Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5




НазваниеБерт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5
страница4/41
Дата публикации17.08.2013
Размер5.04 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Спорт > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   41

^ ДЖЕССИ ОУЭНС

(1913–1980)
То, что Джесси Оуэнс был осознанно избран судьбой на роль вершителя ее решений не только в мире легкой атлетики, но и в куда более обширном мире социальных отношений, поначалу было отнюдь не ясно. Сын алабамского испольщика, молодой Оуэнс был окрещен Дж. Си., следуя великой и священной южной традиции превращать два первых имени в инициалы. Когда его отец перебрался вместе с семьей в Кливленд, чтобы поступить на работу на сталелитейный завод, в первый же день его пребывания в начальной школе заботливая учительница задала юному Дж. Си. Оуэнсу следующий вопрос: «Как тебя зовут?» — «Дж. Си., мэм», — раздался ответ, произнесенный протяжным алабамским говорком. «Джесси?» — переспросила она, чтобы не ошибиться в имени нового ученика. «Да, мэм, Джесси», — согласился стремившийся угодить ученик. Так Дж. Си. Оуэнс сделался «Джесси».

Однако жизнь семейства Оуэнсов в Кливленде не стала легче, чем в Алабаме, особенно в годы депрессии, когда в обыкновенном семействе нередко не находилось двух никелевых монеток, чтобы, согласно пословице, потереть их друг о друга. «Мы не могли позволить себе никакого спортивного снаряжения, — вспоминал он многие годы спустя, — и нам оставалось только бегать». Имея немного других возможностей для сброса молодой энергии, юный Джесси «бегал, бегал и бегал».

К тринадцати годам Джесси уже выступал в официальных соревнованиях. Самый первый его забег оказался далеко не легендарным — бег на 40 ярдов он проиграл. «Я застрял в ямках», — так вспоминал он об этом событии, поскольку до изобретения стартовых колодок спринтеры вырывали в земле ямки для лучшего толчка на старте.

Но юный Джесси продолжал бегать, бегать и бегать. И овладевать техникой бега в такой мере, что теперь он отрывался от опоры с первым же шагом, нисколько не рискуя «снова застрять». Однако бег являлся всего лишь центральной точкой его многочисленных талантов. К постоянно удлиняющемуся перечню их он уже добавил прыжки в длину и высоту. В пятнадцать лет он пробегал 100 ярдов за 9,9 секунды, прыгал в высоту на 6 футов 2 1/2 дюйма (189 см) и в длину ровно на 23 фута (701 см). Четыре года спустя стройный, весящий 74 кг старшеклассник Кливлендской восточной технической высшей школы пробежал 100 ярдов за 9,4 секунды, поставив мировой рекорд для учащихся, а 220 ярдов по прямой — за 20,7 секунд и прыгнул в длину на 24 фута 11 1/4 дюйма (760 см).

В то время, когда места в колледжах еще не предоставлялись бесплатно — как каштаны в баре, Джесси не получал практически ничего. Единственной наградой за такие таланты послужило предложение, поступившее из расположенного поблизости Университета штата Огайо работать лифтером в ночную смену, с пяти утра до 12.30, в Стейт Оффис Билдинг, Колумбус, за 150 долларов в месяц — королевские деньги в те дни, когда на рузвельтовский никель <Монета в 5 центов. (Прим. ред.)> можно было купить себе пива, и еще существовала такая вещь, как бесплатный обед.

Но, поднимая и поднимая, опуская и опуская кабину ночного лифта, изучая ее стены, урывая, как придется, шесть часов сна, потому что занятия начинались в восемь утра, Джесси по-прежнему находил время и для своей первой любви: легкой атлетики. Он оказался под заботливой дланью тренера по имени Ларри Снайдер.

Прекрасно понимая, что его подопечный имеет большие перспективы в легкой атлетике, Снайдер старательно опекал Оуэнса. И взявшись за эту полную талантов башню, Снайдер сделал ее еще более высокой. В буквальном смысле слова. То есть Оуэнс стал прыгать в длину дальше, а прыгать в высоту еще выше. Снайдер сумел заставить Оуэнса прыгать в высоту так высоко, как мог позволить ему закон земного тяготения. Многие чиновники Большой десятки с удивлением видели, как Оуэнс взмывал на высоту собственного роста. И даже выше.

