О научном мировоззрении




НазваниеО научном мировоззрении
страница8/22
Дата публикации27.02.2013
Размер2.56 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > История > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   22
всех общей истины, объединяющей их всех, соединяющей их всех в одно целое. Наконец, те крупные и ве­ликие изменения условий жизни человечества, блага культуры и техники, имеющие целью общую пользу, смягчение и уничтожение всех физиче­ских бедствий человечества, отдельных классов и отдельных личностей, сознательно достигаются только наукой, только ростом и развитием на­учного знания.

Уже при, самом начале своего зарождения научное мировоззрение поставило одной из своих задач овладеть силами природы для пользы человечества, и каждый из нас – натуралистов – при виде тех несчастий и страданий, при виде бедственного и тяжелого положения, в котором на­ходится до сих пор значительная часть человечества, ясно сознает и чув­ствует свою обязанность работать для этого, дать необходимые для этого средства из тайников природы. Он верит – больше – он знает, что именно здесь лежит разрешение тех задач, которые грозно стоят перед всяким мыслящим и чувствующим человеком при виде людских бед­ствий, горя и страданий. То, что дано книгопечатанием, паровой маши­ной, электрической машиной – небольшая, ничтожная доля того, что должна открыть перед нами природа!

Посмотрите, как такие основные требования научного мировоззрения бьют в один темп с ходом жизни человечества. Неуклонно развивается свободная личность, идет широчайшая демократизация общества, куль­турный мир охватывает весь земной шар, задачей государства становит­ся помощь обездоленным... В унисон с этими элементами будущего чело­вечества идет научная деятельность, и в связи с ними развивается научное мировоззрение. Поэтому теперь не может исчезнуть интерес к нему, пасть и ослабнуть сознательная воля личностей, его поддерживаю­щих, как это было в первые века нашей эры, ибо теперь научное миро­воззрение тесно связано с самым живым, что есть в человечестве, с са­мым глубоким и дорогим, что может быть им найдено в окружающем мире.

Как продолжался рост научного мышления с середины XV столетия, так будет оно расти и дальше, и граница, какую мы ему кладем, – наше современное миросозерцание – есть произвольная граница, проведен­ная нашим разумом. В действительности это мировоззрение незакончен­ное, текучее, вечно меняющееся.

Наблюдая рост этого мировоззрения, мы замечаем, что части его вы­яснялись постепенно, одна за другой. Вначале сложились устои тех физико-химических и геологических наук, некоторые из которых уже выяснились к середине XVII столетия. Только на почве этих новых принципов развились позже, в XVII – XIX столетиях, остальные стороны современного научного мышления. Поэтому, когда я буду говорить о раз­витии научного мышления до середины XVII столетия в области этих наук, я тем самым касаюсь всего современного научного мировоззрения, ибо до середины XVII столетия только в этой области оно складывалось. Этим объясняется характер лекций и то, почему я остановился для на­чала на физико-химических и геологических науках.

ЛЕКЦИЯ 5

Открытие книгопечатания. – Значение деятельно­сти народных масс. – Гутенберг. – Подготовка от­крытия предыдущей исторической жизнью культурных народов. – Шеффер
Начало современному движению положено открытием книгопечата­ния. Еще недавно праздновался 450-летний юбилей этого изобретения – торжественно и пышно был открыт в Майнце новый памятник Иоганну Гутенбергу, а между тем до сих пор не является доказанным, что Гу­тенберг был первым, открывшим книгопечатание, и что раньше него не было других лиц, которые также независимо пришли к той же самой мысли.

Дело в том, что это открытие не обратило вначале на себя вни­мание современников; только через несколько десятков лет после смерти Гутенберга, почти через столетие после появления первых печатных книг начались изыскания о тех людях, которым человечество обязано этим ве­ликим открытием56. До какой степени мал был интерес к истории книго­печатания, видно из того, что в современных ему Майнцских летописях, среди мелких событий городской жизни XV в. совершенно упущено и не записано никаких дат, касающихся этого события, которое представляет почти единственное всемирно-историческое значение Майнца. В конце XV и затем в следующих столетиях появились один за другим претен­денты на роль изобретателя книгопечатания, различные города выступа­ли в качестве первых мест появления печатных книг, допускались даже подлоги документов57, и долгие изыскания принуждены были тратить­ся на разрушение ложных схем хода данного дела. Но эти попытки по­явились много позже того события, объяснить которое они собирались.

