«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3




Название«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3
страница9/31
Дата публикации27.02.2013
Размер4.09 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > История > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   31

^ МЕСТЬ ГАРПАГА, ПОВЕЛИТЕЛЯ ВОИНСТВА
Никогда еще Пастух персов не чувствовал такой гордости, как на рассвете, на большой северной дороге, выходившей в нисайские степи. Когда на небе исчезли последние звезды, шестьдесят сотен его асваранцев стояли у поводьев своих скакунов, повернувшись в сторону восходящего солнца. Тускло мерцали шлемы на их гордо поднятых головах, серебряные эмблемы на щитах и нашитые на одеждах металлические пластины. Увидев показавшийся краешек восходящего солнца, они хором вознесли молитву, чтобы дана была им сила и чтобы, как солнце разгоняет тьму, смогли они прогнать зло со своей земли. Как только флейты весело заиграли, они вскочили в седла и повернулись к темному скоплению врагов, неподвижно замершему на дороге между рекой и горным хребтом.

Ударами колен Кир направил вперед своего белого жеребца, бросив воинов Трех племен против войска мидян. Он все время подгонял лошадь, стараясь скакать впереди сотников. Не доставая луки из колчанов, воины поспешили за ним. В тот момент Киру хотелось громко кричать от радости. Неутомимые кони перешли в галоп, и вся масса понеслась в сторону нахальных знамен мидян и шеренг пеших воинов, невозмутимо ждавших за стеной огромных щитов и сомкнутых колючих рядов копий.
* * *
На заходе Кир покачивался в седле, вцепившись в чепрак. Раны, словно огнем, жгли его тело. Потемневший от пота конь спотыкался даже на ровной дороге. Вокруг, помогая ему удержаться в седле, молча теснились его воины. Справа от них садилось солнце, а позади оставалось поле битвы — трофей, доставшийся мидянам.

У Кира остались лишь обрывистые воспоминания о дне сражения: о свисте стрел вокруг, струившейся крови с боевых топоров, рубивших по лошадиным головам, и о стене кожаных щитов, стоявшей перед ним неколебимо, будто каменная. Когда верхний край солнца коснулся земли, Кир постарался выпрямиться и ясным голосом выкрикнул:

— Мы встретим их у ворот Парсагард! Погоним их с нашей родной земли, как сегодня они прогнали нас!

В ответ из рядов всадников донесся лишь ропот. Солнце скрылось, и темнота прикрывала отход персов. Кир покачнулся от слабости, и те, кто остался в живых из личной сотни, поддержали его за руки. Он заставил себя приступить к планированию обороны долины и города, не имевшего других стен, кроме гор.

Наступление нового дня Кир и его военачальники встретили на горе, наблюдая за колонной мидян, поднимавшейся по склону, словно неторопливая змея, выбиравшая себе дорогу.

Кир знал, что в этом месте он может остаться навсегда. Его силы были уже не те, что в северных степях. Очень немного всадников из отдаленных народов присоединилось к нему после его второго призыва. А ряды Трех племен после поражения поредели.

Старейшие военачальники советовали ему отвести народ на обширные западные равнины, где кочевали даи и стояла цитадель германиев. Персы могли быстро передвигаться со своими стадами. После их ухода мидянам в Парсагардах нечего было бы грабить и жечь.

Но Кир не соглашался. Он помнил, как часто Камбис называл их долину надежным убежищем. Если они уйдут отсюда, то снова превратятся в скитальцев, которым приходится сражаться за пастбища с другими племенами или искать какую либо необитаемую землю. Хотя в то же время Кир понимал, что народ может надеяться лишь на него, но он уже показал, что ничего не смог противопоставить умению Гарпага.

Этот армянин на службе у Астиага знал секрет, как привести возглавляемое им войско к победе. Размышляя об этом, Кир понял, что способ остановить армию мидян есть, хотя отчаянный, но не безнадежный. По крайней мере, он без задержки приведет его к смерти или победе.

