1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана




Название1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана
страница3/8
Дата публикации27.02.2013
Размер0.75 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8
отношение человека к вопросу, подлежащему изучению. В этом не может быть различия между научными работниками, и все, что попа­дает в научное мировоззрение, так или иначе проходит через горнило научного отношения к предмету; оно удерживается в нем только до тех пор, пока оно его выдерживает.

Мы говорим в науке о строгой логике фактов, о точности научного знания, о проверке всякого научного положения опытным или наблюда­тельным путем, о научном констатировании факта или явления, об опре­делении ошибки, т. е. возможных колебаний в данном утверждении. И, действительно, эти черты отношения человека к предмету исследова­ния являются наиболее характерными. Наука и научное мировоззрение являются результатом такой, ни перед чем не останавливающейся и все проникающей, работы человеческого мышления. Этим путем создалось огромное количество точно исследованных фактов и явлений. Применяя к ним логические приемы работы как путем дедукции, так и индукции, наука постепенно уясняет, расширяет и строит свое мировоззрение.

Но это не значит, чтобы наука и научное мировоззрение развивались и двигались исключительно путем логического исследования таких фак­тов и явлений. Чрезвычайно характерную черту научного движения со­ставляет то, что оно расширяется и распространяется не только путем таких логических ясных приемов мышления.

Существуют споры и течения в научном мировоззрении, которые стремились выдвинуть тот или иной метод научной работы. Значение индуктивного метода как исключительного, единственно научного, выдви­нулось как отражение философских течений в области описательного естествознания. До сих пор распространено воззрение, что только таким индуктивным путем, движением от частного к общему развивалось и росло научное мировоззрение. Крайние сторонники этого течения смотре­ли на применение в научной области дедукции, дедуктивного метода мышления, как на незаконное вторжение чуждых ее духу элементов. Но в конце концов и этот метод в свою очередь наложил печать на не­которые вопросы и отрасли знания. Появилось деление наук на индук­тивные и на дедуктивные – деление, которое строго могло быть проведе­но только в немногих отдельных случаях.

В действительности спор о большем или меньшем научном значении дедуктивного или индуктивного методов имеет исключительно философ­ский интерес. Его значение для выяснения некоторых частных вопросов теории познания не может быть отрицаемо. Но в науке концепции ее движений путем индукции или дедукции не отвечают фактам, разлетают­ся перед исследованием хода действительно совершающегося процесса ее развития.

Эти отвлеченные построения предполагаемых путей научного разви­тия слишком схематичны и фантастичны по сравнению со сложностью действительного выяснения научных истин.

При изучении истории науки легко убедиться, что источники наи­более важных сторон научного мировоззрения возникли вне области научного мышления, проникли в него извне, как вошло в науку извне всеохватывающее ее представление о мировой гармонии, стремление к числу. Так, столь обычные и более частные, конкретные черты нашего научного мышления, как атомы, влияние отдельных явлений, материя, наследственность, энергия, эфир, элементы, инерция, бесконечность мира и т. п., вошли в мировоззрение из других областей человеческого духа; они зародились и развивались под влиянием идей и представлений, чуж­дых научной мысли26.

6. Остановлюсь вкратце на одном из них: на силе, как на причине, вызывающей движение. Не придавая понятию «сила» ничего сверхъестественного, а называя этим словом только ту энергию, которая сообщается телу и вызывает его определенное движение, мы имеем в ней дело с новым понятием, окончательно вошедшим в науку только в XVIII сто­летии. Мы можем проследить его зарождение. Долгое время в науке господствовало убеждение, что источником движения какого-нибудь тела является окружающая его среда: она в газообразном и отчасти жидком состоянии способна по своей форме придавать телу движение – это ее свойство.

