Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают




Скачать 410.74 Kb.
НазваниеИсследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают
страница3/4
Дата публикации09.09.2013
Размер410.74 Kb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Математика > Документы
1   2   3   4
§ 7. Суждения и прочие явления сознания, в особенности, воображения

Будучи знакомы с признаками, при помощи которых можно отличить суждения от

всех прочих проявлений духа, мы можем перечислить все те явления, которые

не являются суждениями. Такое перечисление, хотя и не представленное в

форме научной классификации, послужит согласию в терминологии, при помощи

которой мы замышляем обозначить проявления духа, которые сами не будучи

суждениями, в работе о суждениях должны быть часто упоминаемы, либо как

условия, либо как последствия суждений.

Итак, видами явлений сознания кроме суждений являются: представления,

чувства и желания. С чувствами и желаниями дело просто: относительно их

проявлений не возникает никакой трудности. Каждый знает, что чувство

бывает огорчительным либо приятным, что чувствами мы называем печаль или

радость, любовь и ненависть, и т. п. Каждый знает, что такое желание.

Поэтому с этой точки зрения не будет никакой трудности в употреблении этих

выражений. Еще только раз отметим, что перечисление этих явлений сознания

ни в коей мере не содержит черты окончательной классификации. Чтобы

таковую построить, следовало бы прежде всего разрешить некоторые спорные

вопросы, касающиеся отношения чувств к воле. Так, например, некоторые

считают, что желание не является отдельным явлением сознания, но

принадлежит вместе с чувствами к общему для них разделу явлений сознания.

Каким образом этот вопрос должен быть разрешен — для теории суждений

безразлично.

Иначе обстоит дело с представлениями, поскольку не зная представления

вещи, о которой приходится судить, судить о ней нельзя. Представления

являются необходимым условием существования суждений, и поэтому нужно

обстоятельно договориться о значении этого выражения, без которого не

обойтись, говоря о суждениях. Всестороннее выяснение отношения, в котором

представления находятся к суждениям, может быть осуществлено лишь после

изучения суждений и, следовательно, договоренность о значении выражения

“представление” будет только временной, опирающейся в основном на примеры.

Когда я думаю о какой-нибудь вещи, ограничиваясь единственно тем, что эту

вещь я осознаю, тогда представление этой вещи находится во мне. Существует

ли эта вещь или не — совершенно безразлично. Я могу представить дом, в

котором живу, и могу представить Юпитера, могу себе также представить

вещи, о которых загодя уверен, что они не только не существуют, но и не

могут существовать. Затем я могу представить себе также круглый

треугольник. Действительно, достаточно часто можно встретить мнение, что

такое представление невыполнимо (unvollziehbare Vorstellungen). Однако это

мнение ошибочно. Как же можно что-либо высказать о предмете, который

нельзя себе представить? А о круглом треугольнике можно высказать

различные суждения. Итак, мы говорим, что круглый треугольник не

существует, что он является чем-то, что содержит в себе противоречивые

признаки, и т. п. Несомненно, что мы должны представить себе эту вещь,

содержащую противоречивые признаки, т. к. иначе было бы невозможно

высказать о ней какое-нибудь утверждение. То, что эта вещь не существует,

не является преградой для ее представления, ибо, каждый раз читая сказки,

наше сознание оказывается заполненным представлениями индивидов и

несуществующих вещей.

Однако утверждение тех, кто такие представления называет невыполнимыми, не

лишено оснований. Ошибка заключается в том, что они говорят о

представлениях вообще, тогда как следовало бы говорить о представлениях в

более точном значении этого слова, т. е. об обозрениях. Обозрениями мы

называем такие представления, предметы которых являются или могли бы быть

основанием наблюдения чего-то чувственного, или нечувственного. Так о

цвете, звуке и т. п. , как и о всех предметах, которые ощущаются или, если

бы существовали, ощущались мы имеем обозримое представление, если только

это предметы такого вида, что могут быть, или охвачены одним актом

наблюдения. Мы имеем также обозримое представление о собственных явлениях

сознания, о наших чувствах и суждениях и т. п. , поскольку они подпадают

под понятие внутреннего опыта, тогда как о явлениях сознания иных существ,

имеющих таковые, мы не обладаем обозримыми представлениями, а иметь их

может только существо, “смотрящее в сердце” и знающее сокровеннейшие мысли

всех мыслящих существ.

