В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова




Скачать 139.9 Kb.
НазваниеВ. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова
Дата публикации03.08.2013
Размер139.9 Kb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Математика > Документы
УДК 821.160

В. В. Савченко

ОНУ имени И. И. Мечникова

Одесса (Украина)
ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ФОТО ФЕЛИКСЫ КОВАЛЬЧИК:
СПОСОБНОСТЬ ИНОГО ВИДЕНИЯ


Ведь все, что мы делаем, касается

одного и того же важного дела —

видеть и смотреть: очень сложного,

очень волнующего, завораживающего

взаимодействия нашего мозга и глаз.

П. Гринуэй
Феликса Бернардовна Ковальчик — человек, несомненно, неординарной судьбы — личностной, профессиональной, художественно-творческой, фотограф с оригинальным, узнаваемым почерком, с удивляющим и зачастую изумляющим нетривиальностью видением. Причем эта остро выраженная индивидуальность находит существенное отражение как собственно в творчестве, так и в коллизиях и вехах жизненного пути.

Но разговор об авторе, который является вашим современником, пусть даже и старшим, в ключе биографистики представляет определенные этические затруднения, напоминая нечто от попытки бальзамировать живого человека. Поэтому основное внимание в предлагаемой теме уделяется анализу эстетики фотографий, лишь с небольшим вступлением биографического характера, задающим справедливое, с нашей точки зрения, позиционирование и жизненной, и художественно-творческой траекторий Ф. Б. Ковальчик как единой в своей целостности современной нонконформистской позиции, не подчиняющейся какому-либо давлению извне и руководствующейся внутренними личностными ориентирами и идеалами — нравственности, ответственности, свободы.

Ф. Б. Ковальчик родилась в Донецке, отец был поляком, поэтому девочка получила довольно оригинальное в Украине имя. С детства проявляла интерес к изобразительному искусству, но жизнь решила посвятить математике. Поступала в ОГУ им. И. И. Мечникова на механико-математический (самый сложный для обучения) факультет и окончила его в 1968 г. с отличием. В 1972 г. окончила аспирантуру ОГУ по специальности «аналитическая теория чисел». С 1970 года по сегодняшний день, т. е. без малого 43 года, работает на кафедре компьютерной алгебры и дискретной математики Одесского национального университета. Кандидат физико-математических наук, доцент.

И сегодня в университете среди студентов-математиков ходят легенды о строгости, принципиальности и требовательности Ф. Б. Ковальчик, экзамен или зачет у которой сдать очень непросто. Но не менее ответственно и строго она относится к собственному преподаванию, к подготовкам, к чтению лекций и спецкурсов, даже если в аудитории стабильно находится один или два слушателя. Так же ответственно и равняясь на самые высокие планки, она работала над своей кандидатской диссертацией и после, продолжая научную работу (автор более 30 научных статей). И все это известно о Ф. Б. Ковальчик в Институте математики, экономики и механики как аксиомы — непререкаемые и бесспорные.

Фактически, биографический путь Ф. Б. Ковальчик — путь постоянного мужественного восхождения, самопреодоления и преодоления трудностей, неблагоприятных обстоятельств и т. д., может быть спроецирован на ее творческую траекторию как абсолютное подчинение поиску истины, стремление вырабатывать собственный путь, предельно внимательно и взвешенно соотносить его с контекстом, причем с контекстом максимальных возможностей и достижений в избранной области, перфекционизм и радикальная настроенность на высшую цель и высший результат.

Именно так, следуя своему индивидуальному видению, восприятию и пониманию мира, она пришла и к художественной фотографии. И здесь прокладывает и формирует свой глубоко личностный путь. Ее эрудиция, а, с другой стороны, живой интерес к происходящему в мировом искусстве — изобразительном (прежде всего живопись, графика) и визуальном (фотография, кино) — а также к тому, что открывается рядом, на выставках, здесь и сейчас, раскрывают ее творческую неутомимость, постоянный поиск, непрекращающуюся и неостановимую заинтересованность «человека с фотоаппаратом».