Он сам обдумывал возникший план, не доверяя его своим полководцам. Им не нужно было его знать, тогда, если он провалится, у них останется выбор действовать по своему усмотрению. Кир укрыл лагерь асваранцев от глаз неприятеля. Лишь несколько верховых дозоров наблюдали за ущельем, где мидийская армия, в своей ленивой манере подойдя ближе, начала располагаться на берегу реки.

Ночью, когда светильники в его палатке горели уже три часа, он вышел к охранникам, стоявшим у входа. Он приказал им тихо разбудить еще несколько человек, чтобы общее их число достигло двух десятков, оставить в лагере щиты и копья, прихватить с собой лишь длинные ножи да ручные топорики и в полной темноте присоединиться к нему.

Когда они собрались все вместе, Кир рассказал, что он собирается сделать. Он хотел пешком привести их в лагерь мидян. Они должны были пробраться мимо часовых, которые будут ожидать главным образом всадников. Под прикрытием темноты два десятка человек, на вид невооруженные, смогут попасть к шатру Гарпага, где стояли флаги армии. Затем, схватив начальника войска мидян, они смогут проложить себе дорогу из лагеря со своим пленником. Лишенная командования методичная мидийская армия не сможет, как считал Кир, вторично одолеть персов. Затем он спросил у этой двадцатки из своей сотни, хотят ли они рискнуть своими жизнями в этом рискованном предприятии.

Они сразу же согласились, но попытались убедить Кира не идти с ними. Тогда он вспомнил, что двоим воинам нужно было занять пост у входа в палатку и создавать видимость, будто Кир спал внутри. А остальных восемнадцать человек он повел по большому кругу мимо часовых персов. Он уже знал, что часовые обычно смотрят в сторону вражеских рядов, и тщательно изучил участок земли между ними и заметным издалека шатром армянского полководца.

Как почти всякий отчаянный план, этот замысел Кира поначалу имел успех. Группка лазутчиков, не выпуская друг друга из виду, проползла мимо часовых, хорошо различимых на фоне ночного неба. Хотя лекари достаточно хорошо поработали над ранами Кира, чтобы он мог передвигаться легко, он быстро ослабел, и очень скоро это стало сказываться. Когда они добрались до воинских кожаных палаток, участники вылазки разделились на группы по три четыре человека и наугад двинулись вперед. Те, у кого были топорики, держали их низко, у самой земли. До рассвета оставался еще добрый час, когда они достигли освещенного шатра вражеского начальника. Перед ним стояло и сидело с полдюжины копьеносцев. Свет был мерцающим, и Кир подумал, что в шатре зажжены факелы, которые им могут пригодиться.

Он сам возглавил стремительную атаку, уничтожившую охрану, и ворвался внутрь, отбросив занавески. Огромный шатер оказался разделен на отсеки. В одном из них между двумя факелами стоял разбуженный Гарпаг. Персы бросились к нему, но из за занавесок выскочили вооруженные мечами люди. Лазутчики вступили в бой с неожиданно возникшей охраной — забряцало оружие, и послышались крики раненых. Пламя факелов заметалось, почувствовался запах дыма, и в шатре наступила почти полная темнота. Это Гарпаг бросил факелы в скопление сражавшихся людей. Раздался его голос:

— Опустить оружие, идиоты!

От изумления или подчиняясь отрывистой команде, сражавшиеся отступили друг от друга, и в то же мгновение Кир понял, что проиграл. Приемом, таким же быстрым, как нападение змеи, армянин захватил контроль над сражением. А затем неожиданно Гарпаг приказал всем, кроме Кира Ахеменида, удалиться в прихожую. Поскольку все смотрели на него разинув рот, он прорычал:

— У нас перемирие! Шкуру спущу с каждого, кто его нарушит!

Не раньше, чем все воины, мидяне и персы, вышли, Гарпаг позвал своих слуг, и велел принести зажженные светильники и ионийского вина. Через мгновение он отхлебнул из чаши, и на его лице мелькнуло глумливое выражение.

— Теперь запомни, Кир, — проворчал он, — что людей, пришедших из темноты, свет слепит.