Когда мы представляем себе фигуру с тысячью равных углов, то это

представление не является обозримым, т. к. хотя такая фигура и была бы

перед нами нарисована, мы все же не смогли бы ее охватить одним взглядом,

одним актом наблюдения так, чтобы заметить, что она имеет тысячу сторон.

Зато представление единичного треугольника может быть обозримым; однако

когда мы представим треугольник вообще, когда имеем общее представление

треугольника, тогда это представление не является обозримым. Это

обстоятельство было причиной ошибочного мнения, будто бы общие

представления не существуют и что мы обладаем только общими выражениями,

способными служить для обозначения многих, с определенной точки зрения

подобных друг другу предметов. Итак, только то истинно, что нет общих

представлений, которые были бы обозримыми; однако существуют общие

необозримые представления. Обозримые представления в более точном значении

мы называем также непосредственными представлениями (repraesentatio

directa); необозримые представления мы называем опосредствованными

(repraesentatio indirecta). Видом опосредованных представлений являются

понятия (conceptus). Спорный вопрос, являются ли понятия представлениями

или нет, регулируется тем, что мы сказали о представлениях, следующим

образом: если взять слово “представление” в уточненном значении, в котором

оно относится единственно к обозримым представлениям, тогда мы имеем право

называть понятие представлением. Но, говоря о представлениях вообще,

очевидно, что под ними мы вынуждены понимать и понятия; почему

представления, взятые в уточненном значении и понятия охвачены общим

названием, образуя единую группу явлений сознания — это удастся показать

лишь после исследования суждений.

Что же касается различия между опосредованными и непосредственными

представлениями, то оно главным образом заключается в следующих

обстоятельствах. Представляя некий предмет непосредственно, мы обходимся

без помощи представлений иных предметов. Однако представляя себе некий

предмет опосредованно, мы всегда прибегаем к помощи представления иного

предмета, при помощи которого через представление неких отношений,

возникающих между первым и вторым предметами, приходим к опосредованному

представлению. Вспомогательное представление должно быть обозримым или,

если само не обозримо, сводится к результату опять только при помощи

представления отношений, связывающих его с последующим обозримым

представлением. Этот закон Аристотель выразил словами: dio oudepote noei

aneu fantasmatoV h yuch [3], понимая под названием fantasmata обозримое

представление, а под названием ohma — опосредующее представление.

Несколько примеров пояснит значение изложенного правила.

Когда мы хотим представить, например, правильную фигуру с тысячью сторон,

то представляем себе обычный правильный шестиугольник и при этом думаем,

что эта фигура не имеет шести сторон, но содержит их тысячу.

Вспомогательным представлением здесь является представление

шестиугольника; представляя шестиугольник, мы представляем также

отношение, которое возникает между количеством сторон шестиугольника и

фигурой с тысячью сторон. Но поскольку представление числа тысяча также не

обозримо, следовательно желая представить себе это число, мы обращаемся к

этому же способу. Число 5 мы можем представить себе обозримым. Затем мы

представляем число в два раза большее и тогда имеем представление, но уже

опосредованное, необозримое — число 10. При помощи дальнейшего

представления отношений, в которых это число остается к некоему числу в 10

раз большему, а это число (100), [в свою очередь] опять к числу в 10 раз

большему, мы приходим к представлению числа 1000.

