

13
Введение

мышления, некие когнитивные модели, которые определяют поведение и деятельность каждого человека. История находится внутри нас. Понять эту истину можно при условии понимания природы человека.

Современная эпоха такова, что она с одинаковой степенью возможности может привести к двум финалам, двум своим итогам: вселенскому концу человечества, тотальному истреблению человеческого рода и спасению людей посредством наивысшего напряжения их творческих способностей, их самосознания, раскрывающего антропологический образ бытия. Человек поставлен перед дилеммой: либо он будет воспринимать себя в безличных и отчужденных формах, рождающих зло и разобщенность в обществе, либо осознает себя в антропологическом образе, образе микрокосма, непосредственно причастном к происходящему в природе и обществе. В начале нашего века великие мыслители М. Бубер, Н. Бердяев, М. Шелер обратили внимание на бездуховное развитие человечества и предсказали те последствия, которые грозят разрушением человека. Перед лицом этой опасности самосознание человека должно достигнуть наивысшего и окончательного напряжения. "И наша эпоха стоит под знаком исключительного антропологизма. Мы накануне антропологического откровения"(Н. Бердяев). Однако невостребован-ность идеи антропологизма мировым сообществом, несмотря на страстный призыв к новой "христологии", привела к известным трагическим результатам в ходе истории. Следует признать, что по прошествии века положение не изменилось - наша эпоха по-прежнему стоит перед проблемой "антропологического откровения". Бездуховное, ориентированное на материальную сторону жизни развитие ведущих народов и государств мира, их жесткий диктат в отношении обществ с иными социальными ценностями, грозит повторить все ужасы западной цивилизации в третьем тысячелетии.

В предлагаемой работе поставлены и рассмотрены следующие проблемы. Показана специфика философского знания, его сущностное отличие от знания в области науки. До недавнего времени существовала точка зрения, согласно которой задача философии заключается в том, чтобы оправдать науку как единственно возможное знание. В свете таким образом понятой задачи сама философия стремилась стать наукой. На протяжении XIX и XX вв. научная философия пыталась доказать, что идеалом для всех существующих форм знания, в том числе и философской, является наука; ее знание обладает точностью, однозначностью, строгой выводимостью; язык ее формул не допускает множественности смыслов, а само знание подвергается процедуре верификации, в результате чего можно довольно легко отделить истину от заблуждений. Все научные истины достоверны, отражают по своему содержанию предметную действительность и могут быть воплощены в практику. Научные споры и дискуссии лишь уточнят истину; их полезность заключается в том, что благодаря им движение мышления идет от неполной истины к полной, от относительной к абсолютной истине. Что касается гуманитарных наук, далеких от указанного идеала, то виной тому являются они сами:

14
_________________________________________________________Введение

в своих исследованиях они не научились использовать язык математики и физики, позволяющий однозначно фиксировать объект в пространстве и времени и давать точные прогнозы о его последующих состояниях.

В интеллектуальной обстановке господства научного - в первую очередь, физико-математического - знания, не видящего различия жизни созерцательной и жизни деятельной (vita contemplavita и vita activita) - "Марфы и Марии", - подчинения полученного знания служению материальным интересам общества, когда провозглашается тезис: "нет истины кроме практического успеха", - атмосфере "империализма физики" и "терроризма лабораторий" (Ортега-и-Гассет) - философия потеряла свою самостоятельность и стала служить физике - объявила себя теорией познания. Сложилось такое парадоксальное явление, когда физика "хотела стать метафизикой, а философия - физикой". Философия выходит из состояния зависимости; сегодня она сознает, что является не только наукой, но и чем-то гораздо большим чем системой научного знания. Ее истины не есть знание о конкретных вещах, которые можно доказать или опровергнуть, используя весь арсенал наличного знания о внешнем мире. Философские истины радикально иные:

они безразличны к требованию верификации, открываются человеческому разуму в своей - отличной от традиционной - логике рассуждений и являются "вечными" - вечными в том смысле, что фактически оказываются истинами-проблемами; будучи однажды сформулированы, они не могут быть завершенными, но развиваются и конкретизируются в каждую историческую эпоху в зависимости от тех задач, которые поставило историческое время. Дискуссии в философии возникают по причинам, отнюдь не связанным с недостатком знания. В метафизике "спорность и противоречивость различных утверждений вытекает из самой сущности дела. Гераклит с Парменидом не только на этом, но и на том свете, если б им пришлось встретиться, не сговорились бы. Та истина, которой они служили и здесь, и в ином мире, не только существует, но, по-видимому, и живет. И, как все живое, не только никогда не бывает себе равна, но и не всегда на себя похожа" (Л. Шестов). Научную истину можно выразить одним предложением, философскую истину не выразить даже многими предложениями, ибо "она передается ходом мыслей" (К. Ясперс).

