А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций




НазваниеА. М. Дерибас Сборник статей и публикаций
страница12/15
Дата публикации27.02.2013
Размер2.57 Mb.
ТипСборник статей
uchebilka.ru > Литература > Сборник статей
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

Библиография.
1. Паустовский К.Г. Собрание сочинений: В 6 т. - М., 1968.

2. Паустовский К.Г. Собрание сочинений: В 9 т. - М., 1986.

3.Воспоминания о Константине Паустовском. - М., 1975.

4. Паустовский К.Г. Поэтическое излучение. - М., 1976.

5. Левицкий Л.А. Константин Паустовский: Очерк творчества. - М., 1977.

6. Ачкасова Л.С. Раннее творчество К.Паустовского, 1916-1932 гг. - Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1960.

О.В.КОРОЛЬКОВА
...А я был солдатом...”

Фронтовые письма Генриха Белля.
Копии писем Г.Белля 1943-1944 г. любезно предоставлены Одесскому литературному музею Р.Бел-лем и Архивом Г.Белля (Кельн).
Генрих Белль вступил в немецкую литературу в

1947 г., и первые его произведения были посвящены теме войны. Не только потому, что проблема осмысления далеко не самых славных лет немецкой истории была чрезвычайно актуальной для беллевского поколения, но и потому, что единственным серьезным жизненным опытом начинающего писателя был опыт солдата.

Осенью 1939 г. студент Кельнского университета Г.Белль был призван на действительную службу в ряды вермахта, служил в оккупированной Польше, затем во Франции. Военная судьба была милостива к ефрейтору Беллю - он не принимал участия в военных действиях. Но осенью 1943 г. его часть перебрасывают на Восточный фронт, в одну из самых горячих точек - в Крым. Зимой 1943-1944 гг. здесь идут ожесточенные бои, завершившиеся победоносной для Советской Армии Ясско-Кишиневской операцией в августе 1944 г.

Письма Г.Белля, которые он почти ежедневно пишет своим родителям и жене, позволяют с большой точностью восстановить обстоятельства его пребывания на Восточном фронте и, в частности, в Одессе: конец октября-начало ноября 1943 г. - военный эшелон идет в Крым, останавливаясь на небольших станциях; 10 ноября 1943 г. - Винница, откуда самолетами часть доставляют в Одессу; 11 ноября 1943 г. - само-летами же часть перебрасывают в Крым, на передовую; 2 декабря 1943 г. - Белль получает осколочное ранение головы. Раненого перевозят из медсанчасти в медсанчасть, а затем 6 декабря 1943 г. на “юнкерсе” доставляют в Одессу, в лазарет. Произведена операция, и 13 декабря 1943 г. Белля переводят в другой лазарет, в 80 км от города в сторону румынской границы; 6 января 1944 г. - Белль прибывает в Одессу на поезде Бухарест-Одесса на неврологическое обследование, а затем его определяют в роту выздоравливающих; 12 января 1944 г. - лазарет для легкораненых на границе с Румынией, откуда путь Белля идет все дальше на Запад.

Именно Восточный фронт становится первым непосредственным столкновением Г.Белля с войной. “Когда-нибудь потом я расскажу тебе кое-что об этих днях, когда я смотрел войне в ее настоящее лицо [...]” - пишет Белль в письме к жене, Аннемари Белль, 14 ноября 1943 г. (здесь и далее письма Г.Белля даны в нашем переводе - О.К.). Позже он действительно расскажет об этом, и не только Аннемари, но и всем своим соотечественникам, всему миру, в рассказах “Неизвестный солдат”, “Тогда в Одессе”, “Мы, вязальщики метел”, в повести “Поезд пришел вовремя” и во многих других произведениях. В 1943-1944 годах выкристаллизовывается то понимание войны, которое писатель пронесет через всю жизнь. Фронтовые письма Белля являются чрезвычайно ценным документом в этом смысле. Особенно интересны для нас письма с Восточного фронта, так как в них отчетливо выражен взгляд будущего писателя не только на сущность войны, но и его отношение к русским, к России и, в частности, весьма любопытное восприятие нашего города Одессы.

