Байки служивых людей




НазваниеБайки служивых людей
страница6/32
Дата публикации01.03.2013
Размер3.26 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32
^

О вреде близорукости в прямом и переносном смыслах



На заре своей переводческой карьеры, после 4-го курса восточного факультета Ленинградского университета, я попал на самый юг Аравийского полуострова, на так называемую «стажировку по войне». Военных переводчиков не хватало, и поэтому в спецкомандировки в те времена отправляли даже не доучившихся студентов гражданских вузов, каким был на тот момент и я.

По прибытии в страну назначения я был назначен на должность переводчика в парашютно-десантную бригаду спецназа, но на самом деле, конечно же, еще не мог никоим образом считаться полноправным членом славного братства военных переводчиков. И дело не только в уровне владения языком, надо еще усвоить обычаи и традиции этого братства, проникнуться его духом. В таком сложном процессе без наставников не обойтись. Был такой наставник и у меня. Звали его, скажем так, Анатолий Быстрицкий. Он был кадровым военным переводчиком и приехал в ту же страну, что и я, в звании капитана.

Быстрицкий был, безусловно, по-своему выдающимся человеком. Он обладал внешностью Андрея Миронова и рыжей шевелюрой, за что ему соответственно и дали сразу две клички Артист и Рыжая Бестия. Быстрицкий действительно был по-своему артистом и достаточно продувной бестией. В эту командировку он прибыл, как сам мне признался, исключительно ради получения майорского звания, потому что, в общем-то, имел неплохое место службы в Москве-матушке. Это теплое место раздобыл Быстрицкому батюшка — генерал в Генштабе Министерства обороны СССР. Имея папу генерала, Рыжий чувствовал себя, безусловно, на привилегированном положении. Ему прощались те вольности, за которые беспощадно «имели» всех прочих военных переводяг.

Однажды, помню, прилетела к нам комиссия из Главного политического управления для проверки уровня боевого духа и морали личного состава. Замполит наш, узнав о прибытии комиссии за неделю, носился по гарнизону как ошпаренный — заставил нас отдраить свои комнаты, посрывал со стен плакаты с не очень одетыми девушками... в общем, мы готовились. Один только Быстрицкий отнесся к страшной новости весьма индифферентно...

И вот настал Судный день. Переводчики в рубашках с галстуками ждали комиссию по своим комнатам, непринужденно листая конспекты по марксистско-ленинской подготовке и слушая магнитофонные записи советской эстрады (в нашей комнате, например, гоняли две песни: «В траве сидел кузнечик» и «До чего же хорошо кругом» в исполнении пионерского хора). Несмотря на беспрецедентный уровень подготовки к встрече, комиссия все же выявила у нас массу недостатков. Последняя комната в переводческой галерее, которую должна была посетить комиссия во главе аж с целым полковником, принадлежала Рыжему. Он, кстати, единственный из переводяг-холостяков жил один. Когда комиссия приблизилась к его двери, замполит наш явственно побледнел, потому что из комнаты доносилась какая-то песня на вражеском английском языке. После требовательного стука в дверь Быстрицкий появился на пороге. Все так и ахнули! Он встретил проверяющих в одних шортах. Главный полковник из Москвы радостно засипел, почуяв добычу. Когда он шагнул в комнату, сипение переросло в победный клекот, потому что все стены жилища Рыжего были увешаны картинками с не то чтобы не очень одетыми дамами, а, скажем честно, с дамами попросту без одежды. Полковник побагровел и рявкнул, тыча бестию пальцем в грудь:

— Фамилия?

— Капитан Быстрицкий, — спокойно представился Рыжий.

Полковник открыл было рот, чтобы начать разнос, но тут у него в голове, видимо, что-то щелкнуло, потому что с непостижимой быстротой гримаса искреннего гнева вдруг преобразовалась в приветливую и доброжелательную улыбку.

— Э-э, не Сергей ли Игнатьича сынок будете?

— Так точно, — спокойно ответил Рыжий.

— Как же, как же, — защебетал соловьем полковник, — знаю вашего батюшку, знаю. Как служба проходит?

— Нормально, — пожал плечами капитан.

— Ну что ж, я передам, передам.

Попав в глупое положение, начальник комиссии не знал, как из него выйти. Вдруг он наклонился к одному из плакатов с голой дамой и, непонятно как углядев на нем внизу короткую мелкую строчку на английском языке, в восхищении выдохнул:

— А вы, стало быть, еще и по-английски читаете?

