Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001




НазваниеПеревод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001
страница77/81
Дата публикации30.04.2013
Размер12.2 Mb.
ТипРеферат
uchebilka.ru > Психология > Реферат
1   ...   73   74   75   76   77   78   79   80   81
часть можно свести к особенностям влияния родителей, поскольку многие дети
зачастую подвергаются одному и тому же влиянию и все-таки реагируют на это
совершенно по-разному.
Поэтому я стал уделять внимание именно этим различиям, сказав себе, что
как раз благодаря им можно познать индивидуальные диспозиции в их
своеобразии. Почему один ребенок в невротической семье реагирует на
родительские воздействия истерией, другой неврозом навязчивых действий,
третий психозом, а четвертый, похоже, вообще не реагирует? Эта проблема
"выбора невроза", которая предстала также и перед Фрейдом, придает
родительскому комплексу как таковому этиологическое значение, перенося тем
самым постановку вопроса на реагирующего индивида и его особую диспозицию.
Фрейд пытался подойти к решению данной проблемы, но эти его попытки
оказались совершенно неудовлетворительными, да и сам я еще далек от того,
чтобы ответить на этот вопрос. Я вообще считаю преждевременным ставить
вопрос о выборе неврозов. Потому что прежде, чем подходить к этой
чрезвычайно трудной проблеме, мы должны знать намного больше о том, как
индивид реагирует, а именно как он реагирует на препятствия. Например, нам
нужно перейти ручей, через который не переброшен мостик и который слишком
широк, чтобы через него перешагнуть. Значит, мы должны перепрыгнуть. Для
этого мы располагаем сложной функциональной системой, а именно
психомоторикой - вполне сформированной функцией, которой нужно только
воспользоваться. Но прежде чем это осуществится, происходит еще нечто чисто
психическое: принимается решение о том, что вообще надо сделать. Здесь-то и
совершаются решающие индивидуальные события, которые, что показательно,
редко признаются субъектом типичными или же не признаются таковыми вовсе,
потому что они, как правило, либо вообще не рассматриваются, либо на них
обращают внимание лишь в самую последнюю очередь. Подобно тому как
психомоторный аппарат привычно подготавливается к прыжку, так, в свою
очередь, и психический аппарат привычно (а потому бессознательно)
подготавливается к принятию решения о том, что вообще нужно делать.
Мнения насчет состава этого аппарата весьма существенно расходятся.
Несомненно только одно - что каждый индивид обладает своим, характерным для
него способом принимать решения и обходиться с затруднениями. Если спросить
одного, то он скажет, что перепрыгнул ручей, потому что ему нравится
прыгать; другой скажет, что у него не было никакой иной возможности; третий
- что при встрече с любым препятствием у него возникает желание его
преодолевать. Четвертый не прыгнул, потому что не терпит бесполезных усилий,
пятый - потому что не было острой необходимости перебраться на другой берег.
Я намеренно выбрал этот банальный пример, чтобы продемонстрировать,
насколько несущественными кажутся подобные мотивации. Они кажутся столь
поверхностными, что мы склонны отодвинуть их в сторону все и объяснить все
по-своему. И все же они являются именно теми вариациями, которые позволяют
реально взглянуть на индивидуальные психические системы приспособления. Если
мы рассмотрим первый случай - где ручей пересекается ради удовольствия от
прыжка - в других жизненных ситуациях, то мы, вероятно, обнаружим, что
подавляющее большинство поступков этого человека совершается ради получения
удовольствия. Второй, который прыгает потому, что не видит иной возможности
для переправы, внимателен и брюзглив и, как мы увидим, путешествуя по его
жизни, всегда руководствуется принципом faute-demieux (за неимением лучшего
- фр.) и т. д. У каждого уже заранее выработана особая психическая система,
которая и принимает решение. Легко себе представить, что число таких
установок - легион. Их индивидуальное многообразие невозможно исчерпать, так
же как неисчерпаемы индивидуальные вариации кристаллов, которые, вне всяких
сомнений, принадлежат, однако, к той или иной системе. Но так же как
кристаллы указывают на относительно простые основные законы, так и установки
указывают на некоторые основные свойства, присущие определенным группам.
Попытки человеческого духа создать типологию и тем самым внести порядок
в хаос индивидуального - можно сказать с уверенностью - уходят корнями в
древность. Бесспорно, что самую первую попытку такого рода предприняла
возникшая на древнем Востоке астрология в так называемых тригонах четырех
элементов - воздуха, воды, земли и огня. Тригон воздуха в гороскопе состоит
из трех воздушных замков Зодиака - Водолея, Близнецов и Весов; тригон огня -
из Овна, Льва и Стрельца, и т. д. Согласно древним представлениям, тот, кто
родился в этих тригонах, отчасти обладает их воздушной или огненной
природой, а это, в свою очередь, определяет соответствующий темперамент и
судьбу. Поэтому физиологическая типология древности, то есть деление на
четыре гуморальных темперамента, находится в тесной связи с древними
космологическими воззрениями. То, что раньше объяснялось зодиакальными
созвездиями, теперь стало выражаться на физиологическом языке древних
