Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России»




Скачать 347.82 Kb.
НазваниеРеферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России»
Дата публикации04.03.2014
Размер347.82 Kb.
ТипРеферат
uchebilka.ru > География > Реферат
Реферат скачан с сайта allreferat.wow.ua


Особенности электорального поведения в России

Министерство Образования Российской Федерации Тверской Государственный Технический Университет Кафедра Истории и политологии Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» Выполнил: Громилин В. А. группа ЭС-0697 Приняла: Болокина Л. А. Тверь 2000 План 1. Введение. 2. Теории электорального поведения и их применение в посткоммунистических демократиях. 3. Политическое лидерство и электоральный процесс. 4. Электорат провинциальной России. 5. Список использованной литературы. Можно все время обманывать часть народа, можно некоторое время - весь народ. Но обманывать все время весь народ нельзя. А. Линкольн Введение Выборы играют все большую роль в жизни нашего общества. В связи с этимвстает вопрос об изучении поведения избирателей как на федеральных, так ина региональных выборах. Особую значимость это приобрело в последнее время,когда у нас в стране прошли выборы в Государственную Думу, а затем и выборыпрезидента. Трудно переоценить важность событий, так как в последующиечетыре года нам жить именно с этой думой и с этим президентом. Последние выборы показали, что поведение избирателей в России довольноточно можно прогнозировать. В таком случае можно судить о применимостизападных теорий электорального поведения в нашей стране. Этому я посвятилпервую часть своего реферата. Очень часто на выборах (особенно на региональных) побеждают кандидаты,чью победу невозможно объяснить рационально. За кого же мы голосуем? Обособенностях взаимодействия политических лидеров со своими избирателямивторая часть реферата. В каждом субъекте Российской Федерации можно выделить какие-либоособенности поведения избирателей на выборах. Это вызвано различнойэкономической ситуацией в регионах и рядом других факторов. В третьей частиреферата я рассмотрел особенности избирательного процесса в Самарскойобласти. ТЕОРИИ ЭЛЕКТОРАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ И ИХ ПРИМЕНЕНИЕ В ПОСТКОММУНИСТИЧЕСКИХ ДЕМОКРАТИЯХ "Социологический подход". Основы данного подхода к анализуэлекторального поведения были заложены в результате исследования,проведенного группой американских ученых под руководством П.Лазарсфелда поматериалам президентских выборов 1948г. Исследование показало, что приголосовании выбор избирателей определяется не сознательными политическимипредпочтениями (каковых, как выяснилось, у большинства просто нет), апринадлежностью к большим социальным группам. Каждая подобная группаобеспечивает той или иной партии стабильную базу электоральной поддержки.Сам же акт голосования оказывается не только свободным политическимволеизъявлением, сколько проявлением солидарности индивида с группой. Такоеповедение избирателей было названо экспрессивным. Заключения группыЛазарсфельда получили подтверждение в работах западноевропейских ученых,показавших применимость "социологического подхода" в большинствелиберальных демократ. Важную роль в развитии "социологической" теории электоральногоповедения сыграла статья С.М. Липсета и С.Роккана, в которой былаобоснована "генетическая модель" формирования партийных систем исоответствующих им структур избирательских предпочтений на Западе Липсет иРоккан выделили четыре типа конфликтов, оказавших особенно серьезноевоздействие на позднейшую электоральную политику: между центром ипериферией, государством и церковью, городом и селом, собственниками ирабочими. Каждый из этих конфликтов создает "раскол" (с1еаvаgе) в обществе,определяющий структурирование поддержки партий и кандидатов. Наиболеераспространенный тип "раскола", как показали более поздние исследования,—дифференциация на рабочий класс и буржуазию . Однако в тех случаях, когдаобщество разделено по религиозному или этническому признаку, доминирующимистановятся конфессиональные и этнические факторы. Теоретические основания "социологического подхода" разработаны весьматщательно. Однако его эмпирическая адекватность — в частности, способностьпредсказывать исходы выборов в Западной Европе и, в особенности, в США —оказалась не очень высокой. Это побудило американских ученых,группировавшихся вокруг Э. Кэмпбелла, предложить новую трактовку повеленияизбирателей, получившую название "социально-психологического подхода". "Социально-психологический подход". В рамках данного подходаэлекторальное поведение по-прежнему рассматривается как преимущественноэкспрессивное, но объектом, с которым солидаризируются избиратели,выступает не большая социальная группа, а партия . Согласно представлениямсторонников "социально-психологического подхода ", склонность к поддержкеопределенной партии вырабатывается у индивида в процессе раннейсоциализации. Поэтому человек часто голосует за ту же самую партию, закоторую голосовали его отец, дед или даже более отдаленные предки. Подобный"выбор" партии, определяемый как "партийная идентификация", является важнойиндивидуальной ценностью, отказаться от которой непросто даже тогда, когдаэтого требуют реальные интересы. Так, проведенные в США исследования, вчастности, показали, что избиратели нередко приписывают партиям, к которымиспытывают психологическое тяготение, собственные установки, совершенно незаботясь о том, насколько это соответствует действительности. "Социально-психологический" подход успешно применялся при изученииэлекторального поведения в Западной Европе . Его влияние оказалосьнастолько сильным, что к. настоящему времени понятие "партийнойидентификации" можно считать одним из важнейших в электоральныхисследованиях на Западе. Предпринимались и попытки создать интегративнуютеорию, объединяющую "социологическую" и "социально-психологическую" моделиэкспрессивного поведения избирателей. Вместе с тем, выявилась и определенная ограниченность обеих концепций:поскольку распределение социальных статусов в массовых электоратах и"партийная идентификация " относительно стабильны, названные теории неспособны объяснить сколько-нибудь значимые сдвига в избирательскихпредпочтениях. Данный недостаток стал особенно очевиден в конце б0-х —начале 70-х годов, когда в большинстве развитых либеральных демократийначался массовый отход избирателей от традиционных политических партий изаметно ослабла связь между классовой принадлежностью и выбором приголосовании . Осознание неадекватности теорий экспрессивного поведенияподтолкнуло некоторых исследователей к поиску подхода, который мог бы поменьшей мере дополнить эти теории и послужить более надежной основойобъяснения эмпирических данных. "Рационально-инструментальный подход". Первый толчок к разработкеконцепции, исходящей из инструментального характера выбора при голосовании,дала классическая работа Э. Даунса "Экономическая теория демократии".