Анализ творчества Феликсы Ковальчик впервые был предпринят искусствоведом Е. Н. Шелестовой [9, 10], прежде всего в связи с проектами, посвященными памяти легендарного одесского графика Олега Соколова. Действительно, глубокая внутренняя связь между творческими мирами этих художников заслуживает особого внимания и рассмотрения. В этом ключе интересны и сугубо персональные выставки Ф. Ковальчик, и те, где ее фотографии были показаны в «дуэте» с графикой и коллажами О. Соколова, и в групповой презентации, как например — в экспозиции Одесского музея западного и восточного искусства «Я прав. 20 лет спустя», где совместно с работами уже ушедшего из жизни уникального мастера были представлены «фотоаналогии» (определение куратора проекта Е. Шелестовой) Феликсы Ковальчик и Андрея Чернякова, «фотозарисовки» Марии Кияшко, изопоэзия Галины Маркеловой [9].

По степени созвучности образного строя, возникающей между О. Соколовым и Ф. Ковальчик, творчество фотохудожницы определяется как почти невероятное «конгениальное» попадание в своеобразный мир соколовской поэтики, но осуществленное в ином виде искусства, характерно другими средствами и приемами. Внутренняя близость творческих вселенных О. Соколова и Ф. Ковальчик несомненна: она сразу ощущается при просмотре работ, причем многие из которых непосредственно и прямо посвящены О. А. Соколову. Это отмечается всеми исследователями творчества Ф. Ковальчик (помимо Е. Шелестовой, в публикациях В. Левчук [3; 4], В. Савченко [7; 8]).

В целом представление о творчестве Ковальчик также дают печатные каталоги, где размещены произведения фотохудожника [5; 6], а также печатная продукция: буклеты, пресс-релизы и т. д. с персональных и групповых выставок, в которых участвовала Ф. Б. Ковальчик. Характеристике творческой манеры и судьбы фотографа посвящены статьи одесского арт-критика В. Левчук (Т. Арсеньевой) [3; 4] и автора этих строк, писавшего об особенностях искусства фотохудожницы в пресс-релизе масштабной (90 работ) недавней выставки «Взаимодействую» (октябрь-ноябрь 2012, Всеукраинский болгарский центр культуры, Одесса), а также в обобщенном обзоре данной выставки в рамках арт-проекта «Образ мысли. 2012. Взгляд через объектив: Ф. Ковальчик + С. Кириченко + …» [7].

В контексте изучения творчества Ф. Б. Ковальчик представляют ценность также и устные оценки, комментарии, размышления, звучавшие во время открытий выставок, круглых столов, телетрансляций с обсуждениями искусства фотографии Ф. Ковальчик. О чем, кроме уже упоминавшихся авторов, говорили арт-критики С. Айдинян (Московский союз фотохудожников), Г. Маркелова, Е. Пименова (Одесская телекомпания «Арт»), живописцы и графики Национального союза художников Украины (Л. Беляева, С. Кириченко, К. Зарицкий, Л. Демьянишина), фотографы (С. Гевелюк — председатель Одесской областной организации фотохудожников, О. Куцкий), философы Л. Можегова, И. Голубович, культурологи В. Багацкий, Т. Уварова, музейные сотрудники А. Кугушева (Симферопольский художественный музей), Н. Андрущенко (Одесский музей личных коллекций имени А. В. Блещунова), Д. Терзи (Всеукраинский болгарский культурный центр), студенты ОНУ имени И. И. Мечникова, ОХУ имени М. Б. Грекова и других высших и средних учебных заведений города.

Анализу творчества Ф. Б. Ковальчик были посвящены также две статьи автора этих строк, связанные с конференцией «Чтения памяти А. И. Уемова» и с презентацией новой выставки фотохудожника в НБ ОНУ имени И. И. Мечникова «Одивнення: художній світ Фелікси Ковальчик» («Очуждение: художественный мир Феликсы Ковальчик»), осуществленной в рамках общеуниверситетской комплексной научной программы «Феномен тоталитаризма, его проявления и пути преодоления» и непосредственно приуроченной к началу проведения студенческой междисциплинарной научной конференции под таким же названием.

Вероятно, своеобразный сплав науки и искусства, в равной мере тонко и глубоко ощущаемых Ф. Б. Ковальчик, породил уникальность ее визуальной образности. Занимаясь фотографией с 2004 года, она практически не расстается с фотоаппаратом, денно и нощно стремясь «ухватить» глазом и объективом окружающий мир — запечатлеть его столь разнообразные голоса и звуки, изменения и постоянство, превращения и наполненность смыслами.

