Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart)




НазваниеСэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart)
страница1/27
Дата публикации30.10.2013
Размер2.64 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Финансы > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Сэм Уолтон

Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart)


Уолтон Сэм

Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart)



Сэм Уолтон

Сделано в Америке. Как я создал Wal-Mart

Перевод с английского Х. Новак

ПРЕДИСЛОВИЕ

Приветствую Вас, друзья. Я -- Сэм Уолтон, основатель и президент "Уол-Март Сторз". Надеюсь, Вам уже приходилось делать покупки в одном из наших магазинов. Или, может быть. Вы приобрели акции нашей компании. Если это так. Вам, должно быть, уже известно, как я горжусь этим обыкновенным чудом, тем, чего мои компаньоны по "Уол-Март" достигли за те тридцать лет, что прошли с тех пор как мы открыли наш первый магазин здесь, на северо-западе Арканзаса. Эти места я и моя фирма до сих пор считаем своей родиной. Иногда трудно поверить, что, начав с одной небольшой лавочки, мы выросли в самое крупное предприятие розничной торговли в мире. И что с тех пор прошло так чертовски много времени.

Я понимаю, что нам довелось пройти нечто удивительное, нечто особое, чем мы просто обязаны поделиться со всеми теми, кто хранил верность нашим магазинам и нашей компании. Ведь создавая "Уол-Март", мы не слишком-то и много о себе говорили и не поднимали лишнего шума вокруг "семьи Уол-Март". Разве что тогда, когда нам нужно было убедить какого-нибудь банкира или финансиста с Уолл-стрит в том, что мы собираемся в один прекрасный день кое-чего достигнуть, и что мы достойны того, чтобы дать нам такой шанс. Когда люди задают мне вопрос: "Как же "Уол-Март" сделала это?" -- меня обыкновенно так и подмывало ответить: "Знаешь, приятель, я бы сказал, что мы просто задались определенной целью и не свернули с избранного пути. Мы всегда держались друг за друга, и у нас были для этого очень веские причины: мы всегда ограждали как свои рабочие дела, так и свою личную жизнь, и до сих пор предпочитаем поступать именно так, а не иначе".

Однако в результате за все эти годы вокруг меня и "Уол-Март" было создано множество дезинформации, мифов и полуправды. Думаю, слишком пристальным было внимание к моим личным финансовым делам, внимание, доставившее и мне, и моим родным множество лишних жизненных осложнений, хотя я просто-напросто игнорировал это и все силы направлял на то, чтобы в моей жизни и в "Уол-Март" все шло так, как надо.

В принципе и сейчас все идет по-прежнему. Исключая разве то, что уже некоторое время мне приходится сражаться с раком, да, пожалуй, еще и то, что моложе я за эти годы определенно не стал. В последнее же время множество народа, включая Хелен и детей, некоторых руководителей нашей компании и даже компаньонов по торговле, насело на меня: мол, только я и никто иной должен поведать миру историю "Уол-Март". И что, нравится мне это или нет, вся моя жизнь тесно связана с нашей фирмой и мне следует засесть за этот труд, не откладывая дело в долгий ящик, пока я еще в состоянии этим заняться. Вот почему я и пытаюсь рассказать эту историю как можно лучше, предельно близко к действительному ходу событий, происходивших с нами, и надеюсь, что она будет почти такой же занимательной, забавной и захватывающей, какой была для всех нас, и что я сумею передать Вам хотя бы малую толику того духа, которым были проникнуты все мы, создавая свою компанию. И еще: более всего прочего мне хочется отразить, какую огромную роль сыграли в деле успеха, достигнутого компанией, ее акционеры.

Оглядываясь назад, перебирая события своей жизни, пытаться представить себе, каким же все-таки образом из этих кусочков мозаики сложилась цельная картина, очень и очень забавно. Думаю, что это хоть кому покажется слегка странноватым, однако такому человеку, как я, такое занятие и вообще в диковинку: ведь я никогда не отличался склонностью к задумчивости и никогда не жил прошлым. Напротив: моим отличительным качеством всю жизнь была невероятная страсть к борьбе. Именно она поддерживала меня на плаву, заставляя жить исключительно будущим, предстоящими мне событиями.

Однако, оглядываясь назад, я понимаю, что наша история -- прежде всего рассказ о традиционных принципах, благодаря которым Америка стала великой страной. Это -- история о предпринимательстве, риске, тяжком труде, о знании того, куда именно ты направляешься, и о желании сделать все необходимое для того, чтобы туда попасть. Эта история -- о вере в свою идею вопреки неверию окружающих и о верности своим идеалам. А также, как мне думается, наша история -- это прежде всего доказательство полнейшего отсутствия каких-либо пределов того, чего может достигнуть простой трудяга, если только предоставить ему возможность, поддержать его и дать ему стимул работать в полную силу. Ведь именно так "Уол-Март" стала такой, какая она сейчас: просто собрались вместе обыкновенные люди, чтобы достичь невиданных результатов. Прежде всего, нам это было интересно, это было для нас удивительным. А вскоре мы удивили и всех остальных, в особенности же тех, кто считал, что в Америке более нет места подобным явлениям, так как она стала слишком усложненной и заумной.

