Проблема времени в современной науке




Скачать 474.35 Kb.
НазваниеПроблема времени в современной науке
страница2/5
Дата публикации24.02.2013
Размер474.35 Kb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Химия > Документы
1   2   3   4   5
всегда неверны и двусмысленны; как Протей художественной отчеканки, они непрерывно измен­чивы.

Общеобязательны и основны для картины научной реальности эмпирические понятия – эмпирические факты и такие же обоб­щения2. Они строят научное мироздание, «Природу» ученых XVIII столетия.

Эмпирические понятия резко отличаются от обычных поня­тий, от понятий философии в частности, тем, что они в науке непрерывно подвергаются не только логическому анализу как словá, но и реальному анализу опытом и наблюдением как телá реальности.

Слова, такой реальности отвечающие, в словах изреченный научный факт и фактам отвечающая научная мысль – научное понятие, всегда подвергаются не только логическому анализу на­шего мыслительного аппарата, неизбежно проникнутого лич­ностью, – они одновременно подвергаются в течение поколений, непрерывно опыту и наблюдению; ими, а не одной логикой исправляются; при этом в опыте и в наблюдении стирается прояв­ление индивидуальности, личности.

«Мысль изреченная есть ложь» в великом образе в стихотво­рении «Silentium» сказал Федор Иванович Тютчев. В науке мысль, выраженная в изречении, непрерывно соприкасается – реальным научным трудом – со своим исходом, с землей–матерью, говоря образно, с тем, от чего она отнята в момент, когда она рассматривается только как изречение.

Верный и глубокий образ Тютчева к научной мысли не отно­сится. Изречение ее не всю охватывает. Динамически опыт и на­блюдение непрерывно восстанавливают ее связь с реальностью.

Эта особенность эмпирического понятия есть такое же логи­ческое следствие признания реальности мира, как общеобязатель­ность научных выводов.

В этом, основном ее свойстве заключается отличие научной мысли от всякой другой – философской в том числе.

13. В какую же часть научного мировоззрения попадет науч­ное понятие времени? Является ли оно частью сменяющегося и преходящего построения научных моделей, гипотез, теорий? Или же оно является частью реальности мира в научном ее понима­нии, одним из основных эмпирических обобщений, на которых строится все наше научное знание?

Мне кажется, здесь сомнений быть не может: понятие времени есть одно из основных научных эмпирических обобщений. Если оно и не было открыто научным мышлением, оно в течение не­скольких тысяч лет проверяется и обрабатывается научным опы­том, наблюдением, научной мыслительной работой.

На опыте и на наблюдении оно основано, и во всяком эмпи­рическом факте и обобщении мы прямо или косвенно с ним, так же как с пространством, сталкиваемся.

На этом научная мысль стоит незыблемо, хотя в ходе ее ис­тории представление о времени резко меняется, прежде всего под влиянием философской и религиозной мысли.
^ 3. ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ

В ПОНИМАНИИ НЬЮТОНА И В НАУКЕ XVIII – XIX ВВ.
14. Научное представление о времени, царившее в эпоху эл­линской научной мысли, было потеряно в нашем центре цивили­зации в начале второй половины первого тысячелетия нашей эры. Оно было заменено более далеким от научной реальности ложным построением. Последнее проявление более правильных представлений, правда неполное, известно в христианской среде в VI столетии у Иоанна Филопона, теолога, ученого и философа, стоявшего вне господствующей церкви.

Две черты, позже потерянные или ослабленные, характерны для эллинской науки: во-первых, ясное представление о времени физическом или математическом как мере движения; во-вторых, убеждение в безграничности времени.

С торжеством христианства эти представления исчезли или ослабли в нашем центре цивилизации.

В ослабленной степени они держались некоторое время в те века, когда научная работа еще шла в нашем центре цивилиза­ции, в мусульманской среде, так как мусульманская религиозная мысль не приняла как догму древнееврейского представления о кратковременности научной реальности, окружающей нас приро­ды, о близости конца мира.