Война для Белля принципиально лишена любого налета героичности, она сопрягается в его сознании, в первую очередь, с грязью, кровью, унижением человеческого в человеке, страхом, отравляющим каждую минуту существования, бессмысленной гибелью людей. “Война жестока, зла и ужасна; как звери, мы съеживаемся в своих земляных норах и прислушиваемся, прислушиваемся к огню артиллерии, которая часто почти накрывает нас тяжелыми калибрами [...] Мне представляется загадочно-печальным, что матери должны отпускать своих сыновей на войну [...], я плотно и крепко прижимаюсь к черной русской земле,чтобы защитить свою жизнь от смертельного железа. Ах, я уверен, что со мной ничего не случится”, - пишет Г.Белль в письме Аннемари 19 ноября 1943 г.

Письма Белля с Восточного фронта - это не жалобы на тяготы военной жизни и не бодренькое приукрашивание действительности для успокоения родных. Они полны очень точных и трезвых наблюдений над происходящим и таких же трезвых раздумий и оценок. Вместе с тем, беллевские письма проникнуты необычайной теплотой по отношению к близким, тоской по ним, желанием приободрить их и вселить в них веру в благополучный исход всех страданий. 7 января 1944 г. Белль пишет родителям из Одессы: “[...] я действительно верю в Божью помощь и пребываю в постоянном убеждении, что я вернусь к вам живым из ужасов этой войны. Здесь действительно не ждешь абсолютно никакой человеческой помощи; исключительно везде ты предоставлен воле “случая”. Нужно только знать, что никакого случая нет, но действительно каждая мелочь зависит от Бога”. Беллю совершенно чужда идея “фронтового братства”, которая одушевляла писателей “потерянного поколения” после первой мировой войны. Его солдат одинок в своей “заброшенности” в страшную круговерть войны.

Особенно сильно это чувство перед лицом огромной, таинственной и страшной для Белля России. Первый раз он ступает на русскую землю во время остановок военного эшелона, в котором он едет на фронт. “На станциях, где мы останавливаемся, царит сумасшедшая, пестрая суета, безумная торговля предметами одежды, часами, зажигалками [...] Русские платят фантастические цены за все [...] И это всегда замечательно, когда на остановке можно покинуть темницу вагона, чтобы глотнуть воздуха, увидеть людей, действительно настоящих русских мужчин и женщин с птичьими голосами, как у домработницы вашей хозяйки” (письмо родителям, 9ноября 1943 г.). “Россия, так, как ее видишь из окна вагона, несказанно велика и печальна, действительно сказочная страна, которую не так-то легко “понять”, нужно ждать, ждать [...] До сих пор мы всегда останавливались на маленьких сельских полустанках, здесь люди еще не так сильно сломлены голодом. В деревне вообще жизнь сохраняет всегда свою естественную форму [...], но иногда по пути можно увидеть мрачных, бледных, жалких, бедных пролетариев, по виду которых можно догадаться, что такое Советская Россия” (письмо 10 ноября 1943 г.). Это последнее письмо Белля с дороги.

Затем его ждут изнурительные бои в Крыму, ранение и, наконец, - передышка, “остановка в пути” - госпиталь в Одессе. “[...] В этом большом, темном, очень восточном городе я лежу на изумительной белой постели с широкой повязкой на голове, которая, однако, выглядит более опасной, чем есть на самом деле”, - пишет Белль родителям 8 декабря 1943 г. Появляется возможность кое-что увидеть в этой загадочной России, пусть даже госпитальный двор или некоторые улицы города: “Широкая, широкая и плоская, и белая - Россия, эта страна без заборов и стен, без границ кишит злыми духами... Я так тоскую по Рейну, по Германии [...]” (письмо родителям, 31 декабря 1943 г.).