История "Уол-Март" уникальна: это первое явление такого порядка, раньше ничего подобного у нас не делалось. Вот почему правдивый, беспристрастный рассказ о ее создании может помочь некоторым людям, еще не достигшим таких результатов, взять на вооружение те же принципы и применить их, воплощая собственные мечты.

Учимся ценить деньги.

"Однажды ночью я проснулась, включила свой радиоприемник и услышала заявление о том, что Сэм Уолтон -- самый богатый человек Америки. И я подумала: "Надо же, Сэм Уолтон. Да он ведь учился в моем классе! -- И обрадовалась".

^ ХЕЛЕН ВИЛЬЯМС,

бывшая учительница истории и риторики в средней школе

Хикмана, Колумбия, штат Миссури

Мне кажется, что за успех всегда приходится расплачиваться. Этот урок я усвоил самым болезненным образом в октябре 1985 г., когда журнал "Форбз" назвал меня так называемым "богатейшим человеком Америки". Ну что ж, можно было с легкостью представить себе, как все эти нью-йоркские журналисты и телерепортеры начнут интересоваться:

"Кто такой?" и "Где он живет?". Следующим, что мы узнали, было то, что репортеры и фоторепортеры начали стекаться в Бентонвилль. Полагаю, для того, чтобы поснимать меня, утопающего в бассейне, полном денег, которые, по их представлениям, у меня были, или же чтобы поглазеть, как я прикуриваю большущие, толстенные сигары от стодолларовых купюр, в то время как разбитные девицы исполняют на берегу зажигательные танцы.

Честно говоря, не знаю, чего ожидали эти господа, но я совершенно не собирался идти им навстречу. Вот они и обнародовали невероятно волнующие сюжеты из моей жизни, например: я сижу за рулем старого грузовичка, в кузове которого находятся клетки для моих охот ничьих собак; или: я в фирменной бейсболке "Уол-Март". Или: я стригусь в парикмахерской у городской площади. Некто с камерой или фотоаппаратом проскользнул даже туда и сфотографировал меня в парикмахерском кресле, и этот снимок был напечатан в газетах по всей стране. Кроме того, друзья мои, нам никогда и не снилось, что затем на нас обрушится настоящий шквал звонков и писем со всего света с просьбами о деньгах. Некоторые из просителей являлись даже собственной персоной. Я уверен, что многие из них просили денег на доброе дело, однако вместе с тем не было, казалось бы, ни одного безмозглого, бездумного прожектера или интригана в мире, который не обратился бы к нам за финансовой поддержкой. Помню одно письмо от какой-то женщины, которая не постеснялась написать: "Я всегда мечтала о доме за 100 000 долларов, но никогда не могла себе позволить приобрести такой. Не дадите ли Вы мне эти деньги?". Это продолжается до сего дня: нам пишут или звонят с просьбами о новой машине, деньгах на отпуск или стоматолога, на все, что только взбредет им в голову.

Ну, я по натуре очень дружелюбный человек, всегда не прочь поговорить с прохожими на улице и все такое прочее. Моя жена Хелен тоже общается, как только может, принимает участие во всевозможных общественных мероприятиях, и жизнь наша всегда проходила у людей на виду, мы никогда не чурались окружающих. Однако в какой-то момент нам всерьез показалось, что пресловутое объявление нас "богатейшими людьми Америки" разрушит весь наш жизненный уклад. Мы всегда старались внести посильную лепту, но тут вдруг ни с того, ни с сего все почему-то решили, что мы начнем платить за всех и вся. А вездесущие журналисты будут звонить нам домой в любое время суток и грубить, услышав наш отказ. Меня бесило то, что все, о чем хотелось поговорить этим людям, сводилось к финансам моей семьи. Им неинтересна была даже "Уол-Март", а ведь ее история, как мне кажется, -- одна из самых интересных страниц деловой жизни в мире в наши дни. Однако им даже в голову не приходило хотя бы из вежливости поинтересоваться нашей компанией. У меня сложилось впечатление, что большинство представителей средств массовой информации, да и некоторые типы с Уолл-стрит тоже, считали нас или шайкой неотесанных мужланов, торгующих носками с кузова грузовика, или же какими-то мошенниками, специалистами по мгновенным прибылям и махинациям с акциями. А когда они все же писали о компании, то или все перевирали, или же просто-напросто смеялись над нами.