Фундаментальное для этой концепции положение состоит в том, что "каждыйгражданин голосует за ту партию, которая, как он полагает, предоставит емубольше выгод, чем любая другая". Сам Даунс, правда, считал, что ведущуюроль в соответствующих оценках играют идеологические соображения. Подобнаятрактовка расчета избирателей противоречила данным эмпирическихисследований, отнюдь не свидетельствовавшим о высоком уровне идеологическойангажированности массовых злекторатов. Да и в целом представление о рядовомизбирателе, тщательно просчитывающем возможные результаты своего выбора наоснове анализа огромного объема информации о партийных программах, с трудомсогласовывалось со здравым смыслом: Решающий шаг к преодолению этих недостатков был сделан в работах М.Фиорины, который во многом пересмотрел представления Даунса о ролиидеологии в формировании избирательских предпочтений. Как пишет Фиорина,"обычно граждане располагают лишь одним видом сравнительно "твердых"данных: они знают, как им жилось при данной администрации. Им не надо знатьв деталях экономическую или внешнюю политику действующей администрации,чтобы судить о результатах этой политики" . Иными словами, существуетпрямая связь между положением в экономике и результатами выборов. Это неозначает, что люди смыслят в экономике больше, чем в политике. Просто приголосовании избиратель исходит из того, что именно правительство несетответственность за состояние народного хозяйства. Если жилось хорошо —голосуй за правительство, если плохо — за оппозицию. Такое поведение избирателей является не только инструментальным, но ирациональным в том смысле, что индивид минимизирует собственные усилия подостижению сознательно сформулированных целей, — в частности, по сборуинформации, необходимой для принят решения. Представленная в работах Фиорины теория "экономического голосования"проверялась как на американских, так и на западноевропейских массивахэлекторальных данных, и полученные результаты оказались достаточноубедительными. Но, как и всякая новая теория, она порождает немалоразногласий даже в рядах своих приверженцев. Во-первых, не до конца ясно,основывается ли выбор при голосовании на оценке избирателями собственногоэкономического положения ("эгоцентрическое голосование") или результатовработы народного хозяйства в целом ("социотропное голосование").Эмпирические данные по США и Западной Европе в целом свидетельствуют впользу второй модели. Во-вторых, продолжается полемика по вопросу о том,что важнее для избирателя — оценка результатов прошлой деятельностиправительств (''ретроспективное голосование") или ожидания во поводу того,насколько успешной будет его деятельность в случае избрания на новый срок("перспективное голосование"). В современное литературе, ориентированной наанализ эмпирического материала, чаша весов, похоже, склоняется в сторонупервой позиции. Падение авторитарных режимов в восточноевропейских странах и проведениетам состязательных выборов заставили многих исследователей обратиться кзападным теориям электорального поведения в поисках моделей, которые былибы применимы к сложным политическим реалиям новых демократий. Результатыэтих поисков трудно охарактеризовать однозначно, ибо "сопротивлениематериала" оказалось довольно сильным. Так, скажем, "социологическийподход" был сформулирован для обществ с укоренившимися, хорошо изученнымисоциальными структурами, а также с устоявшимися связями между социальнымположением индивида и его политическими установками. В посткоммунистическоммире ничего подобного не наблюдается. Дело не в том, что выбор приголосовании никак не связан со степенью материальной обеспеченностииндивида или с уровнем его образования. Подобные связи выявлены. Но, какпоказывают исследования, они имеют весьма неустойчивый и частонепредсказуемый характер. Неустойчивость и непредсказуемость связей между социальным положениеминдивидов и их электоральными предпочтениями привели некоторых аналитиков кзаключению о том, что во многих новосозданных демократиях — например, вРоссии — социальные базы выбора при голосовании не поддаются идентификации,а сам этот выбор делается исходя из соображений идеологического характера,персональных качеств кандидатов и т.д.. И действительно, впосткоммунистических странах практически не прослеживается наиболеепопулярный в западных электоральных исследованиях "раскол" — междусобственниками и рабочими. "Расколы" по религиозному и этническомупризнакам, разумеется, сохраняют свое значение, однако они наблюдаютсядалеко не везде. Вместе с тем существует "раскол", давно уже отошедший навторой план как фактор электорального поведения в большинстве западныхстран, но вполне значимый в некоторых посткоммунистических демократиях —между городским и сельским населением. Он отмечается, например, в Болгариии — несколько менее отчетливо — в Венгрии . В России наличие подобного раскола было впервые зафиксировано в 1989 г.при анализе результатов выборов депутатов Съезда народных депутатов СССР,показавшем, что "продемократический" субэлекторат концентрируется севернее55 параллели, а "прокоммунистический" — южнее. Интерпретируя сходныерезультаты, полученные по данным нескольких общенациональных выборов вРоссии, Н. В. Петров писал: "Горизонтальная, географическая вариация науровне регионов оказывается лишь проявлением более фундаментальной ивсеобъемлющей вертикальной, иерархической вариации по основанию "город —село". (Анализ причин, по которым сельское население России — и Болгарии —более склонно поддерживать левые силы, наследующие правившим при старомпорядке партиям, в то время как в Венгрии оно выступает базой правых,клерикально-националистических группировок, выходит за рамки настоящейработы. В данном случае важен сам факт существования такого рода связей.) Еще более серьезные трудности возникают с применением квосточноевропейским реалиям "социально-психологического подхода" в версии"партийной идентификации". Это и понятно: при коммунистическом режимесостязательных политических партий, которые могли бы послужить объектамипритяжения избирателей, просто не было. Правда, в некоторых странах быливосстановлены партии, действовавшие до прихода коммунистов к власти, ииногда базы их поддержки обнаруживают связь с прошлым. Однако нище впосткоммунистическом мире — кроме, пожалуй. Румынии — такие партии не сталисущественным фактором электоральной политики. В большинствевосточноевропейских стран не приходится говорить и о значимой связи междуфактом членства в коммунистической партии до начала демократизации иголосованием за наследующую ей партию на свободных выборах. Что же касаетсяновообразованных партий, то их организационная нестабильность, равно как иотмеченная во многих исследованиях крайняя неустойчивость избирательскихпредпочтения, делают саму мысль о применении к ним понятия "партийнойидентификации" довольно парадоксальной. Означает ли это, что "социально-психологический подход" вообще не имеетперспектив в Восточной Европе? В версии "партийной идентификации",разумеется, не имеет: нужно подождать несколько десятилетий. Однако вполневозможно, что у восточноевропейцев вырабатывается психологическаяприверженность не к партиям как таковым, а к более широким, не охваченнымпартийными организационными рамками политическим тенденциям. При такомдопущении картина меняется. В