В своеобразной форме древние эллинские представления о без­граничности мира сохранялись в идеях о бессмертии личности и вечности мира, но не мира, о котором говорят ученые, не той реальности, «природы», которая единственно является объектом изучения науки. Конца этого мира, этой реальности ждали, к нему готовились столетия. Больше полутора тысяч лет науч­ная работа в нашем центре цивилизации шла в среде, с часу на час иногда ожидавшей конца той реальности, которая составляет объект изучения науки, в среде, верящей в бренность мира, в близкий конец научного искания.

Вплоть до середины прошлого века наука вынуждена была реально считаться с представлением о времени, отвечающим об­ласти ее изучения, равным немногим тысячелетиям.

Это принимал Ньютон, и это пытался научно сделать понят­ным Эйлер через поколение после него, опираясь на быстроту размножения организмов, на чрезвычайную геохимическую энер­гию жизни3.

В сущности, вплоть до середины XIX в. Европейско-американ­ская научная мысль вращалась в чуждой и во враждебной ей обстановке понимания длительности реальности, объекта своего изучения.

В эти века правильное представление о длительности реаль­ности было живо в философски и религиозно мощной среде ин­дийского культурного центра. Но здесь глубокая работа фило­софской мысли, ее господство заглушили к этим столетиям науч­ное творчество.

Рост геологических наук, сложившихся в первой половине XIX в., и на фоне их новое научное построение явлений жизни, приведшее к эволюционному пониманию ее форм, положили ко­нец исторически создавшемуся тяжелому для науки положению, ярко проявившемуся в глубоком трагизме, в каком пришлось жить многим поколениям ученых и бороться с религией и с фи­лософией за свободу научного искания, за истину в научном ее выражении.

Научная мысль расчистила поле своей работы, вернулась к исходным достижениям эллинской науки, быстро двинулась даль­ше, когда геологические науки в XIX в. заставили и религию и философию силой логики и жизненных приложений склониться перед научным фактом и переделать свои построения.

15. Эллинская обстановка для научной работы о времени воз­родилась в науке в XVI – XVII столетиях. Длительность – без­граничность времени была ярко выражена в натурфилософских концепциях Джордано Бруно, проникших в науку, а понимание времени как меры движения было вновь в неизвестном для древ­ности совершенстве введено в науку Галилео Галилеем (1581 – 1591).

Он реально впервые ввел время в научное миропонимание как великую координирующую научную мысль силу в выявленных им математически законах движения.

Это галилеево представление о времени независимо от того, какое царило позже в науке XIX в., оно самодовлеюще. Отдель­ные умы держались его и в течение прошлого столетия, оставаясь в стороне от господствующих представлений. Так, его придержи­вался и в мышлении, и в преподавании в Казанском университе­те в первой половине XIX столетия Николай Иванович Лобачев­ский. В записях его лекций сохранилось его определение време­ни: «Движение одного тела, принимаемое за известное для срав­нения с другим, называется временем».

16. Через столетие после Галилея Исаак Ньютон ввел то по­нимание времени, которое наложило печать на всю научную мысль и научную работу вплоть до наших дней.

В 1686 г. кембриджский профессор И. Ньютон определил вре­мя следующим образом: «Абсолютное, настоящее и математиче­ское время само по себе и по своей природе равномерно течет безотносительно ко всему окружающему».

В этом определении ясно для современников (что мы сейчас можем точно исторически выявить) отразились два искания жиз­ненной правды, глубочайшим образом охватившие его великую личность. Он стремился выразить время так, чтобы можно было точно вычислять и научно представлять систему мира и выра­зить время Галилея в форме, отвечающей духовному началу мира, сознанием существования которого была охвачена вся жизнь Ньютона. Ибо он сознательно провел всю свою жизнь в искании Правды, а для него ею не была только научная истина. Он был не только великим ученым, но и ученым теологом. В его научных концепциях ярко отразилось его религиозное сознание в рационалистическом его выражении.