А вот какова Одесса, увиденная глазами ефрейтора Белля (письмо Аннемари, 7 января 1944 г.): “От вокзала я должен был добраться до пункта сбора раненых по улицам, покрытым жидкой глиной, на которую безостановочно падал снег, через “базар” - рынок. Ах, эта толкотня востока мне так отвратительна. Я еще не успел отойти от вокзала, как какой-то устрашающего вида бродяга захотел за 1200 марок снять с меня обручальное кольцо. Прежде, чем я успел опомниться, он сунул его под лупу и был откровенно восхищен качеством золота! Ах, мне действительно стало противно. На базаре ты можешь купить все, что хочешь, а также все можешь продать. Идет безумная торговля между сельскими и засаленными “местными жителями”, у каждого из которых по десять тысяч марок в кармане. Ты можешь сколько угодно есть жареные колбаски, ты можешь купить шоколад, сигареты, сало, сливочное масло, ветчину, чудесное подсолнечное масло [...], водку и радиоприемники[...] Ты можешь съесть шницель по-венски, приготовленный со всей изощренностью, ах, все, что вообще продается и покупается есть на этом [...] “базаре”, который одновременно подобен раю и преисподней [...] - а вокруг, на фоне темно-серого неба, ты увидишь фантастические силуэты прекрасных башен с куполами-луковицами; толстые, уютные башни, в которых. однако, есть что-то таинственно демоническое. Но самое фантастическое - это дома, грязно-желтые фасады, от желтого до черного, призрачные и захватывающие, плоские крыши, длинные, длинные грязные улицы, и эти желтые фасады, такие похожие и, в то же время, захватывающе чуждые друг другу. Моя первая мысль при виде этих домов была: Достоевский! Волнующим образом они все ожили передо мной: Шатов и Ставрогин, Раскольников и Карамазовы, ах, все они были со мной, когда я смотрел на их дома. Это именно их дома [...], я могу понять, как в подобных домах можно было днями, ах, годами дискутировать за чаем, сигаретами и водкой, ковать планы и забывать о работе [...]. Я еще недостаточно силен, чтобы выразить то, что движет моим сердцем... Знаю только, что я почувствовал, что я человек с запада, и что я тоскую, тоскую по Западу, где еще сохранился “raison”. Здесь, в “больничном районе”, - необозримая колония крепких, солидных, красивых, но немного безвкусных домов-коробок [...], совсем таких, как у нас ящики для детских кубиков! Между ними разбросаны запущенные поля и дома-казармы; и все, все без заборов и стен, это в первую очередь и больше всего бросается в глаза, особенно, если ты приехал непосредственно из Франции; там каждый ничтожный клочок земли окружен до смешного высокой стеной, здесь же все свободно, велико и безгранично [...] Во Франции можно чувствовать страх, входя в дом, здесь же страх охватывает тебя при виде плоских беспредельных полей, которые “свободны” для всего!!!”

Белль рассуждает с точки зрения “человека Запада”, поэтому и Одесса для него - город Достоевского и, в то же время, город огромных пространств. Настоящего своеобразия Одессы Белль не видит, да оно и понятно в его ситуации.

И все же Одесса, Россия вообще, для Белля таинственны, непознаваемы рассудком, пугающе чужды, но не враждебны! Для него здесь нет врага, что не совсем обычно для солдата, который стреляет сам и в которого стреляют. В письме Аннемари 21 ноября 1943 г. из Крыма Белль признается: “Проходя мимо каждого убитого, немец он или русский, я приучил себя тихо говорить: ”Благослови, Господь, твою душу!” А в конце своей жизни, в 1985 г., в эссе “Письмо моим сыновьям, или Четыре велосипеда” он напишет так: “[...] у меня нет ни малейшего основания жаловаться на Советский Союз. То обстоятельство, что я там несколько раз болел, был там ранен, заложено в “природе вещей”, которая в данном случае зовется войной, и я всегда понимал: нас туда н е п р и г л а ш а л и [...] Солдатам - а я был солдатом - следует жаловаться не на тех, против кого их послали воевать, а только на тех, кто послал их на войну”.1

К 1985 году Белля вел долгий путь гуманистических исканий и утверждений. Но мы с полным правом можем считать, что путь этот начался уже в 40-е военные годы и, не в последнюю очередь, на Восточном фронте.

Примечания
1. Иностранная литература. - 1985. - № 12. - С. 221-222.
Е.А.КАРАКИНА
Маргиналии С.А.Бондарина.
Поэт и драматург Всеволод Эдуардович Багрицкий погиб на Волховском фронте 16 февраля 1942 года, не дожив двух месяцев до своего двадцатилетия. Спустя двадцать два года вышла книга: Всеволод Багрицкий. Дневники, письма, стихи. - М: Советский писатель, 1964. Книга составлена и подготовлена к печати Л.Г.Багрицкой1 и Е.Г.Боннэр2. Этот сборник включает в себя практически все лирические произведения автора, а также письма и дневники 1938-1941гг. В фондах Одесского государственного литературного музея хранится экземпляр сборника, поступивший из архива С.А.Бондарина, с дарственной надписью Л.Г.Суок-Багрицкой и карандашными маргиналиями С.А.Бондарина.