врачей, конкретно в словах флегматический, сангвинический, холерический и
меланхолический, которые представляют собой не что иное, как наименование
телесных соков. Как известно, эта последняя типология сохранялась по меньшей
мере до 1800 года. Что же касается астрологической типологии, то она всем на
удивление по-прежнему держится и даже переживает сегодня новый расцвет.
Этот исторический экскурс в прошлое убеждает нас в том, что наши
современные попытки создания типологии отнюдь не есть что-то новое и
небывалое, если уж совесть ученого не позволяет нам вернуться на эти старые,
интуитивные пути. Мы должны найти свое собственное решение этой проблемы,
решение, которое удовлетворяло бы запросам науки. Тут-то и возникает
основная трудность проблемы типологии - вопрос о масштабах или критериях.
Астрологический критерий был прост: это было объективно заданное
расположение звезд при рождении. Вопрос, каким образом зодиакальные
созвездия и планеты приобрели качества темперамента, простирается в серый
туман прошлого и остается без ответа. Критерием четырех старых
физиологических темпераментов был внешний вид и поведение индивида -
критерий абсолютно тот же, что и у сегодняшней физиологической типизации. Но
что, однако, должно быть критерием психологической типологии?
Вспомним о приведенном ранее примере, в котором различные индивиды
должны были перебраться через ручей. Как и под каким углом зрения мы должны
классифицировать их привычные мотивировки? Один делает, чтобы получить
удовольствие, другой делает потому, что бездействие еще более тягостно,
третий вовсе не делает, поскольку придерживается на этот счет
противоположного мнения, и т. д. Ряд возможностей кажется бесконечным и
безысходным.
Другие, вероятно, подошли бы иначе к разрешению этой задачи, как - мне
неизвестно. Я же в связи с этим могу сказать только одно: раз я взялся за
это дело, то должен терпеть, когда меня упрекают в том, что мой способ
решать проблему является всего лишь моим личным предубеждением. И это
возражение до такой степени верно, что я даже не знаю, каким образом можно
было бы от него защититься. Я могу только сослаться на старину Колумба,
который, основываясь на субъективном предположении, на ложной гипотезе и
пойдя оставленным современным ему судоходством путем, открыл Америку... Что
бы мы ни рассматривали и как бы ни рассматривали, все равно глядим мы только
собственными глазами. Именно поэтому наука делается не одним человеком, но
многими. Каждый отдельный человек вносит только свой вклад, и только в этом
смысле я осмеливаюсь говорить о своем способе смотреть на вещи.
Моя профессия уже давно заставила меня принимать в расчет своеобразие
индивидов, а то особое обстоятельство, что в течение многих лет - я не знаю
скольких - я должен был лечить супругов и делать мужчину и женщину
взаимоприемлемыми, еще больше подчеркивает необходимость установить
определенные средние истины. Сколько раз мне приходилось говорить: "Видите
ли, ваша жена - очень активная натура и от нее действительно нельзя ожидать,
чтобы все ее существование заключалось лишь в домашнем хозяйстве". Это уже
является типизацией, и этим выражена своего рода статистическая истина.
Существуют активные и пассивные натуры. Однако эта прописная истина меня не
удовлетворяла. Следующая моя попытка состояла в предположении, что
существует нечто вроде задумывающихся и незадумывающихся натур, ибо я видел,
что многие натуры, кажущиеся на первый взгляд пассивными, на самом деле не
столько пассивны, сколько предусмотрительны. Они сначала обдумывают ситуацию
- потом действуют, а так как для них это обычный образ действия, то они
упускают случаи, где необходимо непосредственное действие без раздумий, и,
таким образом, складывается мнение об их пассивности. Незадумывающимися
всегда казались мне те, кто без раздумий прыгает обеими ногами в ситуацию,
чтобы потом уж только сообразить, что они, похоже, угодили в болото. Таким
образом, их, пожалуй, можно было бы охарактеризовать как незадумывающихся,
что надлежащим образом проявлялось в активности; предусмотрительность же
других в ряде случаев является в конечном счете весьма важной активностью и
весьма ответственным действием в сравнении с необдуманной мимолетной
вспышкой одной лишь деловитости. Однако очень скоро я обнаружил, что
нерешительность отнюдь не всегда вызывается предусмотрительностью, а,
скорее, действие не всегда необдуманно. Нерешительность первого столь же
часто основывается на свойственной ему боязливости или, по крайней мере, на
чем-то вроде обычного отступления перед слишком сложной задачей, а
непосредственная активность второго часто обусловливается большим доверием к
объекту, чем к себе. Это наблюдение побуждает меня сформулировать типизацию
следующим образом: существует целый класс людей, которые в момент реакции на
данную ситуацию как бы отстраняются, тихо говоря "нет", и только вслед за
этим реагируют, и существуют люди, принадлежащие к другому классу, которые в
такой же ситуации реагируют непосредственно, пребывая, по-видимому, в полной
уверенности, что их поступок, несомненно, правильный. То есть первый класс
характеризуется некоторым негативным отношением к объекту, последний -
скорее позитивным.
Как известно, первый класс соответствует интровертной, а последний -