Ты надеялся, что я лег спать без внутренней охраны, всегда готовой меня защитить?

У Кира был нож, и он мог бы убить армянина, не прикрытого доспехами. Но это было невозможно, поскольку Гарпаг просил о перемирии. После длительного напряжения Кир почувствовал слабость в ногах. Гарпаг не дал ему ни минуты на размышления. Обращаясь к нему, армянин не употреблял должного титула.

— Ты считал, что я не стану мстить за смерть Вартана, сына моего, чье тело было разделано, словно туша для пира? — Его темные глаза сверкнули. — Кир, я приказал Вартану пойти с тобой, чтобы заботиться и защищать.

Кир нервно бросил на землю нож и рассказал Гарпагу правду о смерти Вартана в степях. Армянин внимательно слушал. Странное ощущение возникло у Кира, будто они снова стояли перед рассветом у светильника евнуха во дворе Экбатаны. То, что началось тогда, по видимому, заканчивалось теперь, и Гарпагу это было известно. Полководец велел Киру сесть и отбросил в сторону пустой серебряный кубок; морщины более резко выделялись на его лице.

— Не думаю, что ты лжешь, — сказал он. — Скажи ка мне вот что. Если бы твой друг с разбитой головой пришел к тебе за помощью, ты бы достал сумку с хирургическими инструментами и провел операцию собственными руками?

— Нет, только медик мог бы это сделать. Армянин беззвучно рассмеялся:

— Но, не имея никакого опыта в военном деле, две недели назад ты возглавил шесть тысяч воинов.

Ты бросил этих асваранцев, самых прекрасных верховых лучников, на моих бесстрашных копьеносцев, к тому же имевших поддержку метателей дротиков. Из за твоего безрассудства скольким женщинам в этом городе приходится оплакивать убитых? Могу назвать число рук, отрезанных от их тел и сваленных в кучу перед моим шатром. Где были луки асваранцев? Куда ты спешил? Ты мог часами, даже днями кружить вокруг моего войска и стрелами сокращать его численность. Как мы могли помешать твоим нисайским скакунам, самым быстрым лошадям, кружить вокруг нас? Могли ли мы спастись от них?

Кир понял, что армянин не стал бы говорить ему этого, если бы рассчитывал, что они снова встретятся как враги на поле брани. А Гарпаг свирепо продолжал:

— Разумеется, Кир, царь Аншана, господин Трех племен, был горд и чувствовал себя героем, когда конь нес его галопом по траве к несчастью. Таким героем, каким может быть лишь слабый человек, думающий лишь о смерти, чтобы получить хоть немного известности. — Сарказм Гарпага напомнил о Вартане. — Должен употребить самые простые слова, чтобы продраться через твою благородную дурость. Командир, ведущий людей к опасности, не может себе позволить утешаться слабостью. Командир должен научиться обманывать, чтобы казаться врагу слабым, когда на самом деле он силен, и казаться сильным, когда в действительности он слаб. Он должен плести паутину из обманов о своих действиях, готовить скрытые измены, воровать вражеские тайны, грабить и не проявлять милосердия, пока не завоюет все, к чему стремился.

Кир ждал, чтобы армянин дошел до сути, скрытой за его словами.

— Ну, язык проглотил? Кем бы ты предпочел быть впредь, прославленным Ахеменидом или мудрым вождем народа?

Кир продолжал ждать.

— Мой царственный Ахеменид, способен ли твой ум постичь тот факт, что вслед за мной, отставая на неделю, идет Астиаг? Нет? Астиаг или не хочет выпускать меня из виду, или желает порадоваться твоему ниспровержению. Ведь ты, отказавшись явиться по вызову, плюнул на его достоинство и показал себя не таким верным царем вассалом, каким был твой отец. Не знаю, что у него на уме, возможно, и то и другое. Он достаточно умен, чтобы содержать под своим знаменем сильное войско персов и опасную гирканскую кавалерию. — Гарпаг задумчиво нахмурился. — У меня есть причины подозревать, что он считает, будто я стал слишком влиятелен в мидийском войске, и хочет получить свою долю триумфа от победы над тобой — иначе он вряд ли оставил бы дворец. И этот триумф станет последней печатью, узаконивающей империю Мидии.