С.А.Бондарин (1903-1978), писатель и публицист, начинал свою литературную деятельность в Одессе, где был связан с кругом авторов, вошедших в отечественную литературу под названием "Одесская школа" или "Юго-Запад". Его первые шаги в литературе связаны с деятельностью таких литературных кружков как "Коллектив поэтов"(1920-1922) и "Потоки Октября"(1922-1925), вдохновителем и неформальным лидером которых был самый яркий поэт послереволюционной Одессы Эдуард Багрицкий3. Дружба С.Бондарина с семьей Багрицких, завязавшаяся в Одессе, продолжилась и в Москве, куда Багрицкие переезжают в 1925, а Бондарин - в 1928 году. Перу Бондарина принадлежат интереснейшие воспоминания об Э.Г.Багрицком, часть которых посвящена детству Вс.Э.Багрицкого.

Заметки на полях сборника Вс.Багрицкого носят двоякий характер - мемуарный и профессиональный. С одной стороны они проливают свет на некоторые подробности частной жизни семьи Багрицких (нерасшифрованный "друг дома", дружеское участие В.И.Нарбута4, предысторию ареста Л.Г.Суок-Багрицкой), а с другой - являются рецензией на стихи Всеволода.

Публикуются впервые. Сохранены особенности оригинала. (С левой стороны - маргиналии С.Бондарина, с правой - текст оригинала, к которому они относятся.)
Эту книжку старому

другу Сереже дарит

Севина мама.

Лида

6.IХ.-64г.

/дарственная на форзаце/
За битого двух небитых дают

прошел огонь и медные

трубы.Знал и войну и суму.

Человек должен знать все

должен искать, жаждать

не успокаиваться: Кто точно

успокоился, тот пол-человека,

тот погиб. Сева не был таким.

Он мог уважать себя.

/после предисловия,написанного М.Светловым/

/с.4/


Для меня Сева Багрицкий

- мой крестник, маленький

и шелопут, способный нож-

ницами порезать мои брюки а в этой

книжке - для чи-

тателей - он - мыслящий и

страдающий мальчик, под-

росток, юноша - поэт.


...Вставай же, Всеволод, и всем

володай

Вставай под осеннее солнце!

Я знаю: ты с чистою кровью рожден,

Ты встал на пороге веселых времен!..
[строки из стихотворения Э.Багрицкого

"Папиросный коробок", посвященные сыну]
Нет, не совсем так. Отец

верил, что веселые времена

за порогом, близко, а на

самом деле за порогом было

трудное, невеселое, душное

время. После смерти отца

подростку и юноше

выпало на долю пережить мно-

го невеселого: мать пыталась отра-

виться из-за несчастной любви

к "другу дома", двоюродный брат

в припадке выбросился из окна

с пятого этажа - и убился. Потом

арестовали "действительного друга

много сделавшего для памяти

Багрицкого - В.И.Нарбута и за

ним - Лиду "за соучастие" и наконец

грянула война. Семья, которая

могла быть счастливой - погибла.

/с.5/
Севке 16-17 лет

Он остался один - с Машей Под строками

старой домработницей, ко- "1938-1939гг.-

торой Эдуард говорил: Письма к маме"

- Маша, кушайте брынзу

внутрь.

Не потому ли, не от чувства

ли одиночества, не от потреб-

ности ли в семейном уюте и

женской ласки Севка чуть ли

уже не в эти годы искал

женщин, не прочь был женить-

ся. В семье так быстро и

так жестоко разрушенной

он приучился к собакам птицам

и рыбкам. К многолюдности.

/с.7/
Сродни [Замечание предваряет первое

дневника письмо Вс.Багрицкого]

Нины Костериной.
Лиду арестовали [там же]

в августе 1937г.

после истерической

сценки в прокуратуре

куда она ходила по поводу

Нарбута с Симой

/с.9/
юный поэт -

Сева уже думает ^ Мир вдохновения. Этот мир за ок-

ном.

о" мире вдохновения"

/с.11/
детская, ученическая Тогда ко мне входит мир -

пунктуальность. мой друг, мое вдохновение.

/с.12/
балладные К стихотворению "Гость".

ритмы и интонации

стихотворений

Багрицкого

/с.13/
Думы

и чувства

Багрицкого К стихотворению "Гость".

о борьбе

и победе,

отрывочное

неясное

путанное

сознание

юное

пытливое

и уже травми-

рованнное

ушиб

боль

недоумение

/с.14/

Конкретность К стихотворению "Гость".

мироощущения

Багрицкого

/с.15/

Хочу написать поэму о Северном

полюсе.

Задумал так: ^ Андрэ и папанинцы.

романтика времени

/с.16/

трезвость Ну, да не сразу же писать хорошие стихи.

одиночество Я да ты, да мы с тобою.

Я да ты со мной на свете.