Философское мышление всегда возвращается к самому себе; это означает, что в философии человек и его мышление едины. Философское мышление рефлективно и в этом обнаруживается его принципиальное отличие как от мышления в науке, так и от мышления, представленного житейским опытом ("здравым человеческим рассудком"). В этой связи в настоящей работе исследуется философская рефлексия, отмечается, что она обладает такой исключительной способностью, как снятие предметности: мышление замыкается в самом себе, становится закрытым, вследствие чего вся действительность, вошедшая в сферу мышления, понимается как чистые формы мысли. Если наука непосредственно обращена к внешней действительности,

15
Введение

то философия опосредованно связана с предметным миром: между человеком и природой стоит внутренний мир субъекта, в котором он находит "смыслы", "значения", "ценности" и через них выстраивает для себя образ бытия. Согласно философии, прежде чем идти во внешний мир, человеку необходимо погрузиться в саморефлексию, открыть "тайну" самого себя -найти смыслы, скрывающиеся в глубине его души, и через них объяснить предметную действительность. При таком понимании процесса познания и шире - взаимодействия человека с внешним миром - философия обязательно становится философской антропологией. Как таковая, она сегодня не распадается на материализм и идеализм - подобное ее разделение утратило былое историческое значение и не отвечает запросам современности; философию можно представить как рефлективную, понимающую свой мир как трансценденцию и метафизику, и наивную и нерефлективную, сводящую чистые формы мысли к вещам и предметам материальной действительности. Рефлексия представляет сложную мыслительную деятельность: через самосознание человек находит внутри разума последние основания мышления, не выводимые ни из чего другого, которые рассматривает в качестве последних оснований бытия - подобное происходит по причине того, что сам человек является частью природы - "микрокосмом", в котором сходятся все силы и качества предметного мира. Человек в этом смысле есть осознавшая себя природа. Но исходное основание мышления - "начало" мысли, - в свою очередь, подвергается рефлексии, как и рефлексия в рефлексии может стать актом "третьей reflexio". Человек дан себе в самосознании во второй и в третий раз благодаря способности объективировать свои мыслительные акты;

трансценденция предмета и самосознание возникают в мышлении, которое характеризуется состоянием "третьей рефлексии".

Рефлексия непосредственно связана с проблемой "начала" - исходного пункта теоретической философии. Как и рефлексия, "начало" мысли длительное время совсем не исследовалось в нашей литературе. Все разговоры вокруг него ограничивались понятием "товар", выведенным Марксом посредством метода восхождения от абстрактного к конкретному. В действительности "начало" рефлективной мысли определяет мировоззрение философа и "есть первый вопрос теоретической философии" (В. Эрн). От него зависит степень критичности философии: что будет взято в основание философской системы, определит и характер самого философствования. Утверждается положение, что "начало" не есть чувственная, предметная действительность; его происхождение связано с деятельностью самосознания. "Начало" - это проектирование свойств мысли на объективную реальность. Будучи понято как мышление, оно становится "точкой опоры".

История философии свидетельствует, что каждая философская система строится, опираясь на исходное "начало": "чистое бытие" (Гегель), "материю" (Гельвеций, Гольбах), "чувственный опыт" (Авенариус), "жизнь" (Бергсон, Ницше, Зиммель) и т.д. Долгое время отечественная философия существовала как система, где исходной категорией была "материя". Предлагается не в каче-