Для Ньютона абсолютное время и абсолютное пространство были атрибутами, непосредственным проявлением Бога, духовного начала мира. Это ярко проявилось и в его переписке с Ричардом Бентлеем в конце XVII в., и в начавшемся в 1715 г. публичном споре, охватившем в первой половине XVIII в. европейскую мысль, между близким Ньютону математиком–теологом Самуилом Кларком, отвечавшим Лейбницу вместо Ньютона, и Готфридом Лейбницем, обвинявшим [ньютоновское] направление и понима­ние мира Ньютоном и его последователями в атеизме.

Сейчас научно выявилась историческая сложная структура теории всемирного тяготения, включающей как неразрывную часть новое для человечества ньютоново понимание времени. Она сложилась из трех элементов: 1) из научных эмпирических обоб­щений и фактов, в том числе галилеева понимания времени как меры движения, 2) из логически глубоко продуманного представ­ления о едином Боге-творце, отвечавшем пониманию наиболее свободных протестантских сект, близких к арианству, и 3) из ре­лигиозно–философских идей кембриджских платоников, в том числе близкого Ньютону Генри Мора.

17. К середине XVIII в., через несколько десятков лет, нью­тоново представление об абсолютном времени, в котором развер­тываются явления, изучаемые наукой, прочно и надолго овладело наукой.

С этой поры время исчезло как предмет научного изучения, ибо оно было поставлено вне явлений, понималось как абсо­лютное.

Представление Ньютона победило в науке благодаря небыва­лым раньше в ее истории достижениям, тесно связанным с пост­роениями Ньютона об абсолютном времени и о таком же про­странстве4. Впервые была выражена система мира, до конца вы­числяемая. Создана была новая наука — механика, научное по­строение не меньшего порядка, чем система мира. На фоне идей Ньютона, впервые после успехов эллинской мысли, через тысяче­летия после создания геометрии, вновь сложилась равная геомет­рии по глубине проникновения в реальность наука о движении – механика – величайшее создание человеческого гения, неразрыв­но связанная с идеей времени.

И для нее в 1747 г. Леонард Эйлер принял абсолютное время. И для Эйлера это принятие связано было с его пониманием ду­ховного начала мира.
^ 4. СОЗДАНИЕ НОВОГО ПОНИМАНИЯ ВРЕМЕНИ,

ПОНЯТИЯ ПРОСТРАНСТВА-ВРЕМЕНИ
18. Новое представление о времени входит в науку на смену понятия, созданного Ньютоном, только в нашем столетии.

Это понятие о едином и неразделимом пространстве-времени. С ним стали считаться только в 1905 – 1911 гг. на почве теории относительности Альберта Эйнштейна. Но это историческая слу­чайность. Само понятие о пространстве–времени независимо от теории относительности. Оно возникло, зародилось и даже полу­чило свое обоснование вне теории относительности, раньше нее. Пространство–время теории относительности есть одно из многих пониманий пространства-времени.

19. Понятие пространства-времени было в общей форме впервые ярко и определенно обосновано глубоким и оригинальным венгерским философом, одно время профессором физики в Буда­пеште, Мельхиором Паладием (М. Palágyi), умершим в 1924 г. Оно стало известным в 1901 г., когда Палади опубликовал на не­мецком языке в Лейпциге отдельной книжкой небольшой, но очень глубокий, замечательный трактат «Новая теория про­странства и времени», недавно перепечатанный.

Я не могу здесь излагать ни теории Паладия, ни других пред­ставлений о пространстве и времени. Моя задача заключается в том, чтобы наметить совершившийся и совершающийся переворот мысли и сделать ясными основные, вытекающие из этого перево­рота следствия и новые направления научного понимания реаль­ности.