Настроенность на глубокое всматривание в предмет, его несуетное созерцание дает фотохудожнику возможность преображать, невероятным образом изменять привычное, эстетически открывая в нем непредсказуемые грани… Своим видением Ковальчик «о(т)страняет» предметы и явления, делает их удивительными и зачастую поражающими воображение. Чудо, подлинное преображение, с которым мы сталкиваемся в ее творчестве, заключается в том, что она словно снимает с вещей привычные одежды, оголяя даже не тела, а души предметов, настолько экспрессивна манера мастера, ее глубоко художественное «удивляющее» проникновение в мир.

Ее общение со зрителем напряженное и предельно искреннее; зачастую это боль, тревога, «забота» (в экзистенциальном измерении) о том, что осталось в окружающем нас мире незамеченным, забытым, заброшенным и равнодушно покинутым нами… Это разговор без околичностей и снисхождений, без сентиментальности и камуфляжа, но с насквозь проницающей прочувствованностью, суровой сдержанностью и одновременно пристальным вниманием к видимому и обнаруживающему себя миру, ответно откликающемуся на зов художника.

«Многое еще, наверно, хочет // Голосом воспетым быть моим…», — эти строки А. Ахматовой сближают в единстве диалогической настроенности позиции поэта и фотохудожника, диалогической открытости миру, ощущении его как живого, одушевленного, говорящего, слышащего, смотрящего на нас, взывающего к нашей способности его понимать, сострадать ему, ловить его «легкие-легкие звоны» и не отворачиваться в надменной самоуверенности homo faber от идущих от мира призывов, а нередко и криков отчаяния.

Э. Кассирер в «Опыте о человеке» утверждал одушевляющую мир мифологичность сознания как необходимое условие поэтическо-художественного мышления [2]. Для творчества Ф. Ковальчик это доминанта. Восприятие, видение предметов и явлений как наделенных собственными жизнями, судьбами, внутренними мирами и глубинами формирует оригинальность ее взгляда как фотографа. Работы этого мастера не вписываются в привычные разделения на типы объективной и субъективной фотографии, поскольку они принципиально диалогичны. Ковальчик предельно открыта Другому, а под Другим мы понимаем здесь весь мир, в его вещности и одновременно одушевленности и одухотворенности. Это отношение фотохудожника является настолько мощным и сильным, что самые «молчаливые» и «замкнутые» в себе вещи и явления раскрываются навстречу ее оживотворяющему вниманию и сочувствию — она воспринимает и даже видит их как живые существа и сущности.

В своей известной работе «К методологии гуманитарных наук» [1], создаваемой в виде черновых, тезисных, но чрезвычайно глубоких и значимых для развития всей гуманитаристики записей, М. М. Бахтин, выдающийся литературовед, философ, культуролог ХХ века, писал: «Вещи чреваты словом» [1], — вероятно, подразумевая под этим то, что можно назвать ситуацией универсальной семиотичности культуры, исполненности смыслами каждого ее элемента, и в этом ключе — потенциальной одухотворенностью любой вещи, любой материи. Ф. Ковальчик следует по этому же пути, но как визуалист: она открывает, делает зримыми лица и лики всего живого и оживающего от взаимодействия с ее взглядом и объективом фотоаппарата… Так рождаются ее удивительно мощные по выразительности циклы: «Призраки Куяльника», «Модифицированные и многофункциональные», «Памяти Олега Соколова», «Городские призраки», «Призраки и крики», «Пространство художественного музея» и другие.

Нередко превращения, которые испытывают предметы у Ковальчик, можно уподобить театральному действу. Преображенные до неузнаваемости гримом и костюмами, актеры, выступая в условном пространстве сцены, будто взрывают поверхность повседневности и затертого привычными штампами сознания, вводя происходящее в другое измерение, где знакомое превращается в совершенно неожиданное, а неизвестное и ранее не замечаемое оборачивается ярким и потрясающе очевидным. Так, деревяшка превращается в зажатую металлической сеткой птицу («Красная клетка»). Обрывки ткани напоминают изможденные и измученные фигуры бредущих бесконечной цепочкой в темноте преисподней («Сошествие в ад»). Лишенная одной ножки старая табуретка и ее изящная тень создают аллюзию характерной балетной позы («Возможность балета»). Кочан капусты в определенном ракурсе и свете преобразуется в профиль устремившегося вперед воина-самурая с развивающимися прядями волос и характерной узкой бородкой («Тень самурая»). Разрез на металлической пластине оживает головкой японской девочки («Недоверие»).