России, во всяком случае, отмечена весьмавысокая стабильность голосований за "правящих демократов" и "оппозиционныхкоммунистов" от выборов к выборам. Динамика имеет место, но она не оченьзначительна. Подобная идентификация не является, разумеется, "партийной", но можнопредположить, что с содержательной точки зрения речь идет о сходномфеномене — о голосовании, обусловленном эмоциональной потребностью выразитьсолидарность с тем или иным участником электорального соревнования либо,напротив, протест против определенной политической тенденции (или, скажем,страх по поводу ее возможной победы). Имеем ли мы дело с "притяжением" или"отторжением" избирателей, психологическая подоплека голосования остаетсянеизменной, и это не позволяет полностью исключить возможность обращения к"социально-психологическому" подходу при изучении электоральных процессов впосткоммунистических демократиях. Как ни странно, при анализе поведения избирателей в странах ВосточнойЕвропы и бывшего Советского Союза реже всего применяются теории"экономического голосования", хотя, казалось бы, отсутствие значимыхсоциальных "расколов" и "партийной идентификации" должно было быстимулировать исследователей к использованию альтернативных подходов. Междутем, некоторым западным специалистам по электоральному поведению впосткоммунистическом мире выбор "экономической" теории представляетсянаиболее разумным. Одна из проблем, связанная с применением такого подхода, состоит в том,что первая фаза экономических реформ в Восточной Европе практическиповсеместно сопровождалась ухудшением положения в экономике и падениемуровня жизни населения, однако электоральный успех часто сопутствовалпоборникам продолжения или даже радикализации преобразований. Возможно, этои побудило Г.Китчельта сформулировать гипотезу о том, что, в отличие отнаселения западных стран, граждане новых демократий голосуют, во-первых,эгоцентрично, а во-вторых — перспективно. Имеется в виду, что избирательделает свой выбор, исходя из оценки того, сможет ли он лично улучшить своеэкономическое положение путем конверсии индивидуальных ресурсов(образования, накоплений, профессионального опыта и т.д.) в новыхэкономических условиях. Соответственно, реальные результаты экономическойполитики Правительства почти не принимаются во внимание. Важнее ожидания. Гипотеза Китчельта получила определенное эмпирическое подтверждение наматериале ряда восточноевропейских стран. И все же она оставляет открытымивесьма важные вопросы. Почему восточноевропейские избиратели,демократический опыт которых весьма невелик, оказываются способнымитщательно рассчитывать последствия своего выбора, выказывая тем самымполитическую заинтересованность и информированность, недоступные гражданамзападных стран? Рационально ли вообще прибегать к подобным калькуляциям,учитывая крайне высокий уровень неопределенности в развитии пост-коммунистических демократий? К этому следует добавить, что данные по некоторым странам ВосточнойЕвропы прямо опровергают гипотезу Китчельта, недвусмысленно указывая на"ретроспективный" и "социотропный" характер голосования. Автор настоящейстатьи получил достаточно показательные результаты, применяя теорию"экономического голосования" в ее "ретроспективно-социотропной" версии крезультатам общенациональных парламентских выборов в четырехвосточноевропейских странах. К сожалению, до сих пор никто изисследователей не пытался проанализировать с подобных теоретических позицийкроссрегиональные вариации в России. Работа О.Сенатовой и А.Якурина повыявлению корреляция между уровнями дотадионно-сти регионов и результатамигубернаторских выборов заслуживает внимания как первый шаг в данномнаправлении, однако понятно, что используемая учеными независимаяпеременная с трудом поддается интерпретации как показатель собственно"экономического голосования". Таким образом, анализ современной литературы не позволяет говорить окаких-либо определенных результатах применения существующих теорийэлекторального поведения при исследовании посткоммунистических реалий. Содной стороны, исследовательская практика — явно или неявно — ориентируетсяименно на западные модели. С другой — налицо серьезные трудности, связанныес существенными различиями между эмпирической базой рассматриваемых теорийи электоральным поведением в новых демократиях. Отсюда — необходимостьспециальной проверки, которая позволила бы установить степень применимостизападных электоральных теорий в российских условиях на основеединообразного массива эмпирических данных. Политическое лидерство и электоральный процесс ПРОТИВОРЕЧИЯ ВО ВЗАИМОДЕЙСТВИИ ЛИДЕРА И ЭЛЕКТОРАТА Феномен политического лидерства как один из наиболее важных факторовсовременного социального процесса привлекает постоянное вниманиеполитологов и рассматривается ими в самых разных ракурсах. Для его научногоосмысления и затем применения результатов исследований в прикладных целяхсущественное значение имеет изучение разных форм политического участия, вт.ч. электоральное поведение граждан. Под последним понимается видполитического поведения, связанный с делегированием властных полномочий,передачей политическому субъекту (лидеру) воли граждан, форма выражения ихпредпочтений и интересов и участия в управлении государством. Электоральная база — один из наиболее точных показателей политического"веса" (рейтинга) лидера партии или общественного движения, а также какого-либо политика, претендующего на выборную государственную должность. Довериеэлектората — это мандат на осуществление власти, выданный на время народом- по конституции сувереном и главным субъектом власти -своимпредставителям. При изучении электорального процесса важны не толькорезультаты голосования, но и сам факт участия в выборах. Низкаяэлекторальная активность, уклонение от голосования (абсентеизм), какправило, отражают не только кризис доверия к отдельным политикам, ноговорят либо о разочаровании общества функционированием всей политическойсистемы и отторжении значительной части граждан от нее, либо о "дефектном"состоянии политической культуры как таковой. Выборы как система определенных действий и атрибут конкретного типаполитического режима рассматриваются специалистами в качестве одного изнаиболее важных этапов формирования и проявления лидерства. В самом общемвиде выборы состоят из двух подсистем: избирательной кампании (как процессаобщения лидера и электората по поводу власти) и голосования как принятияизбирателями властного решения. Эти подсистемы структурируются каждая по-своему в соответствии с решаемыми ими задачами. В частности, основноесодержание избирательной кампании — взаимодействие лидера и электората, прикотором обе стороны осуществляют взаимное влияние. Следовательно, прианализе важно раскрыть их взаимодетерминационные связи, механизмы субъект-объектных властных отношений во всякий раз особой электоральной ситуации. Отношения электоральной общности и политического лидера почти всегдастроятся весьма противоречиво. Во-первых, подчас трудно определить, отчьего "лица" реально действует тот или иной политик, чьи интересы онвыражает. Сам же он может - добросовестно или нет - заблуждаться на сейсчет, что