В значительной степени ту же судьбу, как книгопечатание, разделяют и другие великие движения человеческой техники; нам до сих пор, как мы увидим, не ясна первоначальная история часового дела, неизвестны имена лиц, открывших очки, телескоп, микроскоп и многие другие важ­нейшие орудия человеческого познания. Лишь приблизительно знаем мы время их появления. И нельзя сказать, чтобы человек не сознавал того значения, какое мог иметь каждый из этих приборов для его жизни и для расширения его кругозора. Подобно тому, как книгопечатание, зна­чение этих приборов – например, микроскопа и телескопа, совершенно неизвестных человеку античного мира – бросалось в глаза, вызывало на размышления, будило мысль и возвышало человеческое сознание. Но имя изобретателя и обстоятельства открытия исчезали и оказывались не­уловимыми для ученых и образованных людей того времени.

В этом обстоятельстве лежит не один только антикварный интерес для современного исследователя. Здесь выясняются любопытные и важ­ные стороны процесса, приведшего к этому крупному шагу в истории че­ловечества. Дело в том, что все эти открытия делались в среде, далекой и чуждой обычным организациям ученой или общественной работы. Они делались людьми, находившимися вне общества того времени, вне круга тех людей, которые, казалось, строили историю человечества, создавали его мысль. Они делались простыми рабочими, ремесленниками, почти всегда не получавшими обычного в то время образования, не испытав­шими тлетворного влияния господствовавшей схоластической, юридиче­ской или теологической мысли, или их отбросивших, делались людьми – изгоями общества, выбитыми из колеи. И это явление не может быть случайностью.

На смену погибавшему мировоззрению шло новое, и его несли люди, имевшие свои корни в незаметно выросших, наряду с тогдашними науч­ными организациями, формах, основы которых по существу, логически уже противоречили господствовавшим взглядам. Противоречили также и их создания. Подобного рода факт проходит через всю историю челове­ческой мысли, но отчасти сохраняет свое значение и до сих пор. Поэтому нет ничего удивительного, что нам неизвестны имена первых созда­телей книгопечатания. Это люди народной среды, безымянные носители беспорядочной массовой жизни. Их имена так же мало известны нам, как мало известны имена поэтов, сложивших народную песню, композиторов, давших уклад своеобразной, полной оригинальности и глубины народной музыки.

Когда культурные люди XV–XVII столетий занялись – по свежим следам – восстановлением картины великого открытия, они вынесли нам ряд имен отдельных, совсем неизвестных людей – серых людей толпы, дали несколько дат, несколько указаний на центры начавшегося движе­ния. Исторические изыскания и критика позднейших двух столетий в значительной степени очистили и выяснили нам хаос противоречивых по­казаний антикварной работы того времени. Из этих работ вытекает, что центр начавшегося великого движения – определенная область Западной Европы, а из названных имен два имени сохраняют значение. Этой обла­стью является область Рейна, причем здесь несомненно первоначальным центром, откуда вышло книгопечатание, должна считаться Голландия, может быть, Гаарлем и его ближайшие окрестности. В настоящее вре­мя не может подлежать сомнению, что отсюда в конце 1430-х – в на­чале 1440-х годов изошли первые печатные издания, главным образом, грубо сделанные дешевые народные листки, школьные книги и религиоз­ные плакетты58.

Имя изобретателя нам неизвестно, но почти несомненно, что одним из них был Лоренц Костер, гражданин Гаарлема, впервые открывший к этому времени способ печатания подвижными буквами.

Неизвестно, насколько непосредственно связано с этим первым откры­тием книгопечатания другое движение, начавшееся на 15 – 20 лет поз­же, с середины 1440-х годов в Майнце59. Оно быстро достигло блестящей техники и положило начало современному развитию этого дела. Между городами Голландии и рейнскими немецкими городскими общинами и го­сударствами был в это время живой обмен; голландские издания и гол­ландские произведения широко распространялись всюду. В значительной степени этому способствовала своеобразная городская культура Европы этого времени и тесная связь между культурной жизнью городских об­щин, совершенно независимая от государственной жизни целого. Харак­тер городского управления и отчасти даже характер населения, благода­ря широкому проникновению в города немцев, был во многом схож – от Малороссии и Западной Руси до границ Франции или даже на всем Европейском континенте. Это было время распространения Магдебургского права. Многочисленные немецкие колонии, члены различных семей проникали во все города континента и создавали между ними постоян­ный и непрерывный обмен интересов, культурных предметов, понятий. Как мы увидим, этот характер городского общества того времени и чрез­вычайная – внегосударственная – подвижность некоторых его элементов сыграла могущественную роль в истории первоначального книгопечатания.