Впервые увиденные работы Ковальчик поражают утонченным, рафинированным эстетизмом, родственностью дальневосточным, и прежде всего японским, художественным традициям. Это принципиальная немногословность, тщательный композиционный отбор, отсекающий лишнее, и внимание к пространству, — например, к отображению воздушной среды, неба («Дым или облако в небе», «Я — Свет, который над всеми (Памяти Олега Соколова)», «Око Куяльника» [7; 8]), в отличие от материальной предметной насыщенности западноевропейского взгляда. С этим же связан и интерес к «случайному», внешне незначительному и несущественному, которые вкупе рождают характерную, выделяющую стиль Ковальчик, выразительность целого и детали («Цветок пирса», «Неотправленное письмо», «Тяжесть бытия», «Зеленый портал» [7; 8]).

Лаконизм художника нередко рождается магией цвета, вырастает из завороженности цветом, из абсолютного погружения в его плоть и энергию. Так, мы встречаем работы, исполненные в сосредоточенной аскетике практически одного-единственного тона («Неотправленное письмо», «Красная клетка», «Тяжесть бытия»). Мощный насыщенный цвет у Ковальчик, меняющий тон и оттенки — это «театр одного актера», максимально сложный и одновременно взыскующий полного раскрытия потенциала исполнителя. И действительно, в контрасте с ахроматизмом, чаще всего черноты, или в нюансированной гамме полутонов и рефлексов, алый-бордовый-краплачный или голубой-ультрамарин-зеленый во множестве своих световых и тоновых переходов, в циклах Ковальчик открывают себя в бытийственной полноте, захватывая немыслимым откровением.

Иногда же замечаешь, как раскрывается буквально очарованность художника штрихом, его линейной изысканной графичностью, с неожиданным эстетизмом жизни возникающей из плоти, вещности, вязкой телесности мира («Легкость бытия», «Я — Свет, который над всеми (Памяти Олега Соколова)» [8]).

Порой цикл вырастает из мотива, предмета и его метаморфоз, вновь и вновь возгоняемых в тигле творческой свободы Ковальчик («Модифицированные и многофункциональные», «Ад», «За пределами языка и культуры», «Городские призраки», «Призраки Куяльника» и др.).

Восприятие фотохудожника все дальше и глубже уводит зрителя в пространство «шепотов и криков», самой жизни и ее призрачных отблесков, заглядываний в будущее и возрождений прошлого. Словно с помощью таинственного реактива, на вещах проступают запечатленные мысли, реплики, взгляды, некогда выплеснутые на стены, землю, столбы, воду…

Напряженно-эмоциональная, но неслезливая, нередко пугающе неожиданная и чувственно насыщенная, исполненная драматизма, тонко эстетская и одновременно глубоко человечная стилистика фотографий Феликсы Ковальчик созвучна атмосфере, рождаемой строками Бориса Пастернака, которые могли бы стать эпиграфом многих произведений фотохудожника:

Где, как обугленные груши,

С деревьев тысячи грачей

Сорвутся в лужи и обрушат

Сухую грусть на дно очей.

…Под ней проталины чернеют,

И воздух криками изрыт…

«Февраль»

Использование большой «цитаты» оправдано, на наш взгляд, очень мощным созвучием, резонансом, возникающим в данном случае между поэтическим и изобразительным творчеством. Это и предельная эмоциональность авторской интонации, ее сила и страсть — до обнаженности нервов, и одновременно такая же сила сдерживающего противодействия — «сухая», бесслезная грусть, «обрушенная на дно очей». Именно так и у Ф. Ковальчик: многие работы настолько трагичны по звучанию, что в них, в пространстве, в которое они захватывают и погружают, нередко страшно находиться… Печаль в них безысходна, что для человека действительно невыносимо. От открывающегося страха и обнажающейся энергии зрителю естественным образом хочется бежать, отгородиться, скрыться…