Снайдер учил Оуэнса уравновешивать свой вес — «не слишком много на ноги, не слишком много на руки», что позволяло тому расслабляться во время бега. А отрабатывая старт в спринте, барьерном беге и беге на средние дистанции, концентрировался на том, чтобы Оуэнс выпрыгивал вперед первым же своим шагом. Таким образом, считал он, Оуэнс заставит своих соперников бежать под его дудку. В результате бег его напоминал превосходно отлаженную машину, передвигающуюся с такой быстротой, словно двигаться ей приходилось по раскаленным углям, ноги его в стремлении к новому рекорду едва прикасались к земле.

Во время обучения Оуэнс побил несколько рекордов университета и конференции, так же как юниорский рекорд ААЮ по прыжкам в длину. Однако самый великий день его был еще впереди: соревнования Западной конференции (читай, Большой десятки) в Энн-Арборе, Мичиган, суббота, 25 мая 1935 года.

Этот день мог и не наступить. Чуть более чем за неделю до соревнований Оуэнс оказался замешанным в какую-то ссору со своими приятелями по меблированным комнатам. Удирая с места драки, он поскользнулся и упал на спину, пролетев в таком положении целый пролет. На следующий день в разминочной встрече с Северо-западным университетом Оуэнс ударился ногой о предпоследний барьер и ощутил, как острая боль полоснула «вдоль самого позвоночника».

Надо было лечить спину, и, услышав совет залечь, чтобы не получить постоянную травму спины, Джесси провел неделю перед встречей Большой десятки под одеялом — с химическими грелками на спине и животе, ощущая себя слабым и выдохшимся, как вчерашний имбирный эль.

В день встречи Джесси сумел с трудом погрузить свое измученное болью тело в древнюю колымагу, которой предстояло отвезти его плоть на Ферри Филд, Энн-Арбор. Старый автомобиль плюхал по ухабам, и Оуэнс ощущал всю дорогу колющую боль в спине, бедрах, коленях и почти во всех прочих частях тела. Наконец машина добралась до места назначения, и Оуэнс со значительными усилиями распрямился и похромал к беговой дорожке. Однако боль была настолько сильна, что он не сумел как следует размяться и усомнился не только в том, что сможет показать хороший результат, но и в том, что вообще сумеет участвовать в соревнованиях.

Однако дух одержал победу над плотью, и Оуэнс заставил себя забыть обо всех болячках, сконцентрировавшись на том, что было действительно важно: на соревнованиях. «Я сгибался на старте, преодолевая боль, — вспоминал он годы спустя, — но когда стартер сказал: "Приготовиться", вся боль исчезла». И он принял участие в спринте, барьерном беге и прыжках, установив пять-шесть мировых рекордов менее чем за час.

Возможно, величайшим его достижением стал прыжок в длину. Когда боль в спине сделалась непереносимой, Оуэнс и его тренер Снайдер согласно решили, что чрезвычайность ситуации диктует свои собственные правила и что Оуэнс совершит всего лишь один прыжок — без разминки, без приготовлений, без ничего — всего лишь один прыжок. А потому, сняв повязку, поместили ее в яме для прыжков — на 26-футовой отметке. Полагая, что если уж делать, так делать сразу, Оуэнс помчался по дорожке, взлетел над толчковой доской и взмыл в воздух — едва ли не к синему небу Энн-Арбор и облачку в нем, а потом опустился в восьми с половиной дюймах позади повязки. Так был установлен новый мировой рекорд, продержавшийся четверть столетия, дольше, чем любой другой мировой рекорд в легкой атлетике.

Героическая борьба Оуэнса с болью и лучшими атлетами своего времени немедленно сделала его знаменитым, национальным героем. Теперь ему оставалось подождать всего один год, до Олимпийских игр в Берлине, чтобы стать героем интернациональным.

Ненависть утратила свою невинность задолго до 1936 года. Тем не менее полностью и во всей своей уродливой красе она расцвела лишь на Берлинской Олимпиаде того года. С тех пор как барон де Кубертен возродил современные Игры в 1896-м, Олимпиады стали витриной любительской атлетики. Теперь им предстояло стать средством демонстрации превосходства арийцев и коричневорубашечников Адольфа Гитлера над всеми остальными. Фюрер вещал о расе господ, чередуя свои высказывания со снисходительными улыбками в адрес обделенных подобными достоинствами смертных и пренебрежительными репликами в адрес американских, так называемых черных вспомогательных сил.