Как бы то ни было, около середины XV столетия обедневший патри­ций города Майнца Иоганн Гансфлейш, иначе Гутенберг, основал в этом городе первую типографию и сделал целый ряд открытий в типограф­ском деле60. Открытие Гутенберга было, по-видимому, сделано независи­мо от традиций голландских мастеров, хотя Гутенберг не мог не видеть тех первопечатных изданий, которые всюду распространялись в прирейнских местностях, на что мы имеем прямые указания источников. Но Гу­тенберг, некоторые небольшие данные для биографии которого мы имеем, несомненно был по своему типу изобретатель. Ремесленник по профес­сии, он работал в областях, требовавших некоторого образования; так, возможно, что он имел близкое касательство к золотых дел мастерству и даже принадлежал к этому цеху61; сохранились ясные указания на за­нятия его шлифовальным делом, производством очков и на изобретение им особого рода зеркал, причем для эксплуатирования последнего дела он основал в Страсбурге, где одно время жил, даже компанию, приведшую в конце концов к судебному процессу, акты которого сохранились и дали нам одни из немногих современных указаний на судьбу Гутенберга62.

Вся его личная судьба очень напоминает судьбу изобретателя, чело­века с известной определенной практической идеей, имеющего целью до­стижение для себя богатства и влияния, но в то же время увлекающегося идеальной стороной искания и в этом увлечении теряющего грубую прак­тичность, материальную цель своей задачи. Как известно, Гутенберг ра­ботал над усовершенствованием своих идей долгие годы, может быть, де­сятки лет, обладал огромной энергией, ибо создавал дважды, если не несколько раз, свое дело, всякий раз теряя его и начиная все сначала. В конце концов он умер в безвестности, вдали от созданного его гением дела, потеряв все практические плоды своих трудов. Год его смерти не­известен, но приблизительно около [1468 г.].

Одна из созданных им типографий в Майнце попала в руки ловкому и хищному дельцу Фусту, снабжавшему Гутенберга деньгами и в кон­це концов овладевшему всем его имуществом. Фуст и ближайшие его потомки некоторое время даже выставляли Фуста наряду с Гутенбергом как изобретателя книгопечатания, и эта легенда одно время имела зна­чительное распространение. Но среди деятелей этой первой типографии был один человек, которому действительно типографское дело обязано крупными усовершенствованиями, сильно двинувшими его вперед и давшими ему возможность широкого и быстрого развития. Это был то­варищ Фуста по ведению типографии и ученик Гутенберга Петр Шеффер (1430 – 1503), человек образованный, с университетским образовани­ем и большими техническими способностями63.

Благодаря трудам Гутенберга и Шеффера, типографское дело полу­чило облик, который оно сохранило многие столетия. Первые старинные издания XV–XVI столетия считаются до сих пор образцами типограф­ского искусства, и первые крупные изменения и развитие начались в типографском деле лишь в XVIII и, главным образом, с середины XIX в.

Рассматривая это открытие, мы видим, что оно имело совершенно другие результаты, чем те, к которым стремились его изобретатели. Ос­тавляя в стороне чисто моральные представления, связанные со свойст­венным большинству изобретателей стремлением к обогащению и кото­рые являются простым житейским обстоятельством, нередко далеким от внутренних побуждений изобретателя, несомненно, что Гутенберг и пер­вые типографщики не рассчитали и ближайших последствий своего от­крытия.

Первые печатные издания представляют необыкновенно близкую ко­пию рукописных книг. Видно и несомненно ясно стремление дать произ­ведениям печатного станка вид рукописи. Мы их с трудом отличаем от рукописи. В них нет оглавления, счета по страницам. Характер букв со­вершенно соответствует рукописи. Заглавные буквы в начале глав укра­шались рисунками и арабесками подобно установившемуся обычаю ру­кописных книг. Очевидно, при этом увеличивался доход от продажи книги, так как она могла продаваться по более высокой цене, прибли­жающейся к цене рукописи. Для этого даже у Гутенберга приноравлива­лась техника печатного дела. Первые печатные книги были как бы конт­рафакцией рукописей64.

Лишь в ближайшие десятилетия жизнь поставила типографам другие цели и раздвинула рамки печатного дела. Это было делом Шеффера и позднейших типографов, главным образом ученых и людей идеи, воспользовавшихся новым искусством для своих целей, совершенно неожиданно для изобретателей и первых ремесленников типографского дела.

