Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного




НазваниеЭ. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного
страница5/50
Дата публикации07.03.2013
Размер5.37 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   50


Маркс и Энгельс уже в своих ранних произведениях тщательно проанализировали проблему возникновения сознания ("духа"), и противопоставление их понимания, сложившегося уже к 1845 году, – гегелевской концепции дает возможность довольно четко очертить материалистический вариант диалектики возникновения и развития сознания – той проблематики, которая рассматривалась Гегелем в "Феноменологии" и в "Философии духа".

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

^ 6. СЛОВО И АБСТРАКЦИЯ, КАК ФОРМА СОЗНАНИЯ

"Феноменология духа", как известно, начинается с анализа "непосредственного знания", "чувственной достоверности". Гегель тщательно показывает диалектическое противоречие простейшего акта познания, простого перевода образа созерцания в словесное выражение, в словесное бытие, в высказывание. Слово, речь, язык, высказывание – это действительно первая общественная форма, в которую отливается индивидуальное восприятие, первая общественная форма духовного усвоения мира человеком.

Здесь сразу же сказывается, что богатство индивидуально воспринимаемого образа находится в обратном отношении к реальному общественному значению слова. Слова "это" и "здесь", непосредственно выражающие (точнее – обозначающие) неповторимую конкретную вещь, явления, – оказываются с точки зрения их реального общественного содержания настолько пустыми, настолько незаполненными определенным содержанием, что под них можно подвести абсолютно любую чувственно-данную вещь.

Гегель констатирует здесь вполне реальное противоречие простейшего познавательного акта, совершаемого общественным индивидом. Индивидуальное сознание, сознание единичного человека, интересует Гегеля лишь постольку и ровно постольку, поскольку через его познавательную деятельность реализуется процесс общественного духовного усвоения мира. Наименование, слово, высказывание – действительно представляют собой первый фильтр, сквозь который процеживается индивидуально-неповторимое содержание восприятия в превращении в общественно осознанное содержание. Все то в моем индивидуальном восприятии, что не поддается выражению в слове, остается моим сугубо личным достоянием, и не входит в сокровищницу общественного сознания. Иначе говоря, оно остается вне сферы процесса общественного сознания, познания, не обретает никакого отношения к нему.

Но одновременно все то, что Я не могу выразить в форме речи, высказать в форме, понятной другому, Я и сам не осознаю в качестве общественного индивида, в качестве человека. Все это не входит и в содержание моего Я как общественного Я.

Этот момент гегелевского анализа Маркс и Энгельс расценили как глубоко рациональный. "Сознание... с самого начала есть общественный продукт и остается им, пока вообще существуют люди". Сознание не выражающееся в речи, и не есть сознание. Первой общественной реальностью сознания является именно язык, речь. "...Язык есть практическое, существующее и для других людей и лишь тем самым существующее также и для меня самого (курсив мой. – Э.И.), действительное сознание...".*

* К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч., т.3, с.29. 2-е изд.

"Осознать" и выразить для себя самого, а следовательно, и для других, в общественно развитых формах, в формах общественного сознания, – это и с точки зрения Маркса и Энгельса одно и то же.

(Мы не касаемся здесь вопроса о том, что слова языка не есть единственная первичная форма общественного сознания, что общественно сознавать человек может и в формах эстетического отражения, например. Язык слов важен для нашей темы именно потому, что именно он является предпосылкой логического, теоретического мышления, и одновременно элементарной формой, в которой совершается процесс теоретического освоения действительности).

Итак, Гегель исходит в "Феноменологии духа" из того реального факта, который полностью оценен и основоположниками диалектического материализма, – из того факта, что речь, язык есть первая реальность общественного сознания и что общественно осознать=суметь выразить (хотя бы "про себя") созерцаемый факт в речи.