Вот почему семья Уолтонов почти инстинктивно наложила строгий запрет на разглашение сведений о личной жизни любого из нас, хотя мы и продолжали жить открыто, и не отказались от привычки постоянного общения с покупателями в наших магазинах. К счастью, здесь, в Бентонвилле, наши друзья и соседи защищали нас от многих любителей копаться в грязном белье и смаковать подробности чужой личной жизни. Однако меня подстерег на теннисном турнире, в котором я участвовал, парень из "Лайфстайлз оф зе рич энд фэймэс", а Хелен поговорила с журналисткой одного из дамских журналов. Средства массовой информации обычно изображали меня как этакого дешевого, эксцентричного затворника, кого-то вроде дикого горца, спящего в окружении своих собак, несмотря на то, что в какой-нибудь пещере у него припрятано миллиардное состояние. Вот и написали после биржевого краха 1987 года, когда акции "Уол-Март", как и все, что было на рынке, тоже резко упали, что я потерял полмиллиарда долларов. Когда они спросили, так ли это, я ответил: "Это всего лишь бумага", -- и они остались таким ответом страшно довольны.

Однако теперь мне хочется объяснить некоторые аспекты моего отношения к деньгам, раз уж это к слову пришлось. В конце концов, наши финансы, так же, как и финансы любой нормальной американской семьи, -- это только наше дело, и больше ничье. Разумеется, мое отношение к деньгам по большей части обусловлено тем, что рос я в очень тяжелые для нашей страны времена: мое детство пришлось на период Великой Депрессии. И глубинка, откуда мы все родом -- Миссури, Оклахома, Канзас, Арканзас -- в ту "Эру Великой Засухи" очень сильно пострадала. Я родился в Кингфишере, штат Оклахома, в 1918 году и жил там примерно до пяти лет, однако мои самые первые воспоминания относятся к Спринфилду, штат Миссури, где я начал ходить в школу, а более поздние -- к небольшому городку Маршалл в штате Миссури. После этого мы жили в Сельбине, штат Миссури, где я поступил в среднюю школу, а позже -- в Колумбии. Там я окончил среднюю школу и поступил в колледж.

Мой папа, Томас Гибсон Уолтон, был невероятным трудягой. Вставал он рано, работал до упаду и отличался невероятной честностью. Многие вспоминают о нем как о чрезвычайно цельной личности. А еще была у него страсть -- он обожал меняться, заключать всяческие сделки, причем их предметом могло быть все что угодно: лошади, мулы, крупный рогатый скот, дома, фермы, да хоть автомобили. Однажды он обменял нашу ферму в Кингфишере на другую, вблизи от Омеги, штат Оклахома. В другой раз променял свои наручные часы на борова, так что в тот раз у нас на столе было мясо. А еще я никогда в жизни не встречал человека, который так умел бы вести переговоры и торговаться, как мой отец. Он обладал необычайным чутьем и твердо знал, когда следует остановиться, никогда не переступая пределы дозволенного. Как правило, они с противной стороной расставались друзьями, однако на меня наводили оторопь предложения, которые выдвигал мой папа, настолько они были невыгодными. В этом, видимо, и заключается причина того, что я -- не лучший в мире специалист по переговорам: я никак не могу скинуть тот самый последний доллар. К счастью, мой брат Бад, почти с самого начала ставший моим партнером, унаследовал папин талант торговаться.

У папы никогда не было никаких поползновений насчет создания самостоятельного, собственного дела. Кроме того, он был убежденным противником привычки брать деньги в долг. Пока я рос, он перепробовал массу занятий. Он был и землекопом, и фермером, и оценщиком по займам под залог сельскохозяйственных построек и угодий, страховым агентом и агентом по недвижимости. Несколько месяцев подряд, в самом начале Депрессии, он был и вообще без работы, и, наконец, пошел работать в фирму своего брата, "Уолтон Моргидж Компани", представительство "Метрополитен Лайф Иншуренс". Папа работал с должниками "Метрополитен", большая часть которых давно просрочила сроки своих платежей. В двадцать девятом, тридцатом и тридцать первом годах ему пришлось изъять сотни ферм у замечательных людей, семьи которых владели этими землями с незапамятных времен. Иногда он брал меня в эти поездки с собой, и я ощутил весь трагизм ситуации. Работа у папы, прямо скажем, была неблагодарной, однако он старался выполнять ее так, чтобы как можно меньше задеть чувство собственного достоинства тех фермеров. Должно быть, все это производило на мою детскую душу большое впечатление, хотя не могу припомнить, чтобы я уже тогда твердил себе нечто вроде: "Я никогда не стану жить в бедности".