друг мальчика Люся6 все время живет в Ленинграде.

и его памяти - Приезжает только к первому числу

на всю жизнь каждого месяца - делает передачу маме.

его мамы и позии

женщина-врач

/с.17/
Лида стала Очень рад, что ты не на физической

учетчицей на работе.

молочной ферме

или лаборан-

ткой
не С 20-го числа у нас начинаются

экзамены испытания.

испытания
? Я себе жизнь представляю иначе.

+ ...чувствую, что напишу что-нибудь

большое и хорошее.

/с.18/

смешно К стихотворению "Отчего же дым

и трогательно над городом..."

/с.19/
"папино" Хочу купить костюм, но испытываю

отвращение к пиджакам.
ворон К стихотворению "Над дальней

равниной..."

/с.20/

неуклюже К стихам "Пролетели галки

бессвязно в даль куда-то..."

но ощущение всегда.
Был утоплен, К сноске: Поэт Владимир Иванович

с другими Нарбут. Репрессирован в 1936 году,

заключенными был сослан на Колыму, реабилитирован

на барже посмертно.

/с.22/
папино ^ На скатерти чайник...

раннее

/с.24/
За Вижу свет зари грядущей

горами дел За горами новых дел.

/с.25/
красные В это время из-за леса

красные Красных двинулись полки...

дрались

за

лучшую жизнь

/с.26/
горе не Я поступаю в комсомол.

убило, не поглотило

желание верить.

робость Напиши о впечатлении, которое

производят мои стихи.
на спуске От спуска ноги

бегут, бегут,

Мелькает стена кремлевская.
девичье крепкое К стихам "Мы сидели вдвоем

стройное загорелое на широкой шаланде"

тело в море.

запах моря

/с.27/
Я хотел бы, чтоб этой ночью

Воздух влажен был и прохладен,

совсем Я хотел бы, чтоб флаг светился

детские От начала и до конца.

/с.28/

неуклюже К стихотворению "Ночь"

смешно

но ощущение
Кунцев [псевдоним Вс.Багрицкого, повторенный

С.Бондариным]
и он К цитируемым стихам В.Ходасевича

не любил

зеркало

и Олеша
? ...Из моих товарищей, старых твоих

знакомых, остался только Мика.

/с.29/
потом, вернее Комментарии Владимира Ивановича.

сейчас, их [В.И.Нарбута]

"использивила"

Любарская.

/с.31/
Любовь и вера в За окнами Москва,

мир за окном. Мандельштам Вечерний нудный шум...

/с.32/
цельность! Стихотворение "Одессит"

/с.33/
Вон ... во-вторых, в связи с тем, что стал

как! в некотором роде взрослым.

все еще

по

ребячески
Одесское небо - синь широка,

Прост полет облаков.

Враз сосчитаешь до сорока

Да сорок лет прожить нелегко.

об отце Море! Оно приближалось к тебе.

Припадок, астма - ты болен.

Слышишь ли ты? Оно о нашей судьбе

Песню поет, шелестя прибоем.

/с.35/

26 март,т.е. через четыре дня, иду брать у

костюм портного свой первый в моей семнадцатилетней

жизни костюм. Костюм этот мне купили Олеши.

...Плечиво!

/с.36/
И сзади нет дороги

И только звезды за окном

Да тучи поволока

цельно И только в комнате темно

И странно одиноко.

/с.37/
Да [из письма к Л.Г.Багрицкой]

все Работай честно и по мере сил.

так

говорили

/с.38/

Цельно К стихотворению "Весна"

хорошо

/с.39/
искренность

наследственное [к размышлениям о самоубийстве

отсутствие двоюродного брата]

паники

и сентиментальности

- от

матери,

трезвость

/с.48/
когда нибудь и мою

книгу будешь читать.

/между 48 и 49 стр./
это пожалуй К стихотворению "Все та же комната..."

лучшее

/с.49/
это Мой брат ушел - к чертям, навсегда,

от Забыл про тоску и бессоницу,

Лиды - Про комнату маленькую, как чемодан,

материнское Про маму, с которой ссорился.

И прямо в рай

полетела душа

С пятого

этажа

/с.50/
Восемнадцатилетний мальчик,

Которого отец

не забывает! Обул и одел.

Возраст ...Севка, "мыслитель жизни" -

глупо сказано.

/с.51/

Язык Чувство с названием страсть?

страдает

всюду.

?

/с.52/
Игорь? Можно написать очень хорошую

Славе? вещь, приняв за основу жизнь Олеш.

