Татьяна Устинова Богиня прайм тайма




НазваниеТатьяна Устинова Богиня прайм тайма
страница23/23
Дата публикации12.12.2013
Размер3.43 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Военное дело > Документы
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   23
* * *


Ровно через сутки, прижимая к груди камеру в синем кофре, как убаюканного младенца, он, прищурившись, смотрел на стрекозиную тень от вертолета, которая странно неслась впереди и сбоку, изгибалась на склонах, проваливалась в ущелья и снова возникала.

Потом он стал задремывать под мерное стрекотание вертолета и прорывавшийся через шум разноязычный говор военных корреспондентов, летевших с ним, и просыпался, только когда пот начинал щекотать за ухом. Тогда он вытирал лицо и шею свободным концом банданы и снова задремывал.

Он совсем не спал в самолете, все думал – как она смогла?!

Ему?! Почти на весь мир?!

Он улыбался и оглядывался по сторонам, не слышит ли кто его мыслей.

Алина Храброва иногда слышала его мысли, а он слышал ее – вот что это такое?! Разве так бывает?!

Во рту сохло, и Ники отлично знал, что будет дальше – пот, заливающий глаза, белые разводы на майке, таблетки от обезвоживания, гадкая вода и песок, песок везде – в волосах, в ушах, в носу, в глотке.

И единственная забота – чтобы только камера была цела, наплевать на остальное! И арабская речь, и злые глаза повсюду, и американцы, попирающие вечные пески подошвами рифленых ботинок, и “виртуальная война”, когда снимают все, что угодно, – своего собрата корреспондента на фоне развалин и выдают его за пленника или беженца, – и недовольство, что сюжет слишком длинный или что слишком короткий, и воды опять нет, и связи нет, а он должен, должен ей звонить, он же обещал!..

Он проснулся оттого, что кто то, протискиваясь мимо, наступил ему на ногу. Вертолет, разметая желтую пыль, стоял на бетонной площадке. Люди выбирались наружу, тащили рюкзаки и прыгали на выжженную солнцем землю. Винт крутился, пыль лезла в горло, и на улице было так жарко, что казалось, будто ныряешь в струю раскаленного газа, и все время хотелось из нее выбраться. Ники знал, что выйти из нее удастся только в Москве.

Не скоро.

Он поудобнее перехватил камеру, закинул на плечо рюкзак и выпрыгнул самым последним. Жестокое солнце, как профессиональный боксер, ударило в лицо так, что потемнело в глазах. Ники выпростал дужку очков из ворота черной майки, нацепил их и махнул пилоту рукой – все, больше никого нет. Недалеко слева теснились какие то низкие серые зданьица, за ними палатки, и еще один вертолет, а за ним верблюд, привязанный к какому то шесту.

Мир, в котором предстоит жить и выжить.


* * *


В ту самую минуту, что Никита Беляев тащил рюкзак и камеру к серому глиняному сараю, поминутно моргая от слез, потому что песок и солнце скребли по глазам, как будто теркой, Алина Храброва вышла из раздвижных стеклянных дверей аэропорта имени Шарля де Голля. Ей нужно было найти стоянку такси, чтобы доехать до отеля, а она понятия не имела, где ее очки, без которых она ничего не видела.

Ники всегда знал совершенно точно, где они.

Флаги развевались на длинных стержнях, упирались в серое небо. Вечерело, и желтые фонари на шлагбаумах мигали сквозь тонированное стекло размытым светом.

Мимо прокатили коляску с угольно черным веселым младенцем, который сосал ухо белоснежного зайца.

Какие то молодые мужчины хохотали у стойки и посторонились, не глядя на Алину и давая ей пройти. Часы “Тиссо” крутились на высокой подставке, с разных сторон показывали разное время – реклама.

В динамиках прозвенели колокольца и ангельский голос что то длинно и сложно сказал по французски.

Алина не знала французского языка. В джинсах и легкомысленной кофточке она сильно мерзла – в самолете было жарко, и она почему то решила, что внизу тоже очень тепло, а оказалось сумрачно и странно холодно.

Куртка осталась в чемодане, и ей не хотелось ее доставать.

