Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений




НазваниеИосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений
страница2/28
Дата публикации27.02.2013
Размер4.13 Mb.
ТипДокументы
uchebilka.ru > Военное дело > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Письмо т. Д ову
Тов. Д ов!
Отвечаю с запозданием: за недостатком времени не мог ответить вовремя.

1) Я думаю, что Вы плохо читали статью,7 иначе Вы обязательно нашли бы там цитату из статьи Ильича, говорящую “о победе социализма в одной стране”.

2) Если прочтете статью вдумчиво, должно быть поймете, что речь идет не о полной победе, а о победе социализма вообще, т. е. о том, чтобы прогнать помещиков и капиталистов, взять власть, отбить атаки империализма и начать строить социалистическое хозяйство, – все это может вполне удаться пролетариату в одной стране, но полная гарантия от реставрации может быть обеспечена лишь в результате “совместных усилий пролетариев нескольких стран”.

Глупо было бы начинать Октябрьскую революцию в России при убеждении, что победивший пролетариат России при явном сочувствии со стороны пролетариев других стран, но при отсутствии победы в нескольких странах, “не может устоять против консервативной Европы”. Это не марксизм, а самый заурядный оппортунизм, троцкизм и все что угодно. Если бы теория Троцкого была правильна, то не был бы прав Ильич, утверждающий, что Россию нэповскую превратим в социалистическую, что мы имеем “все необходимое для построения полного социалистического общества” (см. “О кооперации”8).

3) Вы, должно быть, не обратили внимания, что опубликованная статья является частью “Предисловия”. Если бы Вы на это обратили внимание, я думаю, пеняли бы, что “Предисловие” надо брать в целом.

4) Самое опасное в нашей политической практике – это попытка рассматривать победившую пролетарскую страну, как нечто пассивное, способное лишь топтаться на месте до момента появления помощи со стороны победивших пролетариев других стран. Допустим, что в течение пяти – десяти лет существования советского строя в России не будет еще революции на Западе; допустим, что за этот период наша Республика все же просуществует как Советская Республика, строящая социалистическую экономику в условиях нэпа,9 – думаете ли Вы, что за эти пять – десять лет наша страна будет заниматься толчением воды, а не организацией социалистического хозяйства? Стоит поставить этот вопрос, чтобы понять всю опасность теории отрицания победы социализма в одной стране.

Но значит ли это, что победа эта будет полной, окончательной? Нет, не значит (см. мое “Предисловие”), ибо, пока есть капиталистическое окружение, всегда будет опасность военной интервенции. Но что это есть все же победа социализма, а не поражение, это видит всякий. И что эта победа является вместе с тем предпосылкой победы революции в других странах, – в этом едва ли есть основание сомневаться.

Я вижу, что некоторые товарищи еще не отрешились от старой социал демократической теории о беспочвенности пролетарской революции в странах менее развитых капиталистически, чем, скажем, в Англии или Америке.

5) Советую перечитать некоторые статьи Ильича в сборнике “Против течения”,10 брошюры его о “Пролетарской революции”11 и “Детская болезнь”,12 а также статью его “О кооперации”.
С ком. приветом И. Сталин
25 января 1925 г.

Печатается впервые
О “Дымовке”

Речь на заседании оргбюро ЦК РКП(б) 26 января 1925 г.13
Прежде всего вопрос о Сосновском, хотя он и не представляет центрального вопроса. Его обвиняют в том, что он, будто бы, утверждал где то в печати, что весь советский аппарат, даже система – прогнили. Я этих утверждений не читал, и никто не указал, где Сосновский об этом писал. Если бы он заявил где либо, что система Советов прогнила, он был бы контрреволюционером.

Вот его книга. Тут сказано: “Не зная достаточно хорошо украинской деревни, я не берусь судить, насколько Дымовка типична для всей украинской деревни. Пусть об этом судят более сильные знатоки Советской Украины. Однако, я позволю себе утверждать, что Дымовка – отнюдь не исключение. Из местной печати, из бесед с работниками, из встреч с крестьянами, из некоторых попавших мне в руки документов я уловил, что элементы “дымовщины” рассеяны и по другим селам”.

Это очень мягко сказано, и здесь нет речи ни о каком разложении советской системы или советского аппарата в целом. Поэтому обвинения против Сосновского, выдвинутые комиссией или отдельными товарищами, неправильны. Губком ли это выдвигает, окружном ли, комиссия или отдельные лица, – все равно, это ничем не подтверждено, документов нет.

Наоборот, я хотел бы отметить, что здесь имеется заслуга Сосновского. Об этом никто ничего не сказал. Заслугу “Правды”, заслугу Сосновского, заслугу Демьяна Бедного, – то, что у них хватило мужества вытащить кусок живой жизни и показать всей стране, – эту заслугу обязательно нужно отметить. Об этом надо говорить, а не о том, что они перегнули палку.

Говорят, что Сосновский перегнул палку. Но в таких случаях, когда есть общий уклон в сторону официальности, между тем как язвы все таки кроются где то там и портят всю работу, в таких случаях перегнуть палку следует. Обязательно следует. Это неизбежно. От этого ничего, кроме плюса, не будет. Конечно, кой кого обидишь, но дело от этого выиграет. A 6eз некоторой обиды в отношении отдельных лиц мы дела не поправим.

Основной вопрос в этом деле, по моему, не в том, что убили селькора, не в том даже, что есть у нас Дымовка, – все это очень плохо, но не в этом основа дела. Основа в том, что наши местные работники кое где в деревне, в волости, в районе, в округе глядят лишь на Москву, не желая повернуться к крестьянству, не понимая, что недостаточно ладить с Москвой, надо уметь еще ладить с крестьянством. Вот в этом основная ошибка, основная опасность нашей работы в деревне.

Многие из работников говорят, что у нас в центре пошла мода на новые речи о деревне, что это – дипломатия для внешнего мира, что у нас нет, будто бы, серьезного и непоколебимого желания улучшить нашу политику в деревне. Вот это я считаю самым опасным. Если наши товарищи на местах не хотят верить, что мы серьезно взялись за то, чтобы привить нашим работникам новый подход к деревне, к крестьянству, если этого они не уловят, не хотят верить в это дело, – то это серьезнейшая опасность. Переломить это настроение у местных работников, круто повернуть линию в другую сторону, чтобы на нашу политику в отношении деревни смотрели как на нечто серьезное, абсолютно необходимое, – вот что нужно нам теперь.

Три союзника у нас имеются: международный пролетариат, который не торопится с революцией; колонии, которые очень медленно раскачиваются, и крестьянство. О четвертом союзнике, т. е. о конфликтах в лагере наших врагов, я сейчас не говорю. Когда международная революция раскачается, – трудно сказать, но когда она раскачается, это будет решающим делом. Когда колонии раскачаются, – тоже трудно сказать, – это очень серьезный и трудный вопрос, ничего не скажешь определенного. А вот с крестьянством мы сейчас работаем, – это третий наш союзник, причем такой союзник, который дает нам прямую помощь теперь же, дает армию, хлеб и пр. С этим союзником, т. е. с крестьянством, мы работаем вместе, мы вместе с ним строим социализм, хорошо ли, плохо ли, но строим, и мы должны уметь ценить этого союзника именно теперь, особенно теперь.

Вот почему на первый план нашей работы мы выдвигаем теперь вопрос о крестьянстве.

Нужно сказать, что нынешний курс нашей политики есть новый курс, отмечающий новую линию нашей политики в отношении деревни в деле строительства социализма. Этого товарищи не хотят понять. Если этого