Однако всего за шесть дней Джесси Оуэнс полностью опроверг подобное мнение. Для начала он выступил в четырнадцати предварительных соревнованиях, проведя по четыре забега на дистанциях 100 и 200 метров и совершив шесть предварительных прыжков, при этом девять раз побив и два раза повторив олимпийские рекорды. Потом в соревновании за олимпийское золото Оуэнс победил на дистанциях 100 и 200 метров и в прыжках в длину и разделил еще одно золото, пробежав первый этап в 400-метровой эстафете. Подобных успехов на Олимпиадах до него добивались только Джим Торп и Пааво Нурми.

Стотысячная толпа, заполнившая имперскую спортивную арену в Берлине, была сперва ошеломлена подобными выступлениями человека, принадлежавшего к низшей расе. А потом, после некоторой странной неловкости, она разразилась громогласными криками, которые можно приблизительно передать следующим образом: «Йес-сей, йес-сей, йес-сей… Ов-еннс». Не принял участия в приветствиях только Адольф Гитлер, соблюдая вежливость, но, тем не менее якобы не заметив существования «чернокожего подручного», он оставил ложу перед церемонией награждения.

«Черт, я совсем не думал о Гитлере, — вспоминал позже Оуэнс в этот момент. — Ты соревнуешься с самыми быстрыми парнями в мире. И даже после забега ты не обращаешь внимания на трибуны. Хочется бежать и бежать».

Но знатоки спорта и в Берлине, и во всем мире теперь видели в Оуэнсе выдающегося атлета. И как участник четырех Олимпиад он мог смотреть свысока на весь спортивный мир.
^ УИЛТ ЧЕМБЕРЛЕН

(1936–1999)
Еще не доросший до корзины молокосос ростом шесть футов одиннадцать дюймов, известный под кличками «Большой Ковш» и «Уилт Ходуля», которые он ненавидел, набрал 2250 очков за три года выступлений за среднюю школу «Филадельфия Овербрук», имея в среднем за игру феноменальные 37 очков. И в течение этих лет он стал видной персоной — как на спортивной площадке, так и вне ее.

Когда две сотни колледжей прислали ему предложения поступить в них, а команда Национальной баскетбольной ассоциации «Филадельфия Уорриорс» поторопилась заявить на него территориальные права, будущее было открыто перед ним словно перед младенцем. Еще до того как газеты, объявившие о его поступлении в Канзасский университет, пошли на обертку для купленной в магазине селедки, люди с пророческими способностями принялись устанавливать его статую в пантеоне великих спортсменов всех времен.

Обозреватели ожидали, что этот еще растущий Голиаф, который, казалось, мог есть яблоки с дерева без помощи рук, будет доминировать в студенческом баскетболе даже в большей степени, чем Билл Рассел, только что приведший свою Сан-Францисскую команду к двум победам в первенстве НКАА, перенеся чемпионство в Канзас на обозримый период времени. Один из тренеров, видевший, как новичок вдребезги разнес его команду, назвал его «лучшим из известных ему игроков». Тренер команды Северной Каролины Фрэнк Макгайр разделил его чувства, заявив тренеру «Джейхокеров» Фогу Элиену: «Вы пытаетесь убить баскетбол, взяв этого парня в школу. Однажды Чемберлен набросает сто тридцать очков за вечер, и другой тренер потеряет работу. Быть может, с ним и сумеет справиться кто-нибудь из исправительного дома, однако в колледже, гарантирую, таких не найдется».

В то время Чемберлен имел рост семь футов и одна шестнадцатая дюйма (211 см) и весил 231 фунт (105 кг), причем большая часть его веса концентрировалась в его хорошо развитой шее, грудной клетке и плечах; торс его имел размеры обыкновенного человека, ноги напоминали ноги кузнечика. Стоя он мог дотянуться до отметки девять футов шесть дюймов (289 см); подпрыгнув — до двенадцати футов шести дюймов (381 см). Похоже, у одинокой и беззащитной корзины, расположенной на высоте десять футов, не оставалось никаких шансов.