Полузабытый образ возник в голове Кира:

— Значит, золотая вершина великой башни Экбатаны закончена?

Гарпаг удивленно поднял глаза:

— Да. А наверное, ты подумал о пророке маге у ворот. Да да. О его предсказании, что последний этаж башни будет означать конец империи Мидии?

— Я запомнил его слова.

Сидя рядом со своим пленником, Гарпаг молча смотрел на пламя светильника. Едва заметное изменение произошло в его настроении.

— Господин мой Кир, у тебя есть одна особенность — не считая той, что ты всегда говоришь правду. Ты совершаешь неожиданные поступки. Это беспокоит неприятельского командира. Я себя чувствовал неуютно, — он взглянул на водяные часы, стоявшие рядом с его ложем, — полчаса назад. Очень возможно, что этот маг был послан каким то неизвестным мне богом, защищающим тебя, а в эту минуту защищающим так сильно, как никогда ранее. Ты планировал победить армию Мидии и отобрать у Астиага власть?

— И все еще намереваюсь это сделать.

Борода Гарпага раздвинулась в каком то подобии улыбки.

— Кир, за такие слова ты заслуживаешь, чтобы тебя заковали в цепи и посадили на кол за воротами Экбатаны, чтобы ты извивался там, как рыба, пока жизнь не покинула тебя. Если бы Астиаг был Киаксаром, ты бы закончил именно так.

Если армянин пытался добавить к слабостям Кира страх, то ему это не удалось.

— Но Астиаг — не что иное, как свинья, которая роется в жирных отбросах. Он заплатил этой банде пленных скифов, чтобы где нибудь в степи они лишили тебя жизни. Видимо, вмешался твой бог, и вместо тебя они убили моего сына Вартана. — Гарпаг поднял тяжелые руки и снова уронил их. — Мой дом разрушен, и в моей жизни теперь осталась единственная цель — поставить Астиага на колени.

Внезапно поднявшись, он крикнул через занавеску, закрывавшую вход:

— Эй, псы, кончайте зализывать раны! Поспешите обойти все отряды и сказать, что перемирие, заключенное в этом шатре, должно соблюдаться во всей армии и в персидском войске. Кир просил меня их предупредить.

Он прислушался к поднявшейся в прихожей суматохе и молча подошел заглянуть за боковые занавески. Затем он вернулся на свое место и снова принялся разглядывать светильник.

— Дай мне минуту, — прошептал он, почесывая бороду, — и я придумаю, как покончить с Мидийской империей.

— На такое дело я тебе дам много минут.

— Да. Теперь, в этот самый момент, никто из находящихся с той стороны занавесок не может уверенно сказать, кто кого пленил, ты меня или я тебя. Я позаботился избавиться от свидетелей. Можешь подобрать свой нож, Кир. Пусть я буду твоим пленником. — Он насупил лохматые брови. — Ты потребуешь сдать мой лагерь. Мои армяне послушают меня, а мидяне должны будут подчиниться, понравится им это или нет. Посмотрим — предположим, мои войска расположатся позади твоих, и оружие их будет сложено где то неподалеку. Проходит неделя. Рассвет нового дня, Кир. Теперь подумаем об Астиаге, появляющемся против нас. Поскольку он послал меня вперед сделать грязную работу, то не может напрямую наблюдать за нашими действиями. Шпионы? Они повсюду вокруг; но они не смогут причинить нам вреда, поскольку докладывают лишь то, что видят. Астиаг слишком долго ласкал женщин и не руководил сражениями. Он сразу бросится вперед, чтобы уничтожить тебя, и использует всадников как отвлекающий маневр.

— И, увидев, что я выехал вперед один, — добавил Кир, — мои персы поспешат меня приветствовать.