Уже Гутенберг и Фуст, не отказываясь от случайных мелких изда­ний – донатов, календарей и т. д.65, старались получить громоздкие, до­рогие книги, сразу принялись за издание Библии, причем старались со­общить этим первым изданиям своего станка красоту и форму вырабо­танных веками произведений каллиграфии.

Это стремление привело их к быстрой выработке техники печатания и, в этом смысле, имело большое значение для развития типографского дела.

Совершенно попутно, вне сознательных стремлений, вырос другой, гораздо более крупный результат этого изобретения – распространение изданий, увеличение числа книг, распространение афиш, плакатов, бро­шюр. Типография явилась могущественным средством для демократизации идей и знаний, вызвала огромное усиление влияния идей и воли личности на сложившиеся общественные установления. Но это произо­шло совершенно неожиданно для самих изобретателей и было понято современниками лишь в ближайшие десятилетия после открытия типогра­фии в Майнце. Оно произошло также непроизвольно, бессознательно, как бессознательно создалась в мастерских сама идея типографского искус­ства.

Открытие Гутенберга с технической стороны имело длинную и мед­ленную историю. Он применил в своем деле, несколько изменив, те ап­параты и приборы, которые были выработаны долгой историей техники и вначале служили совсем для других целей. То же самое мы постоян­но наблюдаем в истории техники как чисто прикладной, так и научной. Каждый наш аппарат и каждая его часть имеет длинную, нередко очень разнообразную историю.

В общем, открытие Гутенберга заключалось в том, что он – пер­вое – изобрел формы металлических букв, причем каждое слово разби­валось на отдельные, независимые буквы. Эти буквы могли быть собра­ны в рамы. Каждая буква явилась независимой и легко могла быть заменена другой; второе – эти рамы намазывались особого рода составом – краской, и затем – третье – они вставлялись в пресс, который отпечаты­вал краску на бумаге. Эти три части изобретения, несмотря на всю их простоту, были достигнуты многолетним упорным трудом, и совершенст­во они получили лишь в ближайшее к Гутенбергу время, главным обра­зом, трудами П. Шеффера и его типографии. При этом первые типограф­щики воспользовались вековым опытом, достигнутым и передаваемым в традициях разных цехов и мастерских.

Дело в том, что уже издавна в Европе были известны отдельные ча­сти типографского искусства, и были выработаны относящиеся сюда приемы и инструменты. Недоставало только творческой, синтетической силы ума для того, чтобы соединить их все вместе.

Уже с конца XIII столетия в Европе было известно искусство печа­тания – с деревянных досок, употреблявшихся для печатания рисунков на тканях, и в то же время для печатания картин. Этот способ печа­тания на тканях в Египте существовал уже в VI столетии. Временами на этих картинах печатался и
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   22

Похожие:

О научном мировоззрении iconАнатолий сидоров. О мировоззрении и самосознании

О научном мировоззрении iconКак опубликовать статью в зарубежном научном журнале
В техническом плане в настоящее время опубликовать статью в зарубежном научном журнале стало очень просто

О научном мировоззрении iconXхiv международные чтения
«Коперниканский переворот» и парадигмальные сдвиги в науке и мировоззрении эпохи Возрождения

О научном мировоззрении iconН. П. Баллин, пионер русско-украинского кооперативного движения
Взгляды Н. П. Баллина, как и практическую их реализацию в общест-венной жизни не следует оценивать однозначно. В его мировоззрении...

О научном мировоззрении icon1. Возникновение христианства: исторический обзор
Религия основана на вере и выражается, прежде всего, в мировоззрении, мироощущении (в том числе мистическом и аскетическом), культе...

О научном мировоззрении iconРеферат Тема: «Методологическая функция философии в научном познании»

О научном мировоззрении iconПокрывало майи, или сказки для невротиков
В трех частях этой книги автор подробно рассматривает три фундаментальных архетипа: диадический, триадический и эволюционный, причем...

О научном мировоззрении iconВ период школьных каникул за парты садятся учителя!
Творческого объединения «Чистые пруды», автор многочисленных трудов по православной педагогике, писатель, поэт. О своём мировоззрении,...

О научном мировоззрении iconПроект sworld При поддержке
Сборнике научных трудов по итогам конференции, а также в электронном научном журнале

О научном мировоззрении iconТребования к научным статьям для публикации в научном специализированном издании
В №1 – до 15 января; №2 – до 15 марта; №3 – до 15 мая; №4 –до 15 сентября; №5 – до 20 октября

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<