Книжка Паладия прошла незамеченной. В 1908 г. в связи с теорией относительности бреславльский профессор Герман Минковский в произведшей огромное впечатление речи на съезде математиков в Кельне поставил новое понятие об едином, неде­лимом пространстве–времени и о времени, как четвертом измере­нии пространства о пространственно-временной непрерывности – ярко и определенно перед мыслящим человечеством, как начало нового понимания мира. Оно было сейчас же воспринято Эйн­штейном.

20. Мы видим уже сейчас, а в дальнейшем история науки вы­яснит это еще яснее, что к идее о реальном едином, нераздели­мом пространстве-времени подходят давно, и уже со времен Ньютона отдельные мыслители с этим представлением считались в своей мысли и в своей научной работе в течение XVIII и XIX столетий.

Вместе с тем, в полном согласии с этим представлением и в противоречии с абсолютным пространством и с абсолютным вре­менем Ньютона, понимание в науке реального физического вре­мени и особенно реального физического пространства в текущей научной работе претерпело такие глубокие изменения, что к XX в., когда происходит вхождение в науку нового представле­ния на смену ньютонову, почва оказалась чрезвычайно подготов­ленной. Это часто несознаваемое изменение – подземная работа мысли – началось еще при жизни Ньютона и получило мощное движение со второй половины XIX в.

21. На неразделимость пространства-времени указывал как на возможное представление мимоходом, не развивая идеи, Джон Локк в своих работах, которые изучаются и читаются непрерыв­но до сих пор с конца XVII в. всяким вступающим в философ­скую мысль. Мы увидим позже, что Локк же является родона­чальником нашего современного философского анализа времени. Мы должны поэтому считать, что при тщательном и вниматель­ном чтении сочинений Локка, которым они подвергались в реаль­ной беспрерывно возрождающейся философской эрудиции, его мимоходные мысли не могли быть незамечаемыми, должны были влиять. Тем более что ряд новых, живых философских построе­ний конца XIX – начала XX в., создающих любопытные построе­ния времени, произошли от Локка, к нему ведут мысль, связаны с его изучением (например, философия Альфреда Норе Уайтхеда).

От эпохи творения механики, от 1754 г., сохранилось указа­ние одного из видных участников ее создания, Жана Ларона д'Аламбера о том, что один из его друзей – он его не называет – указывал ему на возможность в механике принять время как четвертую координату пространства – то, что сделал в XX в. Минковский. Несколько позже, в XVIII же веке, другой, еще более крупный математик и механик, младший современник д'Аламбера, Жозеф Люи Лагранж, высказал эту мысль ясно и определенно. Идея Лагранжа никогда не забывалась не только в среде математиков, но и в среде философов. В 1846 г. в философских парадоксах д-ра Мизеса оригинальный, глубокий фило­соф и ученый Густав-Теодор Фехнер образно пытался предста­вить мир, чуждый ньютонову пониманию времени, возможный в таком четырехмерном пространстве. Более глубоко в конце сто­летия это выразил историк науки и психолог Людвиг Ланге, под­ходил к этому Эрнст Мах.

Почва была: она дала всходы в концепциях Паладия, Эйн­штейна, Минковского.

22. И Палади и Минковский ясно понимали производимый ими величайший переворот в человеческом сознании, в нашем понимании реальности.

Сейчас нам важно не конкретное содержание понятия про­странства–времени, резко различного у Паладия и Эйнштейна, но само вхождение в научную мысль новой концепции времени, производимое этим коренное изменение основной картины научно построяемого Космоса, всей научной мысли.

Прежде всего пространство-время становится объектом науч­ного исследования наравне со всем остальным содержимым ре­альности. Какую именно форму надо придать пространству-вре­мени – именно это должна сейчас выяснить наука. Это новая и важнейшая ее проблема. Мы возвращаемся, их развивая, к доньютоновским построениям – к Галилею и к другому великому представителю науки XVII в. – Христиану Гюйгенсу.