Драматургу

/с.53/
юношеский Говорит протяжно, томным голосом.

сарказм Кажется, что он по вечерам читает

своей собаке лекции о различии

пятистопного и шестистопного ямбов.

/с.58/
хор Когда рассвет невнятно начинался,

Здесь шел пастух,

А перед ним покорно,

Сосредоточенно брели коровы.

/с.62/
Глаза у Севы добрые. К фотографии "Сева и Максим Гре-

ков”.

/между с.64-65/
удачно К стихам "Сумрак бредет навстречу..."

/с.66/
вот По всей вероятности, на днях женюсь.

как!

/с.67/
от скуки А я все-таки женился, - глупо!

как

пишет

Маша

/с.69/
настроение! К стихотворению "На московских скверах...”
где ...Пьесу мы кончили.

она?

/с.75/
форма Крик - кого-то бьют, наверно,

Звон - дуэль под фонарем,

А за ставнями таверны

Ругань, песни и содом.
Да, уже Так нарушая сонный быт -

есть Спокойствие моих традиций,

строгость Ты в дни мои влетела птицей.

формы. Я не могу с тобой проститься,

Я не могу тебя забыть.

/с.77/

Да! К стихам "Когда все вишни мы поели..."

/с.78/
Смешно. К строке "Бычки крутили львиной головой".
Язык Сверкало солнце, млея и рябя,

язык! Пустынных берегов был неразборчив контур.

/с.81/
Неуклюже К стихотворению "Я родился на улице

как Дальницкой..."

в ранних

стихах

/с.82/
Москва

ноябрь

1941

/с.91/
Кунцево ...Три стихотворца входят к нам.

Багрицкий Биндюжной их встречают бранью

В ней много юга и тепла,

И строчки возникают сами

И забывают про меня.

/с.94/

язык. Когда раздумывать не стоит

язык! И виснут вишни за забор.

/с.96/
хор Жила приличная семья.

И я твердил друзьям упрямо,

Что в этом вижу счастье я,

Не понимая, что влюбился

Не в девушку, а в тишину,

В цветок, который распустился,

Встречая летнюю луну.

/с.97/
чистый К отрывку "Стал я спокойнее и мудрее..."

голос

/с.98/
А это К стихам "Мне противно жить не раздеваясь..."

наверно

серьезно

?

/с.100/

очень Чертовски хочется взглянуть на все

интерес происходящие события сверху, увидеть

но дальнейшее, послевоенное развитие

личности и государства.

/с.101/
Балтер Бросимся в плаванье, мальчики!

/с.103/
Думает о женщинах [в эшалоне]^ Одна из них, в летне

как отец пальто,окруженная детьми, тихо

стонала.

/с.107/
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

Похожие:

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconСборник статей американських и украинских теоретиков
Социологическая теория сегодня. Сборник статей американських и украинских теоретиков / Под ред. В. Танчера // Национальная академия...

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconСовременное образование: научные подходы, опыт, проблемы, перспективы сборник научных статей
Сборник научных статей по итогам IX всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Артемовские чтения» (16-17...

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconОбложка уда универсальная дезинтеграторная активация сборник научных статей
Уда. Универсальная дезинтеграторная активация. Сборник научных статей (1980 год, 112 страниц, 2000 экземпляров)

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconСборник статей участников планируется издать до проведения круглого...
Антропология права: философское и юридическое измерения (состояние, проблемы, перспективы)”

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconПравила представления рукописей статей в сборник научных трудов Донецкого...
Для публикации в сборнике подаются статьи, отражающие новые теоретические и практические результаты исследований в области машиностроения...

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconТребования к оформлению статей в Сборник научних трудов Полтнту
«Сборник научних трудов. Серия: отраслевое машиностроение, строительство» принимает в печать написанные специально для него оригинальные...

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconПравила оформления статей в межведомственный тематический научный...
Межведомственный тематический научный сборник «Ветеринарная медицина» включен в перечень специализированных изданий вак украины,...

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций icon-
Баскин Ю. А. История правовых политических учений: Сборник статей. Спб: Познание, 2000. – 254 с

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций icon-
Опубликовано в "Мальчики и девочки: реалии социализации. Сборник статей". – Екатеринбург: Изд-во Уральского ун-та, 2004. – 373 с....

А. М. Дерибас Сборник статей и публикаций iconСборник статей Составитель
Материалы данного сборника посвящены проблеме социально-психологической адаптации военнослужащих, уволенных из армии

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<