экстравертной установке. Введением обоих этих терминов достигнуто столь же
мало, как и открытием мольеровского "bourgeois gentilhomme", что он обычно
говорит прозой. Эти типы будут иметь смысл и значимость только тогда, когда
мы узнаем, что же еще присуще каждому из них.
Ведь нельзя быть интровертом, не будучи им во всех отношениях. Понятие
интровертный означает: все душевное проявляется у интроверта так, как это и
определено для него соответствующими законами. Если бы это было не так, то
характеристика определенного индивида как экстраверта была бы такой же
несущественной, как и констатация того, что длина его тела составляет 175
сантиметров или же что он шатен либо брахицефал. Как известно, такие
констатации содержат ненамного больше обозначаемого ими факта. Однако
выражение экстравертный претендует на гораздо большее, ибо стремится
выразить, что сознание экстраверта, равно как и его бессознательное, должно
обладать определенными качествами, что все поведение экстраверта, его
отношение к людям, даже течение его жизни указывают на определенные
типические свойства.
Интроверсия и экстраверсия как типы установок обозначают диспозицию,
обусловливающую в значительной степени психический процесс в целом,
поскольку она характеризует предрасположенное реагирование и тем самым
определяет не только образ действия и вид субъективного опыта, но и характер
бессознательной компенсации.
Следовательно, определение привычного реагирования (Reactionshabitus)
должно попасть в самую точку, поскольку предрасположение (Habitus) является
в известной степени центральным коммутаторным пунктом, откуда, с одной
стороны, регулируется внешнее поведение, а с другой - оказывается влияние на
формирование специфического опыта. Определенное поведение дает
соответствующие результаты, а благодаря субъективному осмыслению этих
результатов появляется опыт, который со своей стороны вновь оказывает
влияние на поведение и тем самым по пословице "Каждый есть кузнец своего
счастья" отражается на индивидуальной судьбе.
Что касается привычного реагирования, то можно, пожалуй, не сомневаться
относительно того, что тут мы ухватываем центральное звено проблемы. Однако
здесь возникает другой щекотливый вопрос: удастся ли нам (адекватно)
охарактеризовать способы привычного реагирования? На этот счет могут
существовать самые разнообразные мнения, даже если кто-либо и обладает
интимными знаниями в этой особой области. Те факты, которые мне удалось
разыскать в пользу моей точки зрения, объединены мною в книге о типах,
причем я полностью отдаю себе отчет, что моя типизация не является
единственно верной или единственно возможной.
Противопоставление интроверсии и экстраверсии провести просто, однако
простые формулировки, к сожалению, чаще всего подозрительны. Слишком легко
они укрывают действительные трудности. Я говорю так, исходя из собственного
опыта, ведь едва я опубликовал первую формулировку своих критериев - этому
событию скоро будет двадцать лет, - как, к своему неудовольствию, обнаружил,
что каким-то образом попал впросак. Что-то не сходилось. Видимо, я пытался
объяснить слишком многое простыми средствами, как это чаще всего и бывает
при первой радости открытия.
Я обнаружил факт, который невозможно было отрицать, а именно прямо-таки
огромные различия внутри самих групп интровертов и экстравертов, различия,
которые были столь велики, что у меня появились сомнения, видел ли я вообще
что-либо правильно. Для того чтобы развеять эти сомнения, потребовалось
около десяти лет работы по наблюдению и сравнению.
Вопрос, откуда берутся огромные различия внутри типа, столкнул меня с
непредвиденными трудностями, к которым я долго не мог подступиться.
Некоторые из этих трудностей основывались на наблюдении и восприятии
различий, но главной их причиной была, как и раньше, проблема критериев, то
есть подходящего обозначения для различий характеров. И здесь я впервые
отчетливо понял, насколько же молода психология. Вряд ли она представляет
собой что-либо иное, кроме хаоса произвольных учений, добрая часть которых,
безусловно, обязана своим происхождением обособленному вследствие generatio
aequivoca и тем самым уподобившемуся Зевсу мозгу ученого. Я не хочу быть
непочтительным, но все же не могу удержаться от того, чтобы устроить очную
ставку профессора психологии с психологией женщины, китайца и южного негра.
Наша психология должна доходить до жизни, иначе мы просто застрянем в
Средневековье.
Я понял, что из хаоса современной психологии невозможно извлечь четкие
критерии, что их, скорее, еще только требуется создать, причем не из
голубого воздуха, а на основе предшествовавших бесценных работ тех, чьи
имена история психологии не обойдет молчанием.
В рамках одного доклада у меня нет возможности упомянуть о тех
отдельных наблюдениях, которые побудили меня выделить в качестве критериев
рассматриваемых различий определенные психические функции. В целом можно
констатировать только одно, что различия, насколько они теперь стали для
меня понятными, заключаются в том, что интроверт, например, не просто
отступает перед объектом и колеблется, а делает это совершенно особым
образом. И поступки свои он совершает не так, как любой другой интроверт, а
1   ...   73   74   75   76   77   78   79   80   81