Легко понять возможность зарождения этого столь чуждого современ­ному слуху воззрения: оно является абстрактным выражением полета легких предметов по воздуху, вечно текучего (в этом представлении слышен отголосок древних воззрений) состояния воды или воздуха они должны быть остановлены искусственно, насильственно удержаны в не­подвижных рамках. Это есть результат наблюдения. В то же время неко­торые формы предметов и по аналогии некоторые формы путей, описы­ваемых предметами, считались по существу способными производить бесконечное движение. В самом деле, представим себе форму идеально правильного шара, положим этот шар на плоскость: теоретически он не может удержаться неподвижно и все время будет в движении. Это счи­талось следствием идеально круглой формы шара. Ибо чем ближе форма фигуры к шаровой, тем точнее будет выражение, что такой материаль­ный шар любых размеров будет держаться на идеальной зеркальной плоскости на одном атоме, т. е. будет больше способен к движению, менее устойчив. Идеально круглая форма, полагали тогда – и так дума­ли еще Кузанус (Кребс) или Коперник – по своей сущности способна бесконечно поддерживать раз сообщенное движение. Этим путем объяс­нялось чрезвычайно быстрое вращение небесных сфер, эпициклов. Эти движения были единожды сообщены им божеством и затем продолжа­лись века как свойство идеально шаровой формы. Как далеки эти науч­ные воззрения от современных, а между тем, по существу, это строго индуктивные построения, основанные на научном наблюдении27. И даже в настоящее время в среде ученых исследователей видим попытки воз­рождения по существу аналогичных воззрений28.

Понятие о силе как о причине движения, о более быстром движении при применении большего усилия, о сообщении чего-то самому двигаю­щемуся предмету, постепенно его тратящему, – эти идеи, проникающие в современную науку, возникли в среде, ей чуждой. Они проникли в нее из жизни, из мастерских, от техников, от людей, привыкших к стрельбе и к механической работе. Абстрактные представления о движении как следствии и свойстве некоторой среды или формы не могли никогда найти там приложения.

Но они возникли одновременно и в кругу иных людей, придавших им более близкую к научным построениям форму – в среде религиозных сект, главным образом, магических и еретических, и в среде мистических философских учений, которые издревле привыкли допускать эманации, инфлюэнции, всякого рода бестелесные влияния в окружающем нас мире. Когда в XVI – XVII столетиях впервые отсюда стала проникать идея силы в научную мысль, она сразу нашла себе почву применения и быстро оттеснила чуждые течения. Знаменитый спорщик и полигистор XVI столетия Скалигер в 1557 г., излагая эти новые в науке идеи гениального ученого мистика Кардано, прекрасно выразил один источник, откуда они пришли в науку: «Еще мальчиками, ничего не зная о писаниях философов, мы видели ответ: „сила натянутой тетивы остается в стреле"»29.

7. Таким образом, хотя научный метод проникает всю науку и яв­ляется наиболее характерным ее проявлением, определяет все научное мировоззрение, но не им исключительно оно достигается и развивается. В него входят не только данные, добываемые применением к окружающему нас миру научных методов искания, но и другие положения, кото­рые добыты человеком иным путем, и имеют свою особую историю.

Научное мировоззрение развивается в тесном общении и широком взаимодействии с другими сторонами духовной жизни человечества. Отделение научного мировоззрения и науки от одновременно или ранее происходившей деятельности человека в области религии, философии, общественной жизни или искусства невозможно. Все эти проявления человеческой жизни тесно сплетены между собою, и могут быть разделе­ны только в воображении.

Если мы хотим понять рост и развитие науки, мы неизбежно должны принять во внимание и все эти другие проявления духовной жизни чело­вечества. Уничтожение или прекращение одной какой-либо деятельности человеческого сознания сказывается угнетающим образом на другой. Прекращение деятельности человека в области ли искусства, религии, философии или общественной жизни не может не отразиться болезнен­ным, может быть, подавляющим образом на науке. В общем мы не знаем науки, а следовательно, и научного миросознания, вне одновременного существования других сфер человеческой деятельности; и поскольку мы можем судить из наблюдения над развитием и ростом науки, все эти стороны человеческой души необходимы для ее развития, являются той питательной средой, откуда она черпает жизненные силы, той атмосфе­рой, в которой идет научная деятельность.

В настоящее время, в эпоху исключительного расцвета научного мышления, эта тесная и глубокая связь науки с другими течениями духовной жизни человечества нередко забывается; приходится слышать о противоречии между научным и религиозным, между научным и фило­софским и даже между научным и эстетическим мировоззрениями. Среди течений научного мировоззрения существуют направления, которые пред­полагают, что научное мировоззрение может заменить собою мировоззре­ния религиозное или философское; иногда приходится слышать, что роль философского мировоззрения и даже созидательная и живительная роль философии для человечества кончена и в будущем должна быть заменена наукой.