Стало конкретной научной задачей то, что больше 150 лет стояло вне рамок научной мысли.

Не менее важно и другое следствие. Очевидно, раз простран­ство и время являются частями, проявлениями и разными сторонами одного и того же неделимого целого, то нельзя делать научные выводы о времени, не обращая внимания на простран­ство. И обратно: все, что отражается в пространстве, отражается так или иначе во времени.

И, наконец, третье, в науке впервые научно прочно стал во­прос, охватывает ли пространство-время всю научную реаль­ность? Или могут быть научно охвачены и есть явления вне вре­мени и вне пространства?

В квантах мы имеем, мне кажется, дело с такого рода науч­ными представлениями.
^ 5. ИЗМЕНЕНИЕ РЕАЛЬНОГО ПОНИМАНИЯ ПРОСТРАНСТВА

ДО СОЗДАНИЯ ПОНЯТИЯ ПРОСТРАНСТВА-ВРЕМЕНИ
23. Сейчас, когда научная критическая мысль подошла вплотную к основной идее системы мира Ньютона, к абсолют­ному пространству и к абсолютному времени, мы видим, что в науке реальное физическое пространство давно уже не является абсолютным.

За 244 года оно претерпело коренное изменение.

Научная мысль в своей текущей работе по мере нужды вно­сила в реальное понимание пространства глубочайшие измене­ния, не считаясь с тем, насколько это понимание логически стройно, насколько оно совместимо с абсолютным пространством.

Эти изменения были произведены одновременно по двум не­пререкаемым путям научной мысли, перед которыми все и всё должны склоняться как перед научной истиной – ростом мате­матической мысли, менявшей пространство древней геометрии, единственное известное Ньютону, и ростом эмпирического зна­ния, коренным образом перерабатывавшим физическое простран­ство.

24. Ньютон в основу понимания природы положил абстракт­ное пространство геометра, характеризуемое в этом аспекте в конце концов
1   2   3   4   5

Похожие:

Проблема времени в современной науке iconШкола, которая воспитывает лидеров в современной украинской науке
Целью этого проекта является создание эффективной методики преподавания для воспитания молодых лидеров в науке людей с инновационным...

Проблема времени в современной науке icon«ситуация постмодерна» в исторической науке: проблема восприятия научным сообществом
Такая трактовка спровоцировала рост интереса к проблемам классической философии истории. Однако, «постмодернистский историографический...

Проблема времени в современной науке iconИ. А. Хасанов. Время: природа, равномерность, измерение. М.: Прогресс-традиция, 2001
Проблема измерения времени в контексте развития представлений о времени в истории философской мысли

Проблема времени в современной науке icon1. Понятия «потенциал» и «занятость» в современной науке
Оценка потенциала занятости представителей социально-незащищенных категорий населения

Проблема времени в современной науке iconПроблема времени руководителя. Каковы наиболее часто встречающиеся...
В этом вопросе очень полезно прислушаться к мнению членов Совета и коллег

Проблема времени в современной науке iconН. Шухова Организация времени
За три года работы с детьми этого возраста я убедилась, что проблема организации времени теперь актуальна не только для взрослых,...

Проблема времени в современной науке iconИнформатизация как актуальная проблема развития системы высшего профессионального...
Албегова, И. Ф. Информатизация как актуальная проблема развития системы высшего профессионального образования в современной России...

Проблема времени в современной науке iconБагров Г. Г. Темпоральная модель культурно-исторической памяти
Таким образом, для корректного использования понятия времени, для отображения точной семантики связи культурно-исторической памяти...

Проблема времени в современной науке iconПроблема синестезии в эстетике галеев Б. М
В методологическом основании подобной беспомощности лежит прежде всего разобщенность знания, узкая специализация в самой науке, претендующей...

Проблема времени в современной науке iconИ временные риски современной цивилизации
Помимо этого приведена классификация смежных понятий и перспективы влияния расматриваемого понятия на прохождение кризисов современной...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<