Похожие:

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconЖизнь счастливого человека (А. Маслоу)
«ммк», №2010 опубликовал эту статью, подготовленную по материалам книг «Классики менеджмента» / Под ред. М. Уорнера: Пер с англ под...

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconЕ. Базанов, А. Дубянский, Н. Перевезенцева Художник А. Борина Верстка...
Б25 Маркетинговые коммуникации: интегрированный подход / Перевод с англ под ред. С. Г. Бо­жук. — Спб: Питер, 2001. — 864 с.: ил....

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconБ. Керниган, Д. Ритчи Язык программирования Си Издание 3-е, исправленное...
К36 Язык программирования Си.\Пер с англ., 3-е изд., испр. Спб.: "Невский Диалект", 2001. 352 с.: ил

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconКнига адресована широкому кругу серьезных читателей, в том числе...
Пер с англ под ред. В. Г. Трилиса. — К.: «София»; М.: Ид «София», 2003. — 336 с

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconЭймор Д. Электронный бизнес: эволюция и/или революция.: пер с англ
Дойль П. Маркетинг, ориентированный на стоимость / Пер с англ под ред. Ю. Н. Каптуревского. Спб: Питер, 2001. 480с

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconКраткое пособие по практическим умениям Под редакцией проф. Д. Ф. Костючек
Акушерство и гинекология: Краткое пособие по практическим умениям / Под ред. Д. Ф. Костючек. Спб: Спбгма, 2001. 116 с

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconИммануэль Валлерстайн. Анализ мировых систем и ситуация в современном...
Книга представляет собой первый в нашей стране сборник статей одного из самых интересных западных историков и социологов американца...

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconЯсные сны
Перевод: А. П. Исаева Л. А. Маклакова под ред. Л. И. Жеребцова Редактор: И. Старых

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconКухлевский Д. С, Радченко М. Г. П84 Профессиональная разработка в...
П84 Профессиональная разработка в системе 1С: Предприятие 8 (+CD) / Под ред. М. Г. Радченко. — М.: «1с-паблишинг»; спб.: Питер, 2006....

Перевод: София Лорие (под ред. В. Зеленского), Спб.: Азбука, 2001 iconФигуры Танатоса: Искусство умирания. Сб статей / Под ред. А. В. Демичева,...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<