В действительности мы обычно пользуемся более кратким способом, если

представляем некоторый предмет опосредованно. Очевидно, что, поступая

вышеописанным способом, мы должны были бы посвятить представлению, если

оно опосредованное, слишком много времени. Поэтому мы пользуемся другими

вспомогательными представлениями, а ими являются написанные или

высказанные выражения. О каждом выражении нашего языка мы имеем

непосредственное представление, обозримое, поскольку оно воспринимается

зрением, когда написано, или слухом, когда высказано. Непосредственное

представление какого-либо выражения служит вспомогательным представлением;

отношение, которое нам необходимо, — это отношение, в котором находится

каждый знак, — а слова суть знаки наших мыслей, — к тому, что он означает.

То, что этот знак означает, затем предстает как предмет опосредованного

представления.

Этот факт лучше всего заметен на математических знаках. Представление

числа “тысяча” опосредованно. Но математик, пользующийся этим числом, не

создает представление этого числа вышеописанным способом так, что

представляет его себе при помощи числа пять и т. д. Под числом “тысяча” он

понимает число, обозначенное знаком 1000, а представляя его себе,

представляет единственно число, которое к знаку 1000 остается в отношении

обозначения. Итак, можно сказать, что считая числа, мы считаем собственно

цифры. Опосредованное представление этого вида Лейбницем было названо

символическим представлением, т. к. это представление происходит при

посредничестве вспомогательных представлений, которые являются знаками

(symbolum).

Это обстоятельство ясно высвечивает то значение, каким обладает

человеческий язык относительно действий абстрактного мышления, которое

происходит всегда только на основе опосредованных представлений.

Изложивши, какие действия сознания следует понимать под названием

“представление” в дальнейшем исследовании, мы приступим к выделению тех

общих черт представления, знакомство с которыми необходимо для изучения

сущности суждений.

§ 8. Части представлений

Говоря о представлении, следует различать три части, но не так, чтобы

каждая из этих частей могла существовать или же существовала сама по себе,

но в связи с другой образовывала бы целое представление. Части

представлений, о которых я говорю, суть т.н. метафизические части. Этим

именем обозначаются части, которые как некую целостность можно выделить

мысленно, однако которые на самом деле не удается отделить либо выделить

из целого. Итак, видя лежащий перед нами лист бумаги, мы различаем в нем

форму и цвет. От этого листа бумаги мы не можем отделить ни его цвет, ни

его форму, т. к. ни бумага без них, ни они без бумаги существовать не

могут. Иначе дело обстоит тогда, когда мы бумагу разделим на четвертушки;

тогда мы могли бы отличить не только одну часть от другой, но и смогли бы

действительно разложить бумагу на эти части, каждая из которых могла бы

существовать независимо от другой (это физические части). Хотя цвет и

форма сами по себе существовать не могут, мы все же отличаем их

раздельность так, что можем о каждой из этих частей что-то сказать,

невзирая на другую часть или целое. Мы можем утверждать, что один цвет

ярче или темнее другого, или подобен другому; мы можем сказать о форме,

что она симметрична, либо нет и т. д., а возможность таких утверждений

полностью оправдывается происходящей из метафизики Аристотеля привычкой

именования цвета, формы и т. п. частями, хотя их и удается отличить только

при помощи так называемые абстракции, но не отделить друг от друга.

Таким образом, метафизическими частями этого вида являются также части

представлений (с той только оговоркой, что иногда одна из них становится и

физической частью). Этими же частями являются: действие представления,

содержание представления, предмет представления (conceptus formalis,

conceptus objectivus, ens согласно средневековой терминологии).

Прежде всего, я постараюсь выяснить различие между действием и содержанием

представления. Вундт и его школа учат, что такого различия нет. Однако мне

кажется, что они находятся на неверном пути. Когда, например, я мыслю о

каком-нибудь коне, то представляю его себе. Когда затем думаю о корове,

представляю себе корову. Когда далее я думаю о паровой машине, Венере я

представляю себе паровую машину и т. п. Понятно, что речь идет только о

самих представлениях названных предметов. Легко заметить, что состояние

нашего сознания, если мы так долго ничего не делаем, как только позволяем

проходить через наше сознание представлениям лошади, коровы и т. д.