Перевести образ чувственно созерцаемой или чувственно представляемой вещи, явления, факта, события в форму речи, в форму высказывания – это и значит довести до своего собственного сознания этот факт, это явление, это событие, эту вещь. Неважно, конечно, произношу ли я вслух или "про себя" соответствующие слова. Важно то, что я в образе созерцания и представления активно выявляю, выделяю, отвлекаю те его черты, которые принципиально поддаются передаче с помощью слов, наименований и могут быть в случае нужды высказаны другому. Язык, словарный запас, прежде всего, есть та форма, в которой и посредством которой человек получает возможность отражать мир в качестве общественного человека, общественно осознавать его, отражать мир вещей и явлений с точки зрения общественного человека, а не с точки зрения биологически-антропологической.

Усваивая способность говорить и понимать речь, усваивая слова родного языка и формы обращения с ними, индивид в самом акте отражения начинает вести себя как общественно определенный индивид. Более того, он начинает вести себя так и в акте непосредственно чувственного познания. Он научается в самом акте созерцания, в самом акте выработки чувственного представления улавливать в воспринимаемом его органами чувств объекте прежде всего те его черты, стороны, качества, отношения и т.д., которые уже получили свое общепринятое обозначение, научается концентрировать свое внимание прежде всего на тех сторонах окружающей его действительности, осознание которых важно и интересно – так как необходимо – с точки зрения того общественно производящего свою жизнь коллектива, к которому индивид принадлежит.

В этом и заключена тайна феномена сознания как специфически человеческой – общественной – способности. Индивид, приобщаясь через язык к общественной реальности сознания, в самом акте отражения как бы раздваивается. С одной стороны он имеет перед собой чувственно данный ему мир вещей, а с другой – систему форм общественного выражения этого чувственно данного мира, общественно осознанный мир, духовно усвоенный мир.

Задача человеческого осознания мира тем самым приобретает сложный, неведомый животному характер. Сфера общественного сознания, идеальный мир противостоит индивиду как особая реальность, с которой он должен считаться как с чем-то вполне независимым от его произвола и капризов. Слова, из которых соткан этот идеальный мир, имеют значение, совершенно от его произвола независимое. Чтобы осознать явление, индивид вынужден целенаправленно подобрать в арсенале словарного запаса строго соответствующие слова, чтобы с их помощью довести до своего собственного общественно значимого сознания чувственно-предлежащую реальность.

Но выразить чувственно-данное явление в речи – это значит, хочет того или не хочет индивид, сознает он то или нет, – произвести абстракцию, придать явлению абстрактное выражение.

Абстрактно поэтому вообще всякое сознание. Осознать, довести до сознания чувственно-данный факт – это значит волей-неволей произвести абстракцию. Сознание абстрактно уже потому, что оно органически сращено с речью, словом. А слово способно выражать только "общее", только повторяющееся. Для единожды случившегося, для абсолютно неповторимого индивид попросту не найдет в арсенале словарного запаса соответствующего наименования. Если он его придумает сам, его никто не поймет.

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

Библиотека Фонда содействия развитию психической культуры (Киев)

<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>

^ 7. МЕХАНИЗМ СОЗНАНИЯ И АБСТРАКЦИЯ

Сознательное отношение субъекта к окружающему его миру – в отличие от условно-рефлекторной, бессознательной формы его отражения мозгом животного – можно образно представить наподобие того, что и как делает художник-портретист.

Живописец, как известно, ставит перед собой и модель, и холст на подрамнике, а затем начинает целенаправленно приводить изображение на холсте – к сходству, к соответствию с моделью. Портрет или пейзаж, возникающий на холсте, есть отражение, образ модели. Но это отражение – как и сама модель – находится вне художника, как предмет и продукт его деятельности. Сам он – как субъект деятельности – сравнивает изображение с моделью со стороны, с третьей позиции. И предмет изображения, и изображение предмета противостоят ему как два вне его находящихся предмета, сравнимые между собой.

Механизм человеческого сознания целиком подобен этому отношению. И это – не аналогия: художественное отражение есть одна из форм сознательного отражения, его характерный вид.