Она долго и рассеянно рылась в сумочке, одна среди разноцветной, равнодушной, веселой и озабоченной толпы, внутри разнообразия чужих языков, запаха кофе и сигарет, блеска рекламы и огней витрин, думая только о том, что он вернется к ней, а когда нашла наконец очки и шагнула на тротуар, оказалось, что идет дождь.

В голове крутилась одна мысль – как он там?

Прямо вот этими, глупыми книжными или киношными словами.

Она никогда не была на войне и думала, что представляет себе, каково это, а на самом деле почти не представляла.

И еще она думала – как я смогла его отпустить?

И как отпущу в следующий раз, который непременно будет?

Она знала, что мужчин нельзя держать привязанными к себе. Еще она знала, что даже лучшие из них боятся несвободы, рабства и еще какой то ерунды, которая существует только в их мужских мозгах, а мозгов этих, как известно, у них на пятьдесят граммов больше, чем у остального человечества, именующегося женской половиной!..

Ни за что и никогда она не станет предлагать ему себя, как положено – с кольцом на пальце, с клятвой верности до гроба и со всеми обязательствами, которые так пугают его.

Никогда она не вынудит его сделать что то только из за того, что он “должен”. Он ничего ей не должен.

Ничего. Ничего.

Она остановилась под козырьком громадного здания. Желтый автобус прозвенел теми же ангельскими колокольцами и бесшумно закрыл широкие двери.

Он меня не пустил, подумала Алина про автобус. Закрыл свои двери и не пустил.

Совсем как Ники.

Он никогда не сделает первый шаг именно потому, что до смерти напуган кем то или чем то, и ей еще только предстоит выяснить, кем или чем.

Он так устроен, что тут поделаешь!

Все его мужские комплексы и страхи и эта подчеркнутая любовь к свободе, как у парижского коммунара из кино пятидесятых годов, – просто обиды маленького мальчика, который мечтал только об одном. Чтобы его близкие дали друг другу возможность жить спокойно, а это так просто!

Он и сам не понимает, насколько это просто!..

Он сказал ей, что любит ее, и вряд ли соврал – он никогда ей не врал, это уж точно.

Значит, подумала она строго, вся надежда только на тебя. Потому что, кажется, первый раз в жизни тебе попался человек, без которого ты пропадешь, и глупо спрашивать себя, как это получилось.

Получилось, и все.

Двери за ее спиной разошлись, и она посторонилась, пропуская очередные коляски с очередными младенцами и чемоданами.

Интересно, а у нее когда нибудь будет коляска с младенцем?

Она тоже сказала ему, что любит его, но этого мало, мало!.. Ей то как раз и нужны обязательства – все до единого, сколько их ни придумал род человеческий с незапамятных времен!

Он никогда не сделает первый шаг, и она это знает.

Для него она всегда будет чем то “не правильным”, нереальным, полученным случайно или украденным у другого.

Ну что ж.

Дождь шел, заливал ее светлые туфли, и она совсем замерзла, пока стояла возле раздвижных дверей аэропорта имени Шарля де Голля с задумчивым, почти мрачным лицом.

Потом она открыла дверь ближайшей телефонной будки и забралась внутрь. Шум гигантского аэропорта как то сразу отдалился, как будто отрезанный от нее.

Она достала свой телефон и набрала номер.

Она никогда еще так не рисковала. Но в конце концов она же Храброва, а не Трусова!..

Ники уже почти добежал до серой глиняной стены, когда в кармане у него зазвонил мобильный.

Останавливаться на солнце, чтобы вытащить телефон, было невозможно, и он все таки добрался до тени, бросил рюкзак, а камеру так и не отпустил, и долго тащил из камуфляжных штанов аппарат – пальцы оказались скользкими от пота, и трудно было удержать ими трубку.

– Да!

– Ники?

Он перепугался до смерти. Он еще в жизни ничего так не пугался.

– Алина, что случилось?! Где ты?!! Але!!

– Я в Париже, – сказал далекий голос, показавшийся ему очень холодным. – А ты? Где ты?

– Я на месте, – растерянно ответил он и снова закричал:

– Почему ты звонишь?! Что случилось?!

– Я решила, что ты должен на мне жениться, – произнесла она отчетливо. – Слышишь, Ники?