16
__________________________________________________ Введение

стве очередной новации - капризного желания "пройтись для перемены разочек на голове, после того, как долго ходили на ногах" (Гегель), - а исходя из историко-философского опыта принципиально новая концепция: человек есть исходное "начало" философии. Обосновывается идея о первичности человека по отношению к онтологии и гносеологии. В этой связи сформулировано теоретическое положение о том, что философия может быть только философской антропологией. Разгадать природу и процесс ее познания возможно при одном условии - постижении метафизической сущности человека. Осуществление этой задачи требует преодоления классического европейского рационализма и выработки нового стиля мышления - неклассического типа рациональности. Сведение мышления к правилам логики, ориентация на понятия, имеющие однозначные смыслы, опора на науку, прагматизм в оценке истины привели к кризису в трактовке человека, а вместе с ним и к кризису всей западной философии. Обнаружилось, что человека невозможно редуцировать к научному знанию и исчерпывающим образом объяснить посредством рациональных понятий. Несмотря на то, что он есть природное существо и как таковой погружен в естественную необходимость, сами его природные качества говорят о том, что они внеприродного происхождения; уже на уровне биологии человек есть загадка, а потому не может быть понят методами биологического исследования. Само понятие биологического в применении к человеку говорит о чем-то большем - том, что отличает его от всего живущего на земле. Антропологическая философия для этих целей использует свои, метафизические понятия: "микрокосм", "прорыв в природе", "бесконечное существо", "дух", "сердце", "многопланность бытия". Рациональность этих понятий радикально иная по сравнению с категориями классической рациональности; в них нет того содержания, которое претендует на научность, строгость и логическую выводимость ("ряды рассуждений"). Понятия антропологической философии - скорее "образы идей"; в них выражается мир трансценденции и метафизики - мир чистых мыслей, принципиально отличный от наглядного и чувственно данного эмпирического мира.

В реальной жизни человек существует в мире; "Нет человека, который был бы, как Остров, сам по себе...", а потому антропологическая философия, говоря о человеке как исходном "начале" теоретической мысли, обязательно ставит проблему бытия. Учение о бытии есть одно из центральных во всей совокупности концепций философии. В предложенной работе бытие трактуется из человека и через человека: разгадать тайну бытия возможно после того, как раскрыта тайна человека. Человек является тем последним основанием, которое лежит у истоков мысленной конструкции под названием "бытие"; путь в онтологию обязательно лежит через антропологию, но не наоборот. Данная позиция отличается как от здравого смысла, на котором держалась античная философия, так и от критического рационализма, определяющего европейскую философию нового времени. Согласно здравому смыслу и наивному реализму, мир существует от века и является таким, каким мы его видим. Античная философия верит в реальность Космоса, природы, отдельных предметов. В основе теорий, полученных посредством созерцания, лежал язык обы-

17
Введение

денного разума. Критическая философия ставит под сомнение внешний мир. Поскольку граница между действительностью и иллюзией (сновидением) подвижна - чувства и разум могут обманывать нас, - остается только сомнение, в чем невозможно усомниться. Мышление (сомнение) первично, все остальное, в том числе мое собственное существование, производно, вторично - Cogito ergo sum. "Начиная с Декарта, философия... делает первый шаг в направлении, противоположном привычкам нашего разума, идет против течения обыденной жизни и удаляется от нее, двигаясь равномерно ускоренно до точки, где у Лейбница, Канта, Фихте или Гегеля философия становится миром, увиденным наизнанку, великолепной противоестественной теорией, которая не может быть понята без предварительного посвящения, теорией посвященных, тайным знанием, эзотеризмом" (Ортега-и-Гассет).

Наша эпоха есть такая культура, которая оказывается тоньше и искушенней античности, но грубее и примитивнее культуры трех веков, а потому не восприимчивой к тем великолепным "ажурным" построениям идеализма, который в мышлении открывал новую форму реальности, более достоверную, чем бытие природного мира. Нашу эпоху гносеологический рационализм не удовлетворяет, ей необходимы новые понятия, представления, категории, посредством которых можно было бы прорваться к живой действительности -она объявляет "шах и мат бытию Платона, Аристотеля, Лейбница, Канта и, разумеется, также и бытию Декарта". Обращенность к мышлению в поисках бытия объективно приводит к устранению человека как субъекта жизни. Мышление, о котором говорят рационалисты, не существует само по себе;

всякая мысль предполагает субъект и объект мысли. Субъектом в реальной действительности всегда оказывается целостный человек, а объектом мышления - чувственная реальность. Проблему бытия идеализм рассматривал как дилемму: внешний мир существует либо вне меня (сам по себе), либо во мне (в моем сознании). Существуя независимо от меня, внешний мир не может быть представлен в моем сознании в качестве факта мысли; действительно, приходится признать, что его существование находится во мне в виде содержания моего разума. Трагедия идеализма заключалась в том, что, постигая мир, он замыкал его мышлением, превращал в "субъект". Неизбежно возникало противоречие: каким образом мир, будучи моим представлением, продолжает существовать вне меня.