Однако есть разные способы защиты от талантливого великана, и Чемберлен провел два года в Канзасе, воюя локтями направо и налево и заслужив, должно быть, черный пояс в баскетболе. Двойная и тройная опека сделались правилом при игре остальных команд с Канзасом, поскольку иначе нельзя было остановить этого игрока.

Когда «Смоляные Пятки» Макгайра играли с Канзасом в розыгрыше чемпионата Национальной студенческой атлетической ассоциации 1957 года, они отбросили все стандартные представления о стратегии, превратив игру в матч Северной Каролины против Чемберлена. Выставив против него сразу троих игроков — одного спереди, второго сзади и третьего, отбегавшего, когда Уилт получал мяч, Каролина предоставила возможность остальным игрокам Канзаса возможность получать, перехватывать и бросать мяч, не отправляя его Чемберлену. Они не могли этого делать, и Северная Каролина победила Канзас в игре, завершившейся тремя овертаймами, намного превысив обычную профсоюзную норму. Тем не менее облепленный со всех сторон игроками — словно черепаха панцирем, — Чемберлен набрал за два года в среднем 29,9 очка и 18,3 подбора за игру.

Находясь в Канзасе, он пробовал свои силы и в других видах спорта, участвуя в первенстве Канзаса 1956 года в качестве свободного участника. Он оказался вторым в прыжках в высоту после обладателя мирового рекорда, кроме того, поучаствовал в толкании ядра и кроссе.

Итак, Чемберлен искал другие миры, чтобы покорить их. И в итоге, проведя два года в Канзасе, он отправился в команду «Гарлем Глобтроттерс», а потом в «Филадельфия Уорриорс». Подписав в ту пору самый крупный контракт в истории НБА, по слухам, на сумму аж 65000 долларов, он придал зрелищу ту изюминку, которую искали знатоки, и оправдал все выдававшиеся ему авансы, набирая в среднем 37,6 очка за игру уже в первый год, в основном смертельно точными бросками с прыжка и патентованным «перекатом вокруг пальца», причем шесть раз он имел более 60 очков за игру. Он возглавил список лиги по сыгранному времени и подобранным отскокам.

Баскетбол никогда не видел игрока, подобного ему. Следующие два года он набирал очки как хотел. Он столько раз брал по 50 очков за игру, что спортивные комментаторы уже начали воспринимать подобное с зевотой, хотя знающие толк болельщики смотрели и примечали. А потом на третий год его пребывания в лиге насторожилась и пресса, все же заметившая не имевшую особого значения игру между «Уорриорс» Чемберлена и «Нью-Йорк Никс» в Херши, Пенсильвания. Ибо в этой игре, состоявшейся 2 марта 1962 года, Уилт сделал «всего только» 36 бросков с пальцев и пола, забросил невероятное для него количество штрафных бросков, 28 из 32, набрав тем самым ровно 100 очков и превысив существовавший рекорд на 29 очков.

И тут Чемберлен вдруг оказался столь же великим, сколько и высокорослым. А какой, собственно, у него был рост? Хотя справочник «Уорриорс» и утверждал, что рост его составляет семь футов один дюйм, «Диппер», или «Дип», как его часто называли, не мог не пригнуться, входя в дверь, что сделалось у него почти безусловным рефлексом. Так вот, один из газетчиков, измеривший высоту некоей двери в семь футов три дюйма, видел, как Уилт согнулся в три погибели, проходя под ней.

Но если рост его можно оспорить, против его рекордов не возразишь. Семь лет кряду он возглавлял список самых результативных игроков лиги, увеличивая при этом количество своих 50-очковых матчей.

Тем не менее пресса как всегда старалась пририсовать усы к портрету титана и изливала на его голову потоки сомнений, спрашивая, почему это, раз уж он настолько велик, Чемберлен ни разу не играл в команде, ставшей чемпионом.

Обнаруживая удивительную чувствительность ко всякого рода пересудам, Чемберлен становился угрюмым всякий раз, когда заходила речь о его неспособности выиграть чемпионский титул. Этот одинокий и симпатичный гигант объяснял свою неудачу тем, что «никто не симпатизирует Голиафу». Симпатизировал ему, пожалуй, только Билл Рассел, его вечный соперник из неизменно победоносной команды «Бостон Селтикс»: «Уилта одурачили. Болельщикам и журналистам были нужны только очки, поэтому он вышел на площадку и набросал сколько мог. Потом ему сказали, бери отскоки, и он опять постарался. С его точки зрения он сделал все, что может сделать игрок, поскольку возглавляет списки во всех категориях, о которых ему говорили. А победить в первенстве все равно не может».

И тут на восьмой сезон своего пребывания в лиге Уилт наконец избавился от ярлыка неудачника, став победителем первенства лиги со своей новой командой «Филадельфия-76». И хотя он впервые не стал лучшим снайпером чемпионата, он возглавил первенство НБА по проценту попаданий и подобранных отскоков и был третьим по передачам. Теперь он стал, если воспользоваться словами одного из товарищей по команде, «истинным подобием идеала».

После новой продажи, на сей раз в «Лос-Анджелес Лейкерс», Чемберлен вновь принес в жертву количество набранных им очков в пользу отскоков и передач. И вновь он вывел свою команду на самый верх НБА. Наконец он посрамил своих критиков.

К концу своей четырнадцатилетней профессиональной карьеры Уилт Чемберлен прочно владел книгой рекордов и корзиной. Семь раз подряд он возглавлял список самых результативных игроков лиги, а в подборе ему не было равных одиннадцать лет. В ходе своей продолжительной карьеры он набрал 30335 очков, причем 118 раз набирал более 50 очков за игру. Следует за ним в этом списке Майкл Джордан, уступая в числе пятидесятиочковых матчей более чем в два раза, что явно свидетельствует о том, что следующий по классу все же не достиг уровня Чемберлена. Ибо Уилт Чемберлен намного превосходит всех, кто когда-либо бросал мяч в корзину.

Вот и все, что можно сказать о человеке, считающемся величайшим из всех баскетболистов, чье имя буквами в его рост вписано в книги рекордов.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   41

Похожие:

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconМусский Сергей Анатольевич 100 великих нобелевских лауреатов м.: «Вече», 2003 isbn 5-9533-1380-2
Лев Толстой, Марина Цветаева, Федерико Гарсиа Лорка. Крайне мало в списках лауреатов выдающихся советских и российских ученых. Однако...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconИонина Надежда Алексеевна 100 великих наград м.: «Вече», 2003 isbn 5-9533-0557-5
Подвязки, польский орден Белого Орла, орден Александра Невского, орден Святого Стефана, французский орден Почетного легиона, болгарский...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconШишов Алексей Васильевич 100 великих военачальников м.: «Вече», 2001 isbn 5-9533-1127-3
Наполеон и Жуков, Цезарь и Суворов, Ганнибал и Тимур, Аврелиан и Вашингтон жили в совершенно разные эпохи и в разных условиях, но...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconКубеев Михаил Николаевич 100 великих катастроф м.: «Вече», 1999 isbn...
Всемирный потоп, исчезновение Атлантиды, тайна Тунгусского метеорита, гибель Великой Армады, катастрофа на Ходынском поле, крушение...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 icon«100 великих авантюристов»: Вече; 1999 isbn 5 7838 0437 1
Но так или иначе, все они пытались влиять на ход мировой истории представим самых известных — граф Калиостро, Емельян Пугачев, маркиз...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconХарт М. Х. 100 великих людей
Читатель книги узнает не только о заслугах 100 великих исторических лиц, чьё влияние на историю человечества было особенно заметно,...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconРудольф Константинович Баландин 100 великих богов 100 великих c777 all ebooks com
Книга рассказывает о самых знаменитых из богов, которым поклонялись в прошлом, а отчасти поклоняются и теперь разные племена и народы....

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconКнига «100 великих психологов» вполне могла бы называться иначе....
Но тем не менее они существуют и тоже являются частью Вселенной. Так же и психология, в истории которой есть множество забытых, полузабытых...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconПриказ Министерства транспорта Украины от 16 апреля 2003 года n 293...
...

Берт Рэндолф Шугар 100 великих спортсменов м.: «Вече», 2003 isbn 5-94538-346-5 iconСергей Анатольевич Мусский 100 великих чудес техники 100 великих SpellCheck: Chububu, 2007
Лучшие достижения человеческой цивилизации могут вызывать только восхищение могуществом разума человека и искусными деяниями человеческих...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<