— Стараюсь практиковаться, — с достоинством ответил Рыжий.

— Ну что ж, — заулыбался полковник, — передам Сергею Игнатьевичу, что из его сына толковый и достойный офицер получился.

Говорят, наш замполит при этом диалоге имел вид полного придурка.

Одним словом, Рыжий наш был самым что ни на есть блатным. И тем не менее он пользовался авторитетом среди военных переводяг и был желанным гостем в любой компании. Дело в том, что Толя обладал от природы уникальным даром: он был замечательным парикмахером, притом что никогда этому специально не учился. И именно он стриг на протяжении всей командировки переводчиков-холостяков. А еще Толя любил и умел рассказывать байки из жизни военных переводяг и каждый раз клялся, что это абсолютная и полная правда. Слушать его рассказы было очень интересно. Собственно говоря, именно Быстрицкий и привил мне любовь к устному творчеству военных переводчиков. Некоторые из его рассказов, по моему мнению, могут смело претендовать на звание шедевров жанра..

Однажды мы сидели с Рыжим у него в комнате и выпивали. А попутно он наставлял меня «по жизни»:

— Запомни, Андрюха, — говорил Рыжий, разливая водку по рюмкам, — настоящий переводяга должен быть внимательным и обладать хорошим зрением, то есть не быть близоруким как в прямом, так и в переносном смысле, иначе это грозит конфузом вроде того, что случился однажды с Маратом Сайфулиным, переводчиком из мгимошников...
* * *
Я тогда в Сирию курсантом попал, как раз война с евреями шла. Ну меня, как положено, — в бригаду и на фронт. Советник попался — полный мудак, полковник Милосердов. Он почему-то вбил себе в башку, что лучшая смерть для военного — это героическая гибель на поле боя, так и лез под пули, и ладно бы сам, так и меня, сука, с собой тянул. Слава Богу, война быстро закончилась, и нас в Дамаск отозвали. Тамошний Аппарат в так называемом Белом доме располагался, куда старшие офицеры периодически на дежурство заступали. И надо же такому случиться, что мой пенек дежурил, как раз когда Хафиз Асад* надумал по итогам кампании речь к народу двинуть. Причем надумал к ночи; всех свободных переводяг сразу в Белый дом дернули через приемник речугу слушать и переводить с ходу — каждый предложение по очереди выхватывает и толмачит, а потом все это вместе сводится на бумаге — и Главному, чтобы в курсе был.
* Хафиз Асад — президент Сирии.
А тогда в Дамаске все в истерике были почему-то израильского десанта ждали, поэтому и мы прибыли в Аппарат с автоматами и в касках. Расселись вокруг стола, на котором приемник стоит, автоматы на пол положили. Ждем. Тут Асад начинает говорить: мы, мол, чуть было не взяли такие-то и такие высоты и населенные пункты противника... А конструкцию такую выбрал для этого предложения, что по-арабски это звучало так: мы взяли такие-то и такие-то высоты и населенные пункты противника, а «чуть было не» выносилось в самый конец предложения после длинного перечисления названий всех высот и населенных пунктов, которые так и остались у израильтян. Так вот, когда Асад начал перечислять все эти названия, население ничего не поняло — сирийцы решили, что свершилось чудо и что все это на самом деле взято. И начали салютовать выстрелами вверх из автоматов и пистолетов. Так резво салютовали, что впечатление было — по всему Дамаску начался ожесточенный бой...

Мой Милосердов всю эту канонаду услышал и как заорет: «Израильский десант!» И ничего умнее не придумал, как послать на крышу нашего Белого дома Марата Сайфулина, переводчика из мгимошников, которого по зрению на фронт не отправили — у него очки были со стеклами сантиметровой толщины. Ну и папа крупный политический обозреватель, «Международную панораму» вел... Маратик, естественно, хватает автомат и на крышу. Мы сидим спокойно какой, в жопу, десант, все ведь уже закончилось. Но тут вдруг слышим — с крыши длинными автоматными очередями лупить начали... Тут даже мы растерялись — если нет десанта, то в кого же тогда наш мгимошник лупит ? А Милосердов, которому не удалось героически погибнуть на поле брани, весь аж расцвел — хватает телефонную трубку и кому-то докладывает, что Белый дом, мол, окружен израильским десантом, ведем бой и т.д. А среди прочего вдруг заявляет: «Принимаю решение на подготовку к ликвидации». Вот тут мы все по-настоящему перепугались, потому что ходили слухи, что, дескать, весь Белый дом нашпигован взрывчаткой и если что достаточно нажать какую-то кнопочку, и общий привет... Бог его знает, была эта кнопка или нет, но я-то знал, что, если она есть, — мой псих ее обязательно нажмет. Очень уж ему хотелось героем стать.