Разрешение дилеммы идет сегодня по пути утверждения идеи органического единства Я (субъективности) и его мира (или объективности). Внешний мир существует - эта идея вошла сегодня в круг неоспоримых и очевидных истин "живой полярной философии". Но внешний мир становится для меня реальностью, когда он оказывается в поле моего восприятия или разума. "Мир обретает для меня реальность лишь внутри меня. Я сужу о нем лишь по моим ощущениям и по тому, как интерпретирует эти ощущения мой разум" (Андре Моруа). Антропологическая философия предлагает следующую формулу:

внешний мир не существует без мышления о нем человека (моего мышления), но внешний мир не тождествен его мышлению (моему мышлению). Онтологический статус мира определяется познавательной деятельностью чело-

18
века; мир таков, каким он предстает в человеческом мышлении. Но внутренний мир человека не принадлежит только ему; в равной степени он принадлежит внешнему окружению - тому, что располагается перед человеком, ибо сам человек непосредственно погружен в бытие. "Микрокосмическая" сущность человека говорит о единстве бытия человека и бытия Космоса. В человеке просматриваются все миры, все силы и качества природы, но и сам человек космичен - он выходит за границы природного окружения, становясь вечной и бесконечной Вселенной. "Я родился там-то и тогда-то... Но, боже, как это сухо, ничтожно - и неверно! Я ведь чувствую совсем не то! Это стыдно, неловко сказать, но это так: я родился во вселенной, в бесконечности времени и пространства..." (И. Бунин). Тождество мышления и бытия - обнаружение в мышлении бытия, а в бытии мышления - достигается в жизни; жизнь есть первоначальная реальность, в которой противоположности мышления и бытия сняты, слиты, но вместе с тем и выявлены, обнаружены: жизнь всегда есть "моя жизнь", она дана непосредственно мне. В процессе жизни я обнаруживаю себя в рефлексии и одновременно в деятельности воспринимаю внешний мир. Жизнь есть Я и мир; она есть, в одном случае, осознание себя, рефлексия, в которой я дан самому себе, в другом - жизнь предполагает мир, нахождение в мире. Наша жизнь в соответствии с таким пониманием есть жизнь человека как личности, но не только: в равной мере она есть встреча с вещами, предметами внешнего мира; наша жизнь, следовательно, будет зависеть от того, какова наша личность, и от того, каков наш мир. "Поэтому мы можем представить "нашу жизнь" как дугу, соединяющую мир и Я; но не сначала Я, потом мир, а одновременно оба. Эти два термина близки нам в одинаковой степени: мы осознаем не сначала себя, а затем мир; а жить, по сути своей -это находиться перед миром, с миром, внутри мира, быть погруженным в его движение, в его проблемы, в его рискованные интриги" (Ортега-и-Гассет).

Единство мышления и бытия в жизни позволяет по-новому посмотреть на процесс познания. В рационализме субъект всегда противостоит объекту; такой взгляд на диалектику познающего и познаваемого навеян наукой, на которую ориентируется философия нового времени. Декарт, Спиноза, Лейбниц, Кант видели в науке некий идеал, которому должна следовать философия. Освобождение от этой зависимости, преодоление "черной зависти" к положительным наукам возможно на пути, раскрывающем самостоятельность философии, ее свободу от науки, специфику философского знания; осознание факта, что философия есть особая сфера духовной культуры означает одно -философия есть мудрость. Вопреки всяким попыткам превратить философию в чистую науку, она "всегда была и всегда будет мудростью. Конец мудрости есть конец философии. Философия есть любовь к мудрости и раскрытие мудрости в человеке, творческий прорыв к смыслу бытия" (Бердяев). Познание не есть взаимодействие внешних по отношению друг к другу субъекта и объекта, как учит теория познания Декарта и Канта; гносеология, представленная философской антропологией, полагает, что человек, будучи бытием, несет в себе разгадку смысла этого бытия. Процесс познания следует представить как познание бытия бытием - не кто-то внешний противостоит бытию, но само бы-
Введение

тие из себя, т.е. из человека, открывает в себе смыслы. Если наука говорит об истине, понимая ее как объективное знание, то для философии актуально другое - она объясняет, как человеку открываются смыслы и правда жизни.