нередко и происходит с представителями властных структур,лидерами партий и движений, которые, по экспертным оценкам, в массе своейубеждены, что представляют "народные интересы", а реально, по мнению своихже избирателей, реализуют разные корпоративные интересы. Во-вторых, степеньрасхождения интересов избирателей и целей, преследуемых лидером,выявляется, как правило, лишь со временем, когда голосование уже произошло,а лидер получил (или нет) мандат на власть. Избиратели и лидеры несут иразную ответственность за принятые ими решения: первые сами расплачиваютсяза свой выбор, за упущенные возможности и ошибки; вторые нередко уклоняютсяот нее либо за них отвечают их организации и политические наследники. Неслучайно лидеры так щедры на обещания во время избирательной кампании и такскупы на их выполнение, став у власти: по политическим счетам будут платитьне они. Лица, претендующие на власть, предлагают свои программы решенияобщественных проблем и реализации интересов граждан, которые выглядят какнекий "протокол о намерениях". Вместе с тем чрезмерная ориентация насиюминутные предпочтения электората подталкивает лидера к популизму, апорой и к политическому авантюризму. Еще существеннее то, что приемлемостьи жизненность программы как бы удостоверяется личностью лидера. По опытузарубежных и особенно отечественных избирательных кампаний, а также попроведенному нами мониторинговому анализу ряда электоральных ситуаций, длямногих избирателей важнее облик, личностные качества кандидата, чем стопрограмма. Так проявляется, с одной стороны, право электората ожидать отлидера выполнения им заявленной социальной роли, с другой — обязанностьполитика вести себя соответственно ожиданиям других людей. Не менее значимо при формировании политического лидерства и то, чтоэлекторат в целом состоит из групп, ориентирующихся на разные авторитеты,т.е. в нем отсутствуют сплоченность как осознанная ценность и совместнаядеятельность, способная опосредовать отношения участников этих групп.Предвыборные мероприятия (собрания избирателей, встречи с кандидатами),согласно опросам общественного мнения, вряд ли можно считать формойвзаимодействия разных групп электората, который распадается по симпатиям иантипатиям к тем или иным кандидатам, партиям и движениям. К тому же дополовины и более избирателей не принимают участия в предвыборных акциях. ВЫБОРЫ КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ РЫНОК Выборы — это особый политический рынок с отработанными во многомправилами игры, но разными статусными и функциональными характеристикамиего основных участников. "Продавцы" и "покупатели" как бы временно (о чемте и другие хорошо знают и из чего исходят) меняются ролями. Электорат —"продавцы" — располагает на данном рынке избирательными голосами; лидеры —"покупатели" — являются соискателями этих голосов. Первые предлагают свойполитический "товар" под определенный ангажемент — программу или харизмулидера, тем самым становясь уже не просто продавцами, но и "продающимися".Лидеры также обладают двойной продающей и покупающей ролевой функцией, таккак кандидаты на занятие властных постов имеют особую стоимость: обычную,рыночную, как и прочий товар на рынке, плюс прибавочная стоимость власти(понятие введено в научный оборот К. Шмиттом). В отличие от обычноготовара, власть в неправовом государстве может быть адекватно оценена лишь всоответствующих ирреальных стоимостных показателях. Думается, что здесьскорее применимы не экономические принципы формирования стоимости товара, апринцип "курочки рябы, несущей золотые яички". Появление на рынке такого"товара", как голоса избирателей, естественно, вызывает особый интерес иконкуренцию среди его потребителей - лидеров, их сторонников и противников,которые вместе образуют политическую элиту, или специфический "политическийкласс". Финансовое, политическое, информационное, творческое, властное,государственное, научное и иное лоббирование во сто крат может окупиться вслучае победы "своего" кандидата на выборах. В отличие от девальвированнойроли посредника на экономическом рынке, посредничество на рынкеполитических услуг переживает сейчас в России свой расцвет. Именно сверх-рентабельностью политического капитала объясняются астрономическиесредства, которые инвестируются в губернаторские и, особенно, президентскиевыборы. (Правда, тенденция к нарастанию финансовых, интеллектуальных идругих вложений в избирательные кампании свойственна многим странам мира.)Российская же специфика со времен большевиков обусловлена требованиямизавоевания, удержания и использования власти как добычи с последующей еедележкой среди "своих". Особые страсти разворачиваются в борьбе за главный приз - высшиегосударственные и региональные должности. Отсюда и непрекращающиеся внутри"политического класса" сражения, пики которых приходятся на выборы.Политологам и социологам, как и самим политикам, еще предстоит разработатьранговые шкалы, рейтинги, научные технологии раздела власти. Вместе с темуже накопленный опыт подсказывает, что основной критерий при таком разделе— доля инвестиций в победу на выборах. По открытым или порой весьмамалопонятным широкой публике кадровым перестановкам, скрытому переделу сфервлияния после инаугураций можно только догадываться о том, кто, сколько икаким капиталом (финансовым, интеллектуальным, творческим,коммуникационным, должностным, статусным и др.) содействовал успехупобедителя. При этом действительные электоральные предпочтения перестаютбыть актуальными до следующих выборов, а лидер способен пренебречьответственностью перед своими избирателями. На наш взгляд, следует распределить “политических посредников” по двумкрупным и далеко неравным по своему весу, численности и характеру группам.Первую из них можно было бы назвать прихлебателями и прилипалами, которыепри удачном разрешении электоральной ситуации получают натурой — деньгами,должностями, ангажементами, званиями и другими по-человечески понятнымиблагами. Вторая группа не удовлетворяется подачками, использует посредникови самих лидеров для усиления своего экономического доминирования, а такжегубительной для общества связки власти с собственностью и собственности свластью лидеров. Указанное различие политических посредников не есть нашеотечественное изобретение, хотя и обладает некоторыми специфическимичертами. В современной России лидеры, власть и собственность зачастуюпокупаются, что образует тройное основание для произвола — коррупции,нечестивого богатства и бюрократического разгула. Покупка власти черезподставных лиц, расширение зоны теневой власти, фаворитизм создаюттупиковую для любого общества ситуацию: лидеры без власти, власть безлидеров, очередная попытка монопольного присвоения власти и капитала,угроза вмешательства в публичную и частную жизнь граждан, а в итоге —всеобъемлющий кризис и реальная ситуация нового пришествия "спасителя" сосвоей командой. Подобные состояние и нестабильность элитных группроссийского общества чреваты политической фрустрацией населения, котороевполне может не принимать навязываемый ему порядок, причем используянасилие и неправовые методы. АКТИВНОСТЬ ЭЛЕКТОРАТА И ФОРМИРОВАНИЕ ЛИДЕРСТВА Существует довольно много форм и степеней интенсивности политическойдепрессии, как и возможностей воздействия на нее: граждане могут отвергатьполитический режим в целом или какие-то более частные его характеристики;аполитичность способна охватывать отдельные социальные группы,территориальные, этнические, профессиональные и иные общности. Формыпроявления депрессии - абсентеизм, голосование против всех кандидатур,митинги, забастовки, гражданское неповиновение и т.