^ А Маратик наверху между тем не унимается — лупит себе и лупит из автомата, он ведь, гад, на крышу с подсумком полез как-никак четыре рожка... Мы друг на друга смотрим — и у всех на рожах одна мысль читается: про эту кнопку. Милосердов по всем советским учреждениям в Дамаске названивает — израильским десантом пугает. Мы пошептались, пошептались и, чтоб, не дай Бог, этот мудак до кнопки не дополз, решили электричество вырубить. Думали, что кнопка-то — она тоже электрическая... Это потом уже нам объяснили, что если такая кнопочка и была, то с автономным питанием... Короче, когда свет погас, Милосердов совсем обезумел, заорал: «Провода перерезали, суки!» и куда-то понесся, завывая на ходу. Видать, кто-то в темноте, решив, что полковник к кнопочке бежит, ему ногу подставил — и вошел мой хабир* своим лбом аккуратно в дверной косяк. И вырубился. А мы на крышу полезли за Маратиком, помню, радовались еще, что этот ухарь гранат с собой не захватил...
* Хабир — специалист.
Там ведь что оказалось... Когда Маратик из кондиционированного помещения вылез, у него очки сразу запотели — ночь-то была душная, он их решил было протереть, но от волнения так руки тряслись, что уронил их с крыши-то. А без очков он не видел ни хрена. Только размытые какие-то очертания. Напротив Белого дома стояло здание корейского торгового представительства, мирный дом, где на крыше простыни сушились, как на Востоке принято. Маратик с перепугу и сослепу эти простыни за парашюты десантников принял и открыл беспощадный огонь... Слава Богу, не убил никого: корейцы — люди дисциплинированные: как только стрельба по дому пошла — попадали все на пол, так и лежали всю ночь... Единственной жертвой «отражения еврейского десанта» стал один бедолага прапорщик: он приперся в наше торгпредство водки шлепнуть, когда Милосердов туда позвонил и сказал, что сброшен на город десант. Прапора выкинули в сад и заперли двери: мол, ты военный, вот и охраняй нас. И этот прапор с пистолетом Макарова всю ночь в саду находился, от ужаса поседел полностью и малость головой двинулся...
* * *
К концу рассказа Рыжего я уже даже смеяться не мог, а он оставался абсолютно серьезным и даже ни разу не улыбнулся. Выпив рюмку водки, Быстрицкий закурил, долго молчал, а потом сказал вещие слова:
* * *
Близорукость глаз — ничто по сравнению с близорукостью мозгов. Это должен четко помнить всегда и везде любой военный переводчик. Я вот в свое время не знал и в результате чуть было из нашего Краснознаменного института не вылетел.

А дело было так. Курсом младше меня училась в нашем колледже дочка заместителя командующего сухопутными войсками товарища генерала-лейтенанта Шишкарева. Не скажу, что девушка была страшна аки зверь библейский, но и на Софи Лорен не тянула. А мы тогда еще в казарме сидели, сам знаешь, тоска смертная, все развлекаются как умеют. И была у нас мода на разные разности в карты играть. Вот однажды я и проиграл Катеньку Шишкареву (или выиграл, это, понимаешь ли, как посмотреть). Короче, должен я был генеральскую дочку лишить невинности. Карточный долг долг чести, начал я ее клеить, а у самого мурашки по спине, потому что понимаю, что играю с огнем. Она-то рада была, ежу понятно, с ней же никто связываться не хотел при таком-то папе. Это все равно что под танк с гранатой кидаться, заранее зная, что Героя не дадут даже посмертно. Кстати говоря, и мой батяня еще не генералом был, а всего-навсего полковником, но это так, к слову.