Мы никогда не считали себя бедняками, хотя у нас точно не было никаких денежных излишков, и мы старались изо всех сил, чтобы заработать пару долларов то здесь, то там. Например, моя мать, Нэн Уол тон, во времена Депрессии решила начать торговлю молоком. Я поднимался ранним утром и доил коров, мама обрабатывала молоко и разливала его по бутылкам, а я под вечер, после футбольных тренировок, доставлял его по назначению. У нас было десять или двенадцать клиентов, которые платили по десять центов за галлон. Самое приятное заключалось в том, что мама снимала сливки и делала мороженое. Это просто чудо какое-то, что, учитывая количества, в которых я его поглощал, меня не прозвали Жирным Сэмом Уолтоном.

Мне было лет семь-восемь, когда я начал продавать журнальную подписку, а начиная с седьмого класса средней школы и все время учебы в колледже я занимался доставкой газет на дом. А еще я выращивал и продавал кроликов и голубей -- в то время это было широко распространено среди мальчишек в провинции.

Я с самого раннего возраста усвоил, что для нас, детей, очень важно помогать обеспечивать семью всем необходимым, быть скорее добытчиками, чем потребителями. Разумеется, попутно мы учились, как много и тяжело нужно трудиться, чтобы получить на руки хотя бы доллар и что, коль скоро уж ты его получил, это кое-чего да стоит. Мои мать и отец были полностью едины в одном, а именно в своем отношении к деньгам: они просто-напросто не бросали их на ветер.

^ БАД УОЛТОН:

"Людям непонятно, отчего мы остаемся такими консервативными. Они поднимают ужасный шум вокруг того, что Сэм, будучи миллиардером, водит старенький пикап, покупает свою одежду в "Уол-Март" или отказывается летать первым классом.

Дело в том, что мы просто-напросто были так воспитаны. Если на тротуаре валяется пенни, многие ли выйдут на улицу специально для того, чтобы поднять его? Клянусь, что я -- выйду. И подниму. И знаю, что Сэм поступит точно так же".

К тому времени как я покинул родительский дом, будучи готовым к самостоятельной жизни, мне уже было крепко привито уважение к деньгам и умение их ценить. Однако мои знания о деньгах и финансах, вероятно, были достаточно далеки от научного подхода, невзирая на то, что у меня была степень по бизнесу. Впоследствии я познакомился с родными Хелен, и слушать, что говорит ее отец, Л.С. Робсон, уже само по себе было образованием. Он оказал на меня огромное влияние. Это был гениальный торговец, одна из наиболее убедительных личностей, каких мне когда-либо доводилось встречать. И я уверен в том, что его успех в качестве торговца и бизнесмена, его знание финансов и права, а также его философия оказали на меня очень сильное влияние. Мой характер, в основе которого лежит стремление к борьбе и конкуренции, ничуть не пострадал: я видел его успехи, и они приводили меня в восторг. Я сказал себе: быть может, и я однажды достигну такого же успеха, как он.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconЗакон полного тока или теорема о циркуляции магнитного поля
Найдем интегральную и дифференциальную форму законов для магнитного поля, как это было сделано для электрического поля. Для электрического...

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconЭссе о молодежных практиках, близких идеологии прав и достоинства человека
И в другом месте, в Книгах Боконона, сказано: «Человек создал шахматную доску, бог создал карасс», Этим он хочет сказать, что для...

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconСэм Столл 100 собак, которые изменили цивилизацию: Самые знаменитые в истории собаки
«Сэм Столл. 100 собак, которые изменили цивилизацию: Самые знаменитые в истории собаки»: Астрель-Аст; Москва; 2009

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconЛеонид Млечин Зачем Сталин создал Израиль?
Все, кто по моей просьбе читал рукопись этой книги и кому я обязан ценными замечаниями, советовали придумать иное название: «Ведь...

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconЗадания конкурсного собеседования с будущими первоклассниками
Инструкция: Соединить прямыми линиями фигуры так, как это сделано на рисунке-образце, точно повторяя контур по образцу

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconЕсли Бог создал Вселенную, то он материалист. Если мы хотим узнать...
Если Бог создал Вселенную, то он – материалист. Если мы хотим узнать у него, как она устроена, то вопрос к нему должен формулироваться...

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconЕсли Бог создал Вселенную, то он материалист. Если мы хотим узнать...
Если Бог создал Вселенную, то он – материалист. Если мы хотим узнать у него, как она устроена, то вопрос к нему должен формулироваться...

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconВсё, что существует, создано Богом?
Если Бог создал всё, значит Бог создал зло, раз оно существует. И согласно тому принципу, что наши дела определяют нас самих, значит...

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconБлеск грядущего
В сpедине янваpя 1972 года мне позвонил мой супеp-талантливый пpиятель Сэм Лок и сообщил таинственным шепотом

Сэм Уолтон Сделано в Америке (Как я создал Wal-Mart) iconТуроператор по Латинской Америке «Жюль Верн» представляет тур
Хотите узнать больше о том,как растет табак и как делают сигары?Вы найдете ответы на все Ваши вопросы на фабрике сигар valle del...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<