— Верно. А гирканцы последуют за ними, посмотреть, что происходит. Они все перейдут на твою сторону… Затем, имея кавалерию.., моих вооруженных армян, ты окружишь Великого царя и его состоящую из мидян охрану… Не захотят ли они получить другого, более умного вождя? Мы сможем им такого предложить. И это будет Кир, царь мидян и персов.

Кир рассмеялся:

— Гарпаг, разве не ты говорил мне, что мудрый вождь окружает свои действия паутиной лжи? Не пытаешься ли ты сделать именно это и обмануть меня?

Не выказав ни признака гнева, армянин покачал седеющей головой:

— Простые уроки ты усваиваешь очень быстро, Кир. Не сомневаюсь, тебя удивляет, почему я, решив предать Астиага, выступил против тебя в кровавой битве две недели назад? Это было необходимо, чтобы обмануть Астиага. Толстый сынок Киаксара, может быть, ленив, но он не глуп. Он не должен почуять ловушку, которую мы готовим ему в этих горах. — Быстрыми шагами подкравшись к занавеске, Гарпаг откинул ее. Снаружи не было никого, кроме нескольких раненых персов. Удовлетворенный инспекцией, Гарпаг тихо сказал:

— Сын Камбиса, ты должен заучить и второй урок. Когда мы захватим Астиага в плен, это может показаться тебе блистательной победой. Но мы захватим всего лишь номинального царя, переодетого актера, доигравшего свою пьесу до конца. Победа придет к нам, только если мы захватим его город с его сокровищами и двором Мидии — прежде чем другие смогут собрать свои силы в Экбатане. — Он поднял покрытое шрамами лицо к бледному дневному свету. — Да поможет тебе твой бог стать царем мидян и персов! И тогда, Кир, я полагаю, ты поверишь тому, что я тебе говорю сейчас.

Поскольку Кир слишком устал и ему надоело слушать Гарпага, он не мог испытывать никаких других чувств, кроме надежды.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   31

Похожие:

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 iconGreaт silk way 2005
Приглашаем вас принять участие в летних тренировочных сборах "Великий шелковый путь 2005"

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 iconФантастика беляев А. Р
Беляев А. Р. Голова профессора Доуэля; Человек-амфибия; Ариэль Брэдбери Р. 451° по Фаренгейту Булычёв Кир. Девочка с Земли Булычёв...

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 icon«Задверье»: act; 2005 isbn isbn 5 17 031959 2 Аннотация «Мир под Лондоном»
Здесь Слово становится Силой в прямом смысле – ведь слова, которые в Над Лондоне всего лишь названия улиц, парков, станций метро,...

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 icon“ Великобритания 1945 1992 “ ОглавлениеВведение Послевоенноеположение...

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 icon" Великобритания 1945 1992 " Cавинова Анна 11 юоглавлениеВведение...

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 icon-
Тост Верховного Главнокомандующего И. В. Сталина За русский народ! За великий русский народ. Фото. 1945 год. Кремль. День Победы....

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 iconЛитература. Общие вопросы медицины
М42 Медицинское образование в мире и в Украине: Учеб пособие. К.,2005. 464 с. Моз укр. Isbn 966-8855-33-7: 89,00 грн

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 icon«Астрея Киевская» г. Киев, ул. Дегтярёвская, 51 тел. (044)  223 63...
В киеве находится первый русский монастырь. Именно  в Киеве прошел первый российский электрический трамвай и фуникулер в киеве вы...

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 iconПсихология сексуальности
Акимова Л. Н. А39 Психология сексуальности. Одесса: смил, 2005. 198 с. Росс язык. Isbn 5-8404-0135-8

«Лэмб Г. Кир Великий: Первый монарх»: Центрполиграф; М.; 2005 isbn 5 9524 1945 3 icon«7 минутное чудо»: Попурри; 2005 isbn 985 483 431 X, 0 89526 182 0
Поработав с тысячами пациентов, использовав самые свежие находки генетиков, доктор Левин предлагает Вам свой «план прорыва»

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<