Но такое мнение само представляет не что иное, как отголосок одной из философских схем, и едва ли может выдержать пробу научной про­верки. Никогда не наблюдали мы до сих пор в истории человечества науки без философии и, изучая историю научного мышления, мы видим, что философские концепции и философские идеи входят как необходи­мый, всепроникающий науку элемент во все время ее существования. Только в абстракции и в воображении, не отвечающем действительности, наука и научное мировоззрение могут довлеть сами по себе, развиваться помимо участия идей и понятий, разлитых в духовной среде, созданной иным путем. Говорить о необходимости исчезновения одной из сторон человеческой личности, о замене философии наукой, или обратно, можно только в ненаучной абстракции.

В истории науки и философии уже пережит один период подобных утверждений. В течение многих веков различные формы христианских церквей выставили в культурной жизни европейских народов учение об едином религиозном мировоззрении, заменяющем вполне и исключитель­но все формы мировоззрений научного и философского. В результате получилась только многовековая упорная борьба людей науки с притязаниями христианских, отчасти мусульманских теологов; борьба, в кото­рой окончательно определилась область, подлежащая научному ведению, и в результате которой религия, несомненно, очистилась от приставших к ней исторических нарастаний, по существу ничего с ней общего не имеющих.

В самом деле, католичество в своей вековой истории не раз ставило вопрос о своем существовании в связь с тем или иным мнением об из­вестных частях научного мировоззрения. Оно ставило в связь с рели­гиозными догматами форму Земли, характер ее движения, способ и время происхождения человека, положение его в ряду других органических существ и т. д. Проходили века, вопросы эти решались в духе, противо­речащем предполагаемому conditio sine qua non [непременное условие (лат.) - Ред.] католических догма­тов, и несмотря на это, католичество не только не погибло, но стало в XIX столетии много сильнее, чем в большинстве других эпох своей веко­вой истории. Некоторые из этих положений, как движение и форма Земли, даже вполне уживаются со всеми учениями этой церкви и вполне ею признаны. А между тем католическая церковь – одно из наименее сговорчивых, наиболее цепких проявлений религиозного миросозерцания.

Если же мы всмотримся во всю историю христианства в связи с вековым его спором с наукой, мы увидим, что под влиянием этой последней понимание христианства начинает принимать новые формы, и религия поднимается в такие высоты и спускается в такие глуби души, куда наука не может за ней следовать.

Вероятно, к тому же приведут и те настроения, какие наблюдаются в настоящее время в науке, когда наука начинает становиться по отно­шению к религиям в положение, какое долгое время но отношению к ней занимало христианство. Как христианство не одолело науки в ее области, но в этой борьбе глубже определило свою сущность, так и наука в чуждой ей области не сможет сломить христианскую или иную религию, но ближе определит и уяснит формы своего ведения.

8. По существу, как увидим, могущественно взаимно влияя друг на друга, все эти стороны духовной жизни человечества совершенно раз­личны по занимаемой ими области. Такое различие не вызывает сомне­ний для этики, искусства или общественной жизни – по крайней мере постольку, поскольку они касаются науки. Несколько иначе обстоит дело с религией и философией. В течение вековой истории эти проявления человеческого духа давали ответы на одни и те же конкретные вопросы человеческой личности, выражали их одинаковым образом в форме логи­ческих выводов и построений.

Взаимные отношения между наукой и философией усложнились еще более под влиянием постоянного и неизбежного расширения области, подлежащей ведению науки.

Это расширение границ научного миросозерцания является одним из наиболее характерных и наиболее важных симптомов научного прогрес­са. Наука неуклонно, постоянно захватывает области, которые долгие века служили уделом только философии или религии; она встречается там с готовыми и укоренившимися построениями и обобщениями, не вы­держивающими критики и проверки научными методами искания. Такое проникновение науки в новые, чуждые ей раньше, области человеческого сознания вызывает споры, играющие важную роль в науке, и своеобраз­ным образом окрашивает все научное миросозерцание. Под влиянием интересов борьбы выдвигаются научные вопросы и теории, которые, с точки зрения строгой логики и разумности научных построений, не должны были бы иметь место в науке. Такое значение, например, имел в XVII – XIX столетиях в истории научного миросозерцания вопрос о дилювии, о всемирном потопе, следы которого искались в различных местах земного шара; с ним приходилось долго считаться научному мышлению. Переживания этих идей еще не вымерли30. Трудно пред­ставить себе, чтобы этот вопрос – в той или иной форме – мог возник­нуть и играть какую бы то ни было роль в науке, если бы научная мысль развивалась строго индуктивным или дедуктивным путем, вообще как-нибудь закономерно логически. Он мог только возникнуть на почве чуждого, религиозного миросозерцания. А между тем необходимость дать своим концепциям место в истории земли заставила науку определенным образом отозваться и на сказание о всемирном потопе, существовавшее в человечестве много ранее, придала ей своеобразный отпечаток. Сперва приняв это сказание, геология подвергла его долгой критике, и в конце концов в научное мировоззрение вошло отрицательное отношение к этому верованию. Это отрицание держалось в науке до тех пор, пока количество накопившихся фактов и безусловное отсутствие следов всемирного пото­па в земных слоях не заставили выбросить даже упоминание об этом представлении при научном изложении геологической истории земного шара. Учение это, однако, оказало глубочайшее влияние на развитие всех геологических воззрений, а споры и колебания научной мысли в области этих представлений являются одной из любопытных страниц в истории человеческого мышления.