остается тем же; изменяется же всегда, так сказать, духовный образ,

представляющий один раз корову, другой раз коня. То, что составляет общее

свойство всех этих состояний сознания, когда мы представляем себе корову,

коня и т. д. мы называем действием или актом представления; то же, что

придает этим актам различие так, что первый их этих актов мы называем

представлением коня, второй — представлением коровы, и является

содержанием представления.

Если я сказал, что содержанием приведенных выше представлений является

конь, корова и т. п. , то тем самым не хотел сказать, что содержанием

представления являются существа или вещи, существующие за пределами нашего

сознания. Не конь, тянущий воз, или же корова, стоящая в стойле, являются

содержаниями представлений, но то, что им соответствует в нашем сознании.

Поэтому содержание существует во всех представлениях без исключения, хотя

не всегда существует то, что этому представлению во внешнем мире

соответствовало бы. Содержание представления есть то, что обычно называют

духовным образом некой вещи; содержание представления, так же как и акт

представления является чем-то, что во всей полноте существует только в

нашем сознании.

Кроме акта и содержания каждое представление обладает своим предметом.

Предметом представления является то, что имеется в виду, когда мы что-то

представляем. Когда я представляю коня, предметом представления является

тот или иной конь или конь вообще — однако всегда что-то, в чем я убежден,

что это что-то существует независимо от моего сознания. Предмет

представления может существовать или не существовать. Когда я представляю

себе перо, которым пишу, то представляю существующий предмет; когда я

представляю дерево высотой 1000 метров, то этот предмет не существует.

Последнее обстоятельство, пожалуй, лучше всего выявляет различие между

содержанием и предметом представления, т. к. видно, что предмет может не

существовать, тогда как содержание существует всегда постольку, поскольку

мы что-либо представляем.

1   2   3   4

Похожие:

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconПринципы диалектической логики
Диалектика прорвала узкий горизонт формальной логики и выковала метод всестороннего исследования познания с точки зрения наиболее...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconВ современной физике базовыми являются квантовая теория и теория...
Теория энтропийной логики междисциплинарная сфера научного исследования материи не противоречит вышеизложенному. Теория энтропийной...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconРеферат скачан с сайта allreferat wow ua
Ссср добывалось в год около 6,5 млрд т различных полезных ископаемых; объем горного производства удваивался примерно каждые десять...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconТак, множество телесной симптоматики возникает на фоне вегетативной...
Уже около 2-х лет Центр Неврозов оказывает лечебно-диагностическую помощь в нашем городе и области. Некоторыми своими наблюдениями,...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconТранспорт будущего
«спецсредство». Сняты эти сюжеты в Институте электродинамики нану, где около 20 лет ведутся разработки приводов и вспомогательных...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconГоловной мозг (изображения)
Длина в среднем 43см, масса – около 34-38грамм = примерно 2% массы головного мозга. Масса спинного мозга новорожденного около 5,5г,...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconКашапова З. Р. (Уфа) о принципе достаточного основания
Соблюдение законов логики является необходимым условием правильного мышления. В последнее время в методологии науки можно наблюдать...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconПостроение и проблематика спецкурса
Черновицком университете уже несколько лет, программа же его после длительных уточнений была издана только в 1967 г. Активизация...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconУоллес Уотлз "Наука стать богатым"
Около полутора лет назад я получила по почте от одного совершенно незнакомого мне ранее человека небольшую книгу. Автор этой книги...

Исследования различных вопросов в области логики уже около 50 лет занимают iconАренский Антон (Антоний) Степанович (1861 1906)
Врожденный талант будущего композитора начал заметно себя проявлять около семи лет, как раз тогда мальчик начинает брать уроки игры...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<