д., которые разрушаютдаже начала консенсуса в обществе. В 1996 — 1997 гг. до 60% граждан справом голоса не участвовали в различных выборах (президентских,региональных, в местное самоуправление); согласно опросам, около 10%респондентов голосовали безо всякой цели, следуя сложившейся традиции, т.е.фактически бездумно; примерно 7% ответили, что их выбор был случайным, таккак никто из кандидатов не понравился; около 5% голосовали против всех,поскольку не нашли достойного для себя кандидата. Не все деятели в должной мере осознают, что политический абсентеизм,если его подпитывать, используя механизмы внушения, может, наряду сразочарованием миллионов россиян от бесконечных обещаний, завести нашеобщество в тупики политической пассивности, социальной апатии, социально-психологической дестабилизации. Еще опаснее глубокий раскол общества попредпочтениям, разжигание нетерпимости в общественном сознании, что уже всилу инерции последнего переносится и на послевыборные процессы, создаваясерьезные проблемы для функционирования и экономики, и самого государства. Однако, на наш взгляд, было бы неверным отождествлять подлинныйавторитет, основанный на действительной общности интересов лидера, егосторонников и электората, с той разновидностью общественного отношения,которая опирается на некритическое восприятие фигуры лидера вплоть дослепой веры в него. Еще хуже, когда лидер конструируется с помощьюнаправленного манипулирования массовым сознанием. О том, что политики,органы власти, партии на выборах нередко действуют по принципу "всесредства хороши", свидетельствует не только обилие компромата на них, но истоль активная, зачастую решающая роль в победах на выборах не самих кан-148 дидатов, а их команд — имиджмейкеров, социологов, психологов, банкиров,работников и хозяев СМИ, артистов и пр. Прошлый и настоящий опыт нашегогосударства убеждает в пагубности такого "возвышения" лидера, при которомизбирателям отводится роль исполнителя чужой воли, а политик изначальнопопадает в зависимость от своих социальных технологов и спонсоров,политических посредников и их хозяев. В подобных случаях прямо срабатываетизвестный принцип: кто платит — тот заказывает музыку. Реальное же сплочение электората вокруг лидера проходит различнымипутями и с неодинаковыми результатами. Первый путь — осуществлениеинтересов электоральной общности через действительное разрешениепротиворечий (как правило, воплощенных в потребностях) между социальнымислоями, что требует больших затрат средств, времени и серьезных усилий состороны лидера, представляющего интересы ориентированных на негоэлекторальных групп. Второй путь следовало бы выбрать тогда, когдареализация интересов одной социальной общности, по крайней мере вминимально необходимом объеме, невозможна из-за столкновения с интересамидругих сегментов электората. Это путь координации, взаимосогласованияразнонаправленных электоральных интересов, выработки и проведениякомпромиссной линии деятельности вплоть до замещения неудовлетворенныхинтересов другими потребностями и интересами. Третий — путь популистскихобещаний, когда вместо удовлетворения конкретных интересов или, по крайнеймере, обозначения реальных сроков и механизмов их реализации, генерируютсяновые (чтобы не понизить уровень ожиданий и связанный с ними политический"вес" лидера), например, через создание образов "светлого будущего","исторического шанса", "врага". Так результаты политической деятельностизамещаются их суррогатами. Четвертый способ — подавление чьих-либоинтересов в случае непримиримого столкновения "своих" и "чужих"электоральных общностей. Однако два последних метода не дают эффектовснятия электорального напряжения и не разрешают противоречия междусоциальными группами, лидерами и их сторонниками, субъектами власти иобществом. Различие политических интересов, выраженное на языке взаимныхправ, обязанностей и ответственности сторон, не снимается, тем самымзначительно усиливается накал электоральных ожиданий. Ценой популистской и спекулятивной политики многих электоральныхлидеров стали девальвация общественного и государственного правосознания,падение в России авторитета недавно (по историческим меркам) введенныхполитических институтов. Эта тенденция заметно проявилась уже к концу 1996г., когда по данным Российского независимого института социальных инациональных проблем (РНИСиНП) уровень полного доверия со стороны населенияк органам власти и политическим организациям не превышал 3 — 10%. Этоотносилось как к институту президентства, Госдуме, Совету Федерации,федеральным органам правопорядка, так и к местным органам власти –областным (городским) администрации и законодательному собранию. РНИСиНПделает вывод, что даже в самые кризисные годы перестройки "такой пропастимежду населением и властными структурами не было". Эти данные отражали не только серьезнейший для политической системыпроцесс делегитимизации российских властных структур разного уровня, но инакопление в обществе мощного протестного потенциала. Если, по даннымобщероссийского исследования фонда "Социальный мониторинг" (руководитель —автор этой статьи), в апреле 1993 г. большинство (до 80%) гражданпредпочитали сохранять лояльность режиму в острых общественно-политическихситуациях, то декабрьский 1996 г. опрос РНИСиНП показал, что обозначиласьявная готовность населения прибегнуть к различным акциям протеста: ужетреть россиян была согласна участвовать в политических демонстрациях, а 8%- в случае необходимости взяться за оружие (там же). Правда, готовность к протесту есть предрасположенность, но еще негарантия практических действий. Между "хочу" и "буду" — весьма существеннаядистанция, протяженность которой определяется материальными условиямисуществования основной массы населения страны. СОЗДАНИЕ ПРЕДПОЧТЕНИЙ И НАСТРОЕНИЙ ЭЛЕКТОРАТА Важную роль в выборе своего электорального "мы" играют стереотипы иустановки. Стереотипом, как известно, считается "относительно устойчивый иупрощенный образ социального объекта (группы, человека, события, явления ит.п.), складывающийся в условиях дефицита информации как результатобобщения личного опыта индивида и нередко предвзятых представлений вобществе". Установка - это "готовность, предрасположенность субъекта,возникающая при предвосхищении им появления определенного объекта иобеспечивающая устойчивый целенаправленный характер протекания деятельностипо отношению к данному объекту". Совпадение ряда признаков, характеризующихоба понятия, позволяет рассматривать стереотип как проявление установки,возникающее в процессе социального или политического (в т.ч.