Несомненно, в сериях «Крик старости», «Модифицированные и многофункциональные», «Ад», «Призраки Куяльника» многое дышит экзистенциальным ужасом, о котором размышляли М. Хайдеггер и Ж.-П. Сартр, чье присутствие отразили в пронзительной живописи созвучные Ф. Ковальчик по мироощущению Х. Сутин, Э. Мунк, Ф. Бэкон. Но художник, которому открывается бытие, уже не властен над собою: чего бы это ему ни стоило, он, «словно бабочка к огню», стремится к предельной открытости запредельному. Фактически он (художник) только по-разному настраивает собственный камертон, варьируя для этого разные возможности своего искусства — технические, тематические, стилистические, — чтобы улавливать, слышать музыку, звуки или приглушенный «шепот» раскрывающегося ему в своей истинности бытия.

Ф. Ковальчик принципиально несалонна, поэтому не всякому зрителю под силу находиться в ауре ее работ. Так, несмотря на безусловный интерес к тому, что она делает, и бесспорное уважение к ее профессионализму в работе с фотоаппаратом и вообще всем последующем процессе создания снимка, есть зрители, которые активно не приемлют ее работы. Мощь произведений Ф. Ковальчик такова, что вызывает не только захваченность этим искусством, но порой и с такой же амплитудой — отторжение, эмоциональное несогласие и неприятие зрителей. Как известно, показательный индикатор искусства — это его способность волновать, не оставлять равнодушным. Здесь он проявляется в максимальной отчетливости и говорит лишь о том, что творческий образный посыл фотохудожника, бесспорно, достигает своей цели.

Есть еще один характерный аспект искусства фотографии, о котором стоило бы сказать в связи с работами Ф. Ковальчик. Речь идет о том, что сила изображения на фотографии в общем случае имеет, так сказать, большую натуралистическую убедительность по сравнению, к примеру, с принципиально более условными изображениями живописи или графики. И в этом смысле натурализм экранных и визуальных искусств, к которым относится фотография, априори оказывается обладающим очень мощной силой воздействия (см. об этом интересные наблюдения У. Эко [11]).

Однако у Ковальчик натурализм как таковой сведен к минимуму. В ее работах предметы (человеческие персонажи вообще здесь редко предстают) воздействуют не усиленной, заостренной экспрессией своих, так сказать, прямых жизненных функций, а напротив. Она вскрывает в них как будто второе дно, преображает до неузнаваемости фотографическими художественными средствами — композицией, освещением, колоритом, масштабированием, игрой ракурсов, пропорций, фактур снимаемых поверхностей — и тем самым воздействует на зрителя не прямой агитацией очевидного и однозначно ясного, а потому доходчивого визуального изображения, но иносказанием, фантазией, преображением, свойственными подлинному искусству.

Страстность чувств, емкость и экспрессивность образов, многоцветность и смысловой полифонизм метафор, их богатая наполненность и объемность в работах Ф. Б. Ковальчик будто промывают глаза зрителя очищающей водой: все проступает яснее, четче, определенней. И тогда абсолютно очевидно и всеми чувствами ощутимо, сквозь «шепоты и крики», «призрачность» и молчание представляемых ею образов, начинаешь вновь с благоговением открывать для себя особую ценность Жизни в ее множественности и единстве, непритязательности и одновременно изумляющей роскоши, звучности и еще более многообещающей тишине…

АННОТАЦИЯ

В статье рассматривается искусство одного из самых ярких современных одесских фотохудожников Ф. Ковальчик. Очуждение привычного мира как основной принцип ее художественной системы осуществляется с помощью таких эстетических особенностей, как минимализм, лаконичность, выразительность детали, гротеск, ирония, поиск цветовой доминанты, графическая выразительность.

АНОТАЦІЯ

Художнє фото Фелікси Ковальчик: спроможність іншого бачення

У статті розглядається мистецтво одного з найяскравіших сучасних одеських фотохудожників Ф. Ковальчик. Одивнення звичайного світу як основний принцип її художньої системи здійснюється за допомогою таких естетичних особливостей, як мінімалізм, лаконічність, виразність деталі, гротеск, іронія, пошук кольорової домінанти, графічна виразність.