В форме речи человек точно так же противополагает самому себе свое собственное сознание, переводит на экран общественного сознания индивидуально воспринятые им впечатления. Выраженные в речи, индивидуальные впечатления приобретают такую форму, в какой они становятся сравнимы с предметом. На этой основе и становится возможной неведомая животному способность критического отношения к собственным впечатлениям.

У животного этого нет – оно безотчетно сливается с образом вещи, явления, события, отпечатавшемся в его мозгу, в его отражательном аппарате, в системе условных рефлексов.

Посмотреть на самого себя со стороны – приобрести самосознание животное поэтому и не может. У него нет средства, с помощью которого оно могло бы взглянуть на самого себя со стороны, с точки зрения более высокой, нежели индивидуальная.

Человек же отличает себя от впечатления, которое произвел на него предмет, факт, событие, – противополагает это впечатление самому себе, ставит его перед собой и проверяет – соответствует ли оно предмету на самом деле?

Это и значит, что человек создает представление о вещи. На многих языках "представление" и означает нечто, поставленное перед собой, представленное.

Сознавая вещь (событие, факт, вообще всякую вне субъекта находящуюся реальность), человек вырабатывает представление о ней, – и этот акт, акт выработки сознательного представления, заключает в себе всю тайну сознания.

Недаром вся философия Фихте и Шеллинга отправлялась от проблемы представления как от самой загадочной и необъяснимой с точки зрения созерцательно-метафизической теории отражения вещи.

Нетрудно понять, указывали и Фихте и Шеллинг, что предмет может отпечатлеть свой образ в другом предмете, – в частности в человеческом мозгу. Трудно понять другое – как и почему человеческий мозг приобретает способность различить себя от этого образа, противопоставить его самому себе и тем самым обрести сразу и сознание предмета, и сознание самого себя, образ своего собственного действия – "самосознание".

Сложный механизм, образующий сознание, способность представления, – это самая сложная реальность, с которой имеет дело человек. Сознание есть действительно высший и сложнейший продукт природного и общественного развития, и неудивительно, что понять его рационально, без мистики удалось лишь на очень высокой ступени развития науки и философии.

Как, в силу какой необходимости возникло и развилось сознание этого не смогли, как известно, понять ни Фихте, ни Шеллинг, ни Гегель, – это вообще возможно сделать только на почве материализма, и не всякого, а только диалектического.

Но они своими трудами подготовили торжество материализма и в данном вопросе прежде всего тем, что описали очень скрупулезно и точно факты, касающиеся диалектики возникновения и развития сознания.

Человек как субъект отражательной деятельности (а не просто как объект внешних воздействий, пассивно воспринимающий впечатления и действия извне) и на самом деле ведет себя в акте осознавания так, как это описывает "Феноменология духа". Осознавая чувственные впечатления, он не просто страдательно и пассивно их испытывает в себе, не просто "переживает" некоторое изменение внутри себя. Он их осознает – то есть совершает по отношению к ним особого рода деятельность.

В ощущении человек всецело пассивен, всецело определен со стороны предмета, воздействующего на его органы чувств. Но в акте осознания этих ощущений – он по существу активен, он производит идеальное действие – он целенаправленно сосредоточивает внимание на одних ощущениях и "не обращает внимания" на другие, отличает важное от неважного, существенное – от несущественного и таким образом вырабатывает сознание, представление о вещи, чувственно-данной ему через органы чувств.

Но уже сама способность сосредоточивать внимание на определенных сторонах действительности, способность активно рассматривать факты, то есть отражать их по-человечески, – органически сращена с речью, со способностью выражать впечатления в слове. Без слова, без речи невозможно само сознание, как особого рода деятельность субъекта. Слова (а следовательно, и абстракция) поэтому и оказываются подлинным опосредствующим звеном между неосознанным – и осознанным, – той призмой, преломляясь сквозь которую, чувственные впечатления (физиологически совершенно одни и те же у человека, что и у животного) превращаются в осознанные чувственные впечатления, в представления.