электорального) взаимодействия и отличающееся значительной эмоциональнойинтенсивностью и высокой степенью стабильности. Эти особенности стереотипакомпенсируют избирателю недостаток информации и поэтому позволяют хоть как-то ориентироваться в перипетиях предвыборной борьбы либо, напротив,блокировать даже рациональные сведения, идущие от "чужого" кандидата.Обычно стереотипы и установки выражение присутствуют в массовомэлекторальном сознании в форме эмоционально окрашенных образов "своих" и"чужих", "нас" и "их". Нетрудно заметить, что особенности стереотипарезонансно накладываются на особенности сознания избирателя и усиливаютсясамой электоральной ситуацией, что максимально полно используется лидерамив предвыборной борьбе. Наиболее употребительным в этом смысле является весьма привычноепротивопоставление "хорошо — плохо". В таком дихотомическом диапазонедаются оценки "своим" и "чужим" лидерам, партиям, движениям, социальнымгруппам, институтам власти, самому политическому режиму, что заметнопроявилось в ходе кампании по избранию Президента РФ летом 1996 г., когдаэлекторат в очередной раз бык поставлен в ситуацию судьбоносного фор-мационного выбора, а это психологически нивелировало программы кандидатов,предлагавшуюся ими стратегию, факты предыдущей политической деятельностилибо отсутствие нужного опыта в этой сфере, физическое и нравственноесамочувствие. Свой возможный проигрыш на выборах лидеры пытались обозначитькак "вселенскую катастрофу", а не рутинную процедуру конкуренции зачередование у власти. Автократическая, по существу, поляризация электорального сознанияобразует один из важных каналов, через который действуют механизмыманипуляции общественным мнением, в частности со стороны СМИ. Функцияпоследних состоит в том, чтобы способствовать выработке такого образапартии или личности, который имел бы наибольшие (наименьшие) шансы науспех, на поддержку политически активных граждан. Структура образа обычносостоит из сравнительно устойчивых и ряда переменных характеристик. Кустойчивым относятся прежде всего социальные и социально-политическиеоценки. Например, партия может принять образ "защитницы угнетенных ибедных", покровительницы "привилегированных и богатых", партии реформ,консервативной стабильности или "отката к прошлому" и т.п. Переменными являются характеристики, отражающие набор актуальныхэлекторальных ожиданий. При относительной экономической и политическойстабильности в образе партии могут привлекать демократичность, строгаяприверженность законности, терпимое отношение к политическим оппонентам. Всостоянии же кризиса, массового разочарования в результатах деятельностиуправителей, падения доверия к органам власти и их руководителям в образелидера в большей степени импонируют способность "навести порядок",восстановить "поруганную честь" отечества, готовность к чрезвычайным мерам,непримиримость к коррупции и т.п. Избирательные кампании последних лет показали высокие шансы кандидатовот "партии власти", которые в своих интересах аккумулировали возможности иинтересы правящей и корпоративных элит, "приближенных и прикормленных"представителей СМИ, частично интеллигенции и тех, кого уже привычноназывают "новыми русскими", иными словами, всех, кто желает сохранить вцелом неизменным существующий порядок, личное социальное, институциональноеи имущественное положение. Именно в их руках в федеральном и региональноммасштабах сосредоточены такие действенные средства влияния на электорат,способные создать благоприятный имидж лидера, как телевидение, радио,газеты, связь, финансы, государственные структуры и механизмы. Вместе стем, когда столь внушительная "команда" играет на стороне совершенноопределенной категории лидеров, это может закончиться опаснойдестабилизацией общества и быстрой утратой поддержки со стороны электоратаотдельных политиков или всей "партии власти" в целом, что мы и наблюдаем слета 1998 г. ПРОГНОЗИРОВАНИЕ ЭЛЕКТОРАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ Авторитет избранного на какие-либо посты лидера, самого органа власти("кредит доверия") зависит от качественного уровня кандидатов на власть;адекватности их программ и предвыборной деятельности интересам и ожиданиямэлектората; условий и характера предвыборной борьбы; уровня политическогосознания и поведения избирателей. Последнее, как уже говорилось выше,представляет для исследователей особый интерес. Электорат нельзярассматривать как простую совокупность голосующих индивидов. Необходимоучитывать индивидуальные и социальные характеристики избирателей, внешниеусловия, в которых находятся конкретные, пусть самые малые, электоральныегруппы. Социологами и политологами, выработаны различные подходы копределению факторов, влияющих на позицию избирателей во время голосования.Среди них: — изменение в ту или другую сторону материальных условий жизни; — описание, анализ и оценка электората как такового (дифференциация попринадлежности к социальным группам и особого рода общностям,демографическим характеристикам, месту проживания, профессиям, социальномуи имущественному положению, статусу и т.п.). Путем установлениякорреляционных зависимостей фиксируется смещение политических ориентации ипредпочтений, что дает возможность спрогнозировать электоральное поведение; — выявление специфики электората отдельных партий и лидеров (егоструктура, характер, возможности и масштаб влияния политических субъектовна отдельные электоральные группы - молодежь, женщин, пенсионеров,работников государственных структур или предпринимателей), уровень и"адресность" воздействия лидера (партии) по территориям, определение причинабсентеизма; — оценка факторов, поддерживающих или изменяющих конкретноеэлекторальное поведение; — дифференциация избирателей по степени устойчивости их электоральнойориентации — твердые сторонники (противники) какой-то партии или лидера иколеблющиеся; — установление предположительных причин, способных побудить различныегруппы колеблющихся избирателей изменить свои намерения в ходе предвыборнойкампании, накануне выборов и в сам момент голосования; — соотнесение электоральных ориентации и поведения с другими группамипоказателей (типологический анализ). Сочетание этих методик исследования позволило нашим ученым ко второйполовине 1990-х годов создать модель предсказания итогов выборов с вестаудовлетворительной (за исключением рада случаев) точностью. Вместе с темтипичными (помимо явной политологической неграмотности) просчетами илитенденциозными ориентациями отечественных и зарубежных экспертов припрогнозировании итогов выборов являются: — следование стереотипам массового сознания и/или официальному мнению; — попадание в резонанс ажиотажа вокруг того или иного политика; — недооценка значения СМИ, особенно телевидения, и направленной работыс ними; — стремление отметать сомнения, заниматься самообманом или обманомзаказчиков прогноза, действовать по принципу "в России все возможно" (этопрежде всего относится к западным экспертам). — ангажированность аналитиков, чем были отмечены прогнозы "придворных"специалистов, политиков второго ранга, ориентированных на разных лидеровгазет, теле- и радиокомментаторов, артистов, даже брокеров центральных биржв период президентских выборов. (Опытные прогнозисты, как