Другой, теперь уже забытый, но чрезвычайно интересный пример того же самого явления представляет идея о единообразии вещества во всем мире. До известной степени эта идея вошла уже целиком в наше мировоззрение, и нам трудно понять, как долго должна была наука бороться с ложной мыслью о различии земной и небесной материи. Исходя из религиозных воззрений, предполагали в средневековой космо­логии, что мир распадался на две половины – на небесную, полную со­вершенства, и на земную – полную несовершенства. С этой идеей, ниче­го не имеющей общего с наукой, должен был бороться еще Галилей, впервые ясно и точно проведший идею о тождественности законов и вещества во всей Вселенной31.

В настоящем и прошлом научного миросозерцания мы всюду встре­чаем такие элементы, вошедшие в него извне, из чуждой ему среды; очень часто на чисто научной почве, научными средствами идет в науке борьба между защитниками и противниками этих вошедших в науку извне идей. Борьба эта под влиянием интересов эпохи и благодаря тес­ной связи ее с жизнью общества нередко получает глубокое и серьезное значение. Такое соприкосновение с жизнью придает научному мировоз­зрению каждой исторической эпохи чрезвычайно своеобразный оттенок; на решении абстрактных и отвлеченных вопросов резко и своеобразно отражается дух времени.

Но, больше того, бывают эпохи, когда такой – по существу второсте­пенный – элемент приобретает подавляющее значение в научном миро­воззрении. Тогда научное мировоззрение почти целиком приобретает
1   2   3   4   5   6   7   8

Похожие:

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана icon1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнообразных...
А без этого, очевидно, нельзя дать историю развития этих областей знания, которая может быть написана только лицом, самостоятельно...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconУрок алгебры в профильном 11 классе по теме «Решение систем показательных...
«Развитие и образование ни одному человеку не могут быть даны или сообщены. Всякий, кто желает к ним приобщиться, должен достигнуть...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconОчерки по стилистике английского языка
В этой книге сделана попытка описать систему стилистических средств, вскрыть их природу и показать их функции в разных стилях речи....

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconЕвропа и Россия, а в особенности Юго-Восточная Европа, находятся...
Юго-Восточной и Восточной Европы. Вместо свободного демократического мира, вместо "Европы без границ", открытой для передвижения...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconВ настоящее время производители реактивов предлагают разнообразные...
В настоящее время производители реактивов предлагают разнообразные наборы для клинической химии, основанные на разных аналитических...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconРеферат скачан с сайта allreferat wow ua
В настоящее время вся совокупность наук человеческой цивилизации позволяет сделать неопровержимый вывод о возможности и большой вероятности...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconДля промышленности Харьковщины
В настоящее время научный потенциал кафедры представляют 4 доктора технических наук и 16 кандидатов наук, а также более 30 научных...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconРазвитие коммуникативных способностей учащихся на уроках английского языка
В настоящее время роль обучения устному общению, в котором говорение играет первостепенную роль, трудно переоценить. Учащиеся разных...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconВ настоящее время атомная энергетика развивается практически только...
Развертывание крупномасштабной атомной энергетики позволит вытеснить более дорогой уголь, экономить нефть и газ в тех производствах,...

1. Охватить в одном общем историческом очерке развитие разнооб­разных наук о природе едва ли в настоящее время посильно одному человеку. Для этого не сделана iconЖемчужины Бенилюкса
Сиротского приюта", где в настоящее время находится Музей истории Амстердама, "Галерея стрельцов" с картинами 17 века. После этого...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<