Для того чтобы осознать чувственно-данные факты, человек вынужден активно и целенаправленно рассматривать их, должен активно и целенаправленно подбирать в словарном запасе родного языка соответствующие слова или, наоборот, в фактах активно подмечать такие стороны, которые имеют уже соответствующие наименования, "подводятся" под известные понятия, категории.

Этим и отличается процесс отражения, происходящий в голове человека – от процесса отражения, свойственного животному, – своим сознательным характером.

А вовсе не тем, что человек способен производить абстракции, а животное – нет.

Бессознательные абстракции производит, не осознавая того, и животное. Условный рефлекс представляет собой абстракцию чистейшей воды, – он тоже фиксирует только неоднократно повторяющееся, только "общее". Это обстоятельство, как известно, резко и категорически подчеркивал Энгельс,* а И.П.Павлов показал как экспериментально констатируемый факт.

* К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч., т. 14, с. 43О. "Нам общи с животными все виды рассудочной деятельности: индукция, дедукция, следовательно также абстракция (родовое понятие четвероногих и двуногих)...".

Так что абстракция сама по себе, абстракция как таковая вовсе не представляет собой чего-либо специфического для человека.

Как таковая, абстракция – это попросту отражение "общего", неоднократно повторившегося факта, явления, отношения между вещами и т.д. и т.п. в мозгу – в системе условных рефлексов, в первой или во второй сигнальной системе – безразлично.

Больше ничего об абстракции как о таковой сказать нельзя – это вообще очень несложная с философской точки зрения вещь (хотя и очень сложная с точки зрения физиологии).

В физиологии она как таковая и может подвергаться очень детальному анализу. Как сложную реальность ее может рассматривать и психология. Но в логике способность фиксировать "обще", неоднократно повторяющееся, то есть производить абстракцию как таковую, – рассматривать было бы нелепо – это вообще не предмет логики как науки.

В логике рассматривается не просто абстракция, а сознательно производимая абстракция. Сознательное же отношение к абстракции предполагает, как мы уже выяснили, что сама абстракция делается предметом особого рода деятельности.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   50

Похожие:

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconЭвальд Васильевич Ильенков Диалектика абстрактного и конкретного в научно-теоретическом мышлении
«Э. В. Ильенков. Диалектика абстрактного и конкретного в научно-теоретическом мышлении»: «Российская политическая энциклопедия» (росспэн);...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного icon: 74 диалектика абстрактного и конкретного в образовании научных понятий
Охватывает только этап научно-теоретического исследования. Так, например, В. С. Швырев пишет, что "процесс восхождения от абстрактного...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconВзаимосвязь абстрактного и конкретного в донаучном и научном уровнях мышления
Я многих специалистов. Но несмотря на достигнутые результаты, некоторые ее аспекты разработаны еще недостаточно полно. К их числу...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconФ орма стоимости как овеществленная форма абстрактного труда
Приняв форму своей противоположности, абстрактного труда, конкретный труд частных производителей докатывает свою принадлежность к...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconПонимание абстрактного и конкретного в диалектике и формальной логике
Термины «абстрактное» и«конкретное» употребляются и в разговорном языке и в специальной литературе весьма неоднозначно. Так, говорят...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного icon«Методика выделения существенных признаков»
Цель: методика используется для исследования особенностей мышления, способности дифференциации существенных признаков предметов или...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconНиспровержение субъекта и диалектика желания в бессознательном у фрейда
Настоящий текст представляет собой запись доклада, произнесенного на состоявшейся в Руомоне 19—23 сентября I960 года по инициативе...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconРеферат скачан с сайта allreferat wow ua Н. Бердяев о человеке ("Экзистенциальная...
Н. Бердяев о человеке ("Экзистенциальная диалектика божественного и чело-веческого")

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconЧто такое диалектика? Вопросы философии. 1995. №1. С. 118-138
С другой стороны, в ходе развернувшейся на страницах печати критики нашего недавнего прошлого, диалектика во всех ее вариантах нередко...

Э. В. Ильенков диалектика абстрактного и конкретного iconКонтрольная работа по курсу «философия» Диалектика количественных...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<