правило, в своихрасчетах делали "поправку" на особые возможности "партии власти".) Выборы,как и всякая экстремальная ситуация, для одних — политический- экзамен, адля других - пора самоутверждения, угодничества или просто солидныхзаработков и установления полезных связей. В связи с этим ангажированность,вероятно, самый серьезный фактор, влияющий на качество прогноза. Она,кстати, вредит и самим политическим лидерам, поскольку "смазывает"действительную картину преференций и электорального поведения граждан. По нашим оценкам, характерная для начала 1990-х годов двухполюснаямодель размежевания политического сознания между коммунистами иреформаторами, ориентированными на тех и других общественно-политическимиструктурами и лидерами сменилась сегодня консолидацией на одном полюсе —неприятия всех властных структур подавляющей части населения России (от 75до 95%). Основной причиной столь единодушного неприятия стали неспособностьдействующих властей всех уровней управлять, их непрофессионализм,коррумпированность. Легитимным основанием для отправления властныхполномочий летом 1998 г. не обладал ни один орган государственной власти,ни одна из ветвей власти и мало каков лидер регионального масштаба, неговоря уже о федеральном. За прошедшие 5-6 лет новый политический класс создал механизмы,работающие в режиме "удержания власти", использования ее в собственныхинтересах. Нейтрализовать негативные факторы, развернуть элиты и корпорациик компромиссам не "внутри себя" или с поддерживаемым ими лидером, а собществом, можно путем постепенной трансформации, в т.ч., вероятно, и спомощью поправок к Конституции РФ, "суперпрезидентской республики" в болеесбалансированные формы демократического политического режима (вместе скоррекцией социально-экономического курса). Функционирование внутриинститутов верховной власти дублирующих друг друга и непонятно комуподотчетных структур создало временную систему сдержек и противовесов немежду ветвями власти или между центром и регионами, а лишь внутри самогоинститута исполнительной власти. Подобные режимы могут быть эффективны лишьдля мобилизационного развития. Когда отсутствуют правовое и политическое оформление властныхотношений, отлаженная система публичной ротации кадров управленческойэлиты, то выборы становятся квазидемократическим институтом, обеспечивающиммеханизмы персональной власти главы государства и его "команды", чтопревращает российский истеблишмент в замкнутую и неподконтрольную обществукорпорацию. Сегодня всем очевидно, что существующая система изживает себя. Выход изсложной ситуации видится на пути превращения всенародных массовых выборов винститут действительного, а не мифологизированного или манипулированноговолеизъявления суверена власти — народа. Суверенитет народа не сводится кдискретным голосованиям, власть им лишь делегируется своим временнымпредставителям, которые отправляют ее в условиях состязательности ветвейвласти, баланса полномочий, наличия системы отзыва депутатов и избранныхдолжностных лиц, наконец (что существенно для нашего материала),формирования реальной системы политического лидерства, регулярноподтверждаемого выборами. Таким образом, нормально функционирующий институт выборов все-такикрайне важен для становления и удержания власти народа, оформленной всовременный политический режим демократического толка. А оба этапаэлекторального процесса — общение кандидата с гражданами в ходеизбирательной камлании и акт непосредственного избрания при голосовании–характеризуются сложной конструкцией лидерских взаимодействий (в т.ч.коалиционного типа), взаимодетерминации политического выбора со стороныизбираемых лидеров и выбирающих их электоральных групп. В связи свышесказанным характер электорального процесса, следовательно, авторитет идейственность власти, политических лидеров и представляемых ими структур,которые должны, наконец, сложиться в нормальную многопартийную систему, врешающей мере определяются качеством и результативностью выборногопроцесса, его способностью к детерминации и использованию потенциалаполитического лидерства. ЭЛЕКТОРАТ ПРОВИНЦИАЛЬНОЙ РОССИИ По материалам Самарской области Выборы в различные органы власти, ставшие неотъемлемой частьюполитической жизни России, уже давно привлекают пристальное вниманиеисследователей. В последнее время возрос интерес специалистов и крегиональной специфике электорального поведения. Тем не менее данная тема,будучи относительно новой, остается недостаточно изученной, особенно еслиучесть значительную политическую дифференциацию российской провинции. Внастоящей работе мы попытаемся хотя бы частично заполнить имеющиесяпробелы, рассмотрев электоральное поведение населения Самарской области. Тот факт, что в качестве объекта анализа был выбран именно этот регион,не случаен: с точки зрения поведения избирателей Самарская область являетсясвоеобразной моделью России как таковой (подобно Нью-Гэмпширу в США). Навсех прошедших федеральных выборах итоги голосования в области лишь оченьнезначительно отличались от общероссийских. Кроме того, внутри областипрослеживаются значительные различия в политических ориентациях отдельныхпоселенческих групп и представлены основные региональные моделиэлекторального поведения: (а) "столичная" (г. Тольятти), (б) характернаядля промышленных центров (г)Самара, Новокуйбышевск, Сызрань) и (в) типичнаядля районов "красного пояса". В целом, по результатам федеральных выборов Самарскую область можноотнести к регионам с низким или ниже среднего уровнем оппозиционности(наряду с Нижегородской, Тюменской, Архангельской, Свердловской,Челябинской областями, Москвой, Санкт-Петербургом и некоторыми другимисубъектами Федерации). Как справедливо отмечают авторы исследования "Анализтенденций развития регионов России в 1991-1996 гг. Политические ориентациинаселения регионов России", область входит в группу регионовлевоцентристского направления. Такие решены, протестно настроенные поотношению к "партии власти" в узком понимании (скажем, к НДР в 1995 г.) навыборах с многовариантным голосованием (в частности, на парламентских), вслучаях смешанного (например, в холе первого тура президентских выборов) идихотомического (второй тур президентских выборов) голосования поддерживают"партию власти" в широком смысле слова. ЭЛЕКТОРАЛЬНАЯ АКТИВНОСТЬ ИЗБИРАТЕЛЕЙ САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ Одной из важнейших характеристик электорального поведения гражданявляется уровень их активности. Самарская область относится к числурегионов с уровнем активности ниже среднероссийского. Так, согласно даннымсоциологического мониторинга, который проходится Самарским Фондомфундаментальных исследований с 199Ь г, лишь чуть более четверти избирателейобласти действительно интересуются политикой и регулярно принимают участиев выборах. Результаты мониторинга позволяют подразделить электорат регионана четыре категории: I) "устойчивый электорат "(26.5 %) — избиратели; которые постоянноинтересуются политикой и принимают участие практически во всех выборах; 2) "ситуативный тек/пират" (34,6 %) - избиратели, которые спорадическиинтересуются политикой и чье участие в голосовании зависит от того,заинтересованы ли они в исходе тех или иных конкретных выборов; 3) "пассивный электорат" (23,3 %) — избиратели, которые не интересуютсяполитической жизнью и приходит голосовать только под влиянием других людей(соседей, родственников, сослуживцев); 4) "убежденные абсентеисты" (15,6 %) – которые никогда не голосуют.