ЛИТЕРАТУРА

1. Бахтин М. М. К методологии гуманитарных наук [Электронный ресурс] / М. М. Бахтин. Эстетика словесного творчества. — М., 1986. — С. 381–393, 429—432. — URL: http://psylib.org.ua/books/_bahtm01.htm

2. Кассирер Э. Опыт о человеке: Введение в философию человеческой культуры [Электронный ресурс] // Проблемы человека в западной философии. — М., 1988. — С. 3–30. URL: http://anthropology.ru/ru/texts/cassirer/essay.html

3. Левчук В. Мудрец в окончательной степени ясности [Электронный ресурс] // Вечерняя Одесса. — № 97 (9228). — 2010. — 8 июля. — URL: vo.od.ua/rubrics/kultura/14633.php

4. Левчук В. Предвосхищения [Электронный ресурс] // Вечерняя Одесса. — № 153 (9679). — 2012. — 13 октября. URL: vo.od.ua/rubrics/kultura/23103.php

5. Одессе с любовью и надеждой. Альбом фотовыставки, посвященной 212-й годовщине основания Одессы. — Одесса, 2006.

6. Одессе с любовью и надеждой. Альбом фотовыставки, посвященной 214-й годовщине основания Одессы. — Одесса, 2008.

7. Савченко В. В. Арт-проект «Образ мысли. 2012» (Одесса, 5 октября — 5 ноября 2012 года) [Электронный ресурс] // Лабиринт. Журнал социально-гуманитарных исследований. — 2013. — № 1. — С. 104–107. — URL: http://journal-labirint.com/wp-content/uploads/2013/03/savchenko.pdf

8. Савченко В. В. Арт-проект «Образ мысли. 2012». Анонс и программа проекта [Электронный ресурс] // Одесский нац. ун-т им. И. И. Мечникова. Философский ф-т. — URL: http://philosof.onu.edu.ua/local/pages/artproject.php

9. Художник-космист и другие: выставка памяти Олега Соколова // Odessa Daily. — 2013. — 30 мая. — URL: http://odessa-daily.com.ua/news/sokolov-dictatura-2.html

10. Шелестова Е. Н. «Памяти Олега Соколова» [Электронный ресурс]. — URL: http://www.sokolov.odessa.ua/hall/stat3.htm

11. Эко У. От Интернета к Гуттенбергу: текст и гипертекст [Электронный ресурс] // Философский портал. Отрывки из публичной лекции У. Эко на экономическом факультете МГУ 20 мая 1998 года. — [2007]. — URL: philosophy.ru/library/eco/internet.html

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова icon27. 05. 2010 Пресс-релиз Международная конференция Magna Charta Observatory...
Хартии университетов Европы и ону имени И. И. Мечникова при поддержке Министерства образования и науки Украины стали организаторами...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconПресс-релиз 25. 04. 2012
Одесского национального университета имени И. И. Мечникова состоится выставка «Растения-символы в христианских традициях: из коллекций,...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconФакультет ону имени И. И. Мечникова работает в рамках единственного...
На протяжении 10 лет химический факультет ону имени И. И. Мечникова работает в рамках единственного на Украине учебно-научно-производственного...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconФилософский факультет ону имени И. И. Мечникова приглашает принять...
Философский факультет ону имени И. И. Мечникова приглашает принять участие в заседании Научно-исследовательского и образовательного...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconТоржественное открытие конференции начнётся 14. 06 в 10. 00 в Актовом...
С 14 по 17 июня на базе биологического факультета Одесского национального университета имени И. И. Мечникова  пройдёт 5-ая Международная...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconА. Ф. Аблов ону имени И. И. Мечникова
Авторитаризм и тоталитаризм как антидемократические явления во многом имеют общие истоки

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова icon29-07-2010 Пресс-релиз
Биотехнологии ученых ону имени И. И. Мечникова могут спасти мир от экологической катастрофы

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова icon30-06-2010 Пресс-релиз
Ону имени И. И. Мечникова и Государственный университет Молдовы (МолдГУ) подписали договор о сотрудничестве в научно-образовательной...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconВизит делегации ону имени И. И. Мечникова в город-побратим Циньдао, кнр
Кнр. С конца сороковых до начала шестидесятых годов в ону успешно обучались несколько десятков китайских студентов, некоторые из...

В. В. Савченко ону имени И. И. Мечникова iconЗаседание было посвящено теме
...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<