Так вот, собрал я все же волю в кулак и как-то уболтал Катерину. Она меня к себе домой пригласила, ее родители должны были быть на даче. То да се, начал я потихоньку Катьку к дивану подтаскивать, а она боится, упирается, происходит возня, кувыркание. Ну сам знаешь... А мы еще сдуру пинкфлойдовскую «Стену» включили на полную мощность. В общем, только-только я Катьку раздел, только с себя все лишнее скинул и на нее полез, вдруг мне на жопу что-то холодное и металлическое падает. Я, стоя голым, раком над Катькой, обернулся и чуть не обосрался в дверях Герой Советского Союза генерал-лейтенант Шишкарев собственной персоной. Мы из-за музыки не услышали, как он замок открывал. А генерал в квартиру зашел, слышит, у дочки в комнате магнитофон надрывается. Дай, думает, загляну к Катеньке, чего это она. Заглядывает, а Катенька голая на диване, а на нее какая-то волосатая жопа лезет. Генерал-то боевой, не растерялся, взял и бросил связку ключей, которую в руке держал... В общем, немая сцена. Голый курсант завис над голой курсисткой, а в дверях — генерал-лейтенант в полной форме, со звездой Героя на кителе. У Катьки истерика случилась, она давай ржать как сумасшедшая. Генерал насупился и в гостиную ушел. Я одежду свою схватил и начал одеваться лихорадочно. Потом, как обосравшийся пудель, захожу в гостиную, отдаю, как положено, честь и пытаюсь что-то вякнуть. А Шишкарев мне:

^ Товарищ курсант, вы свободны. Своих внуков я воспитаю без вашей помощи.

Хотел я ему сказать, мол, какие тут внуки, но постеснялся, ушел из генеральской квартиры молча. Как мне жилось потом, лучше не вспоминать. Целый месяц отчисления ждал, но генерал молодцом оказался: из-за дочки с курсантом связываться не стал, — она, кстати, потом достаточно быстро замуж выскочила за паренька с моего же курса. Он, в отличие от меня, уже два года майором ходит. А у меня потом долго еще с бабами не очень хорошо все складывалось. Я как на кого-нибудь залезу, все время страх, что на задницу опять ключи упадут. Еле-еле от этого комплекса избавился. Врачи потом говорили (есть у меня пара знакомых), что от такого шока вполне могла развиться неизлечимая импотенция...
* * *
Таких вот историй Рыжий знал множество, и непонятно было, где он врал, а где действительно рассказывал случаи из своей жизни. Получив майора, он через месяц свалил обратно в Москву, и больше мы с ним никогда не виделись. Но для меня он остался фигурой знаковой, потому что именно его рассказы помогли мне, недоучившемуся студенту, стать настоящим военным переводчиком...

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   32

Похожие:

Байки служивых людей iconЕлена Трегубова Байки кремлевского диггера елена трегубова байки...
Насколько сильный наркотик – близость к власти, мне довелось испытать на собственной вене

Байки служивых людей iconОколокомпьютерные байки
Человеку для того, чтобы придти в себя, достаточно всего два пальца, а компьютеру надо три!

Байки служивых людей icon9 классы Всемирная история
Г. С. Сковорода. Вірші Сковороди. Байки. Притчи й афоризми. Вивчити напам’ять з хрестоматії пісню 10, а також De Libertate (стр....

Байки служивых людей iconДля родителей и людей, помогающих в уходе за больными детьми
Вам ощущать себя намного более счастливыми. Для многих людей домашние питомцы – не просто животные, а настолько близкие существа,...

Байки служивых людей iconЕсть великие люди среди маленьких людей, и есть великие люди среди великих людей.  
Расширение общего кругозора детей, знакомство с жизнью известных людей Донецкой области

Байки служивых людей iconКазаки в Коростышеве (Дикое разчарование)
Трудности связанные с экипировкой были решены на удивление легко. Представители фирмы author любезно предоставили нам байки, фары,...

Байки служивых людей iconСистема естественного пеленания Что входит
«Сердце» системы. Эластичность его главное качество: подгузник плотно прилегает к телу, но не сдавливает его и позволяет ребенку...

Байки служивых людей iconСказка ложь, узнайте правду! 1 «Ведьмины байки»
Особенно если это дипломированная ведьма, разъезжающая по белорским лесам и весям в поисках работы, а пуще того – приключений. Но...

Байки служивых людей iconГазеті “Черниговский листок” (1861–1863)
Полтавської гімназії, де почав писати вірші І де виходить його перша збірка російською мовою “Стихотворения Леонида Глебова” (1847)....

Байки служивых людей iconЛьвов – Олесько – Подгорецк – Золочев Плай Славское 29 декабря –...
Увлекательные истории о знаменитых людях, которые творили историю Львова, байки, легенды, исторические курьезы. Неповторимые уголки...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<