Выделенные категории избирателей заметно различаются по своему возрастномусоставу. Как и в России в целом, в Самарской области наиболее вовлечены вполитический процесс 60-летние, молодежь составляет основную часть"ситуативного электората", а число "убежденных абсентеистов" выше всегосреди избирателей среднего возраста Результаты опросов показывают, что электоральная активность избирателейсущественно коррелирует с их политическим" ориентациями. Здесь такжепрослеживаются общероссийские тенденции: наибольшую активность проявляютсторонники коммунистической оппозиции, наименьшую — приверженцы"демократической оппозиции". Наличие значительной пассивной составляющей в "оппозиционно-демократическом" электорате объясняется, на наш взгляд, целым рядом причин. Во-первых, можно предположить, что пассивность существенной частиизбирателей данной группы является своеобразным протестом противдихотомической логики электорального процесса в России. Для них, по-видимому, неприемлема сама ситуация (наиболее отчетливо проявляющаяся вовтором туре президентских выборов), требующая выбора между представителяминынешней и прошлой "партий власти". Во-вторых, порождающим пассивность фактором может служить характерноедля "оппозиционно-демократического" электората расхождение междунормативной и дескриптивной оценками демократии, когда вера в высокуюзначимость демократических принципов как таковых сочетается со скептическимотношением к тому, что называется демократией в России, в т.ч. кизбирательным процедурам и их влиянию на политическую жизнь страны. Какпоказывают социологические исследования, сомнение в эффективности институтавыборов являемся одной из наиболее важных причин абсентеизма. Например, повремя опроса, проводившегося в сентябре-ноябре 1997 г. В Самарской области.более ЗО% респондентов, заявивших о том, что не собираются приниматьучастие в выборах в Самарскую Губернскую думу, ссылались на ихбесполезность и еще 11% - на возможность фальсификаций. Разумеется, недоверие к выборам как к механизму политическогопредставительства распространено не только среди представителейрассматриваемой группы. Так, по данным опросов социологического центраСамарского университета, в 1993 — 1995 гг. лишь немногом более половиныизбирателей Самарской области считали, что выборы в целом отражают реальноеволеизъявление народа. Однако, если для сторонников, скажем,коммунистической оппозиции, в чьей системе ценностей демократия занимает неочень высокое место, расхождение между нормативной и дескриптивной оценкамидемократии не столь существенно, то для "оппозиционно-демократических"избирателей оно должно иметь огромное значение, поскольку связано скрушением надежд на быструю реализацию их социально-политических идеалов. В-третьих, особого внимания заслуживает тот факт, что в группеприверженцев "демократической оппозиции" значителен удельный вес молодежи илиц среднего возраста с относительно высоким уровнем образования к доходов.Как показывает опыт развитых демократических стран, люди, обладающиеподобными социальными характеристиками, наиболее склонны к рациональномуголосованию и индивидуализации восприятия проблемного поля политики. Именнов их среде происходит формирование "нового избирателя", о появлениикоторого пишут многие западные исследователи. Поэтому не исключено, чточасть российского "оппозиционно-демократического" электората уже приобрелачерты, присущие "новым избирателям". Соответственно, их электоральнаяактивность во многом определяется тем значением, которое имеют для нихвыборы того или иного уровня. Выявленная выше корреляция между электоральной активностью иполитическими ориентациями, а также возрастом избирателей позволяетговорить о том, что от степени мобилизации "ситуативного" и "пассивного"электората зависит не только успех проведения тех или иных выборов, но и, визвестной мере, их результат. Так, победа Б.Н. Ельцнна на президентскихвыборах 1996 г. (в т ч. и в Самарской области) стала возможной, помимопрочего, благодаря тому, что удалось мобилизовать "ситуативный" и,частично, "пассивный" электорат, т.е. именно те категории избирателей,среди которых преобладает молодежь, придерживающаяся, как правило, болеедемократических взглядов, чем люди старшего возраста, и широко представленысторонники "демократической оппозиции", многие из которых поддержалиЕльцина во втором туре. В то же время было бы большим преувеличениемсвязывать итоги выборов исключительно с уровнем электоральной активностиизбирателей. Например, в выборах губернатора Самарской области,закончившихся, как известно, победой К. Титова над первым секретарем обкомаКПРФ В. Романовым, участвовал преимущественно "устойчивый электорат", всоставе которого, напомним, особенно высока доля пожилых, а такжеприверженцев коммунистической оппозиции. Список использованной литературы 1. Г.В. Голосов «Поведение избирателей в России: теоретические перспективы и результаты региональных выборов». Полис, № 4, 1997. 2. Н.П. Пищулин «Политическое лидерство и электоральный процесс». Полис, № 6, 1998. 3. В.А. Кузнецов, Е.Ю. Мелешкина «Электорат провинциальной России (По материалам Самарской области)». Полис, № 5, 1999. 4. Р.М. Бикметов «Избирательный процесс, власть и оппозиция в Ульяновской области». Полис, № 7, 1999.

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconРеферат по дисциплине политология по теме «Политические конфликты и методы их урегулирования»

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconТема Политология как наука и учебная дисциплина. 1-5 3
Политология это наука о политической власти и управлении, о закономерностях развития политических отношений и процессов, функционирования...

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconРеферат По дисциплине: «Политология»

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconРеферат по дисциплине «Политология»

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconРеферат На тему: Формы государственного устройства По дисциплине: «Политология»

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconСущность и механизм поведения олигополистических структур в условиях...
Особенности олигополии в краткосрочном и долгосрочном периодах. Модели олигополистического поведения фирмы

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconРеферат скачан с сайта allreferat wow ua Занимательная политология...

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconКурсовая работа по дисциплине: Экономическая география России по...

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconКонтрольная работа по дисциплине «Политология»

Реферат по дисциплине политология по теме «Особенности электорального поведения в России» iconРеферат по предмету: «Управление персоналом» По теме: «Мотивация...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<