В ходе осуществления указанных задач - решения поставленных проблем -был использован теоретический метод. Рассуждать о философских сущностях, в том числе о человеке как "начале" метафизического знания, иным способом невозможно. Это вытекает из природы самого философского знания. Философия, в отличие от науки, имеет дело с такими мысленными конструкциями, которые стоят по ту сторону границы человеческого опыта, т.е. относятся к трансцендентным и метафизическим сущностям. И как бы ни был богат эмпирический материал - именно в силу его многообразия - в философии невозможно идти индуктивным путем с целью получения обобщенного знания. Для этого необходима не просто операция обобщения - требуется некий скачок, трансцензус, который следует совершить, чтобы сразу перейти от предметной действительности в область чистой мысли. Обобщение в философии принципиально отличается от аналогичной операции в сфере научного знания: философское обобщение не есть итог каких-либо междисциплинарных исследований, оно рефлективно и не есть в собственном смысле обобщение первичного знания, относящегося к широкому классу однородных объектов -достаточно одного факта, чтобы постичь сущностные формы бытия, независимо от числа совершаемых наблюдений. Знание, которое получено таким образом, имеет силу для бесконечной совокупности всех вещей, обладающих этой сущностью, и не относится к эмпирической действительности, поскольку получено за пределами чувственного опыта.

В процессе работы над указанными проблемами использовался исторический подход, суть которого выражается в историческом методе исследования. Принцип историзма необходим по той причине, что философия предполагает историю философии. Для решения конкретных вопросов требуется знание историко-философской традиции, которая помогает лучше понять трактовку положений современной философии. Философия, по определению, есть "самопознание человеческого духа", "человеческое самопознание в целом" (К. Фишер). Человеческий дух историчен, в своем развитии он проходит разнообразные формы, различные состояния, которые в истории понимаются как конкретные культуры. Поскольку человеческий дух находится в состоянии развития, то, следовательно, и философия как самопознание развивающегося духа оказывается исторической формой знания или "мировой мудростью". Развивающийся объект познания можно постигнуть только в историческом сознании.

В современной культуре накоплен огромный материал о человеке - его истории, религии, философии, искусстве, науке, политике, технике, производстве и т.д. Это знание подобно гигантской горе, на вершину которой взбирается всякий, кто посвятил себя разгадке "тайны человека". Но когда он достигнет высшей точки, с которой можно обозреть жизнь, "ему, пожалуй, остается лишь умолкнуть. Ведь столько всего надо сказать, что слова рвутся наружу наперебой, и душат, и мешают говорить" (Ортега-и-Гассет).

20
ЧАСТЫ
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   36

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Антропологический образ философии iconФилософия XIX века
Подобный антропологический Атеизм лег в основу философии Фейербаха учения о конкретном чувствующем, страдающем, мыслящем человеке,...

Антропологический образ философии iconОбраз глядачів на початку Лев Тигр Леопарди Образ звірів Образ дами...
...

Антропологический образ философии iconПонятие «образ жизни» Образ жизни
Образ жизни — один из критериев обще­ственного прогресса, это «лицо» человека. В настоящее время доказано, что из суммы всех факторов,...

Антропологический образ философии iconВ. Н. Биксин Аспирант кафедры философии и методологии науки БашГУ
Бердяева, что позволит эксплицировать основные интенции метафизики русского философа. Антропологический подход, кроме того, способствует...

Антропологический образ философии iconКафедра философии та общественных наук
...

Антропологический образ философии icon“Эсхатологическая проблематика в философии и культуре русского серебряного века”
Ивана Франко, кафедра философии совместно с Обществом русской философии при Украинском Философском фонде, сектором истории русской...

Антропологический образ философии iconВопросы к зачету по курсу «история философии в украине»
Предмет истории украинской философии. Проблема различения «украинской философии» и «философии в Украине»

Антропологический образ философии iconРеферат скачан с сайта allreferat wow ua Шпоры по философии Возникновение...

Антропологический образ философии icon2-й день: Обзорная экскурсия – Пирамиды Теотиуакан – Антропологический музей
Обзорная экскурсия – Пирамиды Теотиуакан – Антропологический музей, возвращение в отель в Мехико

Антропологический образ философии iconПлан Термин «культура»
...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<