Он вытер лоб о рукав майки, не отрывая от уха телефон, и скинул, почти швырнул на землю свою драгоценную камеру.

И переспросил:

– Что?

– Я решила, что ты должен на мне жениться, – повторила она, и он понял, что не ослышался. – Я делаю тебе предложение. Отвечай прямо сейчас. Или тебе нужно неделю на раздумье?..

– Постой, – сказал он. Пот заливал глаза, а спине почему то стало холодно. – Я догадался. Ты заболела и бредишь. Да?

– Нет.

– Значит, у тебя уже украли все деньги и ты решила как то заманить меня в Париж. Да?

– Нет.

– Это тебе Малышева велела устроить свою семейную жизнь, и ты ее таким образом устраиваешь. Да?

– Нет.

– Тогда что?

– Ники, я не могу без тебя жить, – пожаловалась она. – Я хочу, чтобы ты был мой муж и чтобы я просто отпускала тебя на работу, как нормальная жена. Чтобы я тебя ждала! Чтобы у нас была коляска, а в ней ребенок!

Честное слово, я не стану тебе… мешать. И знаешь, я никому и никогда не делала предложения!

– Точно?

– Ну да, – горестно сказала она. – Ты первый.

Он улыбнулся, взялся свободной рукой за глиняную стену и потряс ее. Стена заходила ходуном.

– Слушай, Храброва. – Он еще потряс, и из сарайчика выглянул встревоженный усатый военный в желтой форме. Он подумал, что началось землетрясение. – Ты свою почту электронную смотрела?

Она помолчала, решила, что он ей отказывает.

– Нет.

– А зря. Я уже сделал тебе предложение. Вчера. В письменном виде, чтобы вернее. Ты опоздала.

– Ники! – вскрикнула она.

– Я тоже без тебя не могу, – сказал он тихо и повернулся спиной к усатому, – странно, что мог так долго.

На секунду он закрыл глаза, а когда открыл, перед ним была серая глиняная стена в пятнах жесткой бурой иракской дорожной пыли.

Алина Храброва в ту же самую секунду смотрела в чистое стекло своей парижской телефонной будки. По стеклу бежал дождевой поток.

В этот вторник в Париже в первый раз пошел дождь – после долгого весеннего тепла.
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   23

Похожие:

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Татьяна Устинова Дом фантом в приданое
Алоизий? — спросила Маргарита, подходя ближе к окну. — Его арестовали вчера. А кто его спрашивает? Как ваша фамилия?

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Татьяна Устинова Большое зло и мелкие пакости “Самый...
Школа сверху донизу сияла непривычными для этого часа огнями, но они не разгоняли, а уплотняли окружающую тьму

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Татьяна Устинова Близкие люди
Едва успев открыть глаза. Кролик почувствовал, что сегодня все от него зависит и все на него рассчитывают. Это был как раз такой...

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconПодруга особого назначения татьяна устинова
В это же самое время из кабинета исчезает пластиковая карта, на которой лежит ни много, ни мало полмиллиона швейцарских франков!...

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Саквояж со светлым будущим
Воздвиженский злодеев, разумеется, ослушались. Только закончилось это весьма печально. Познакомиться с Борисом Головко на даче местной...

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Пять шагов по облакам
Мелисса и Герман повздорили не на шутку, разговор закончился взаимными угрозами. А чуть позже Садовникова застрелили. Что ж, поделом...

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconВосточной Европы" и нтервью агентству прайм-тасс президента компании "
Интервью агентству прайм-тасс президента компании "Квазар-Микро" Максима Агеева, только что назначенного на эту должность

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Пороки и их поклонники
Машу сразу после смерти Лизаветы. Потом на шею Маше свалился сводный брат из провинции, а затем они оба исчезли. Обеспокоенный их...

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconТатьяна Устинова Гений пустого места
Арину избил какой то хмырь, якобы из за денег Кузмина, который незадолго до смерти сделал ей предложение и говорил, что жутко разбогател....

Татьяна Устинова Богиня прайм тайма iconवती «богатая водами», букв перевод «текущая река» в индуизме богиня...
«богатая водами», букв перевод — «текущая река» — в индуизме богиня мудрости, знания, супруга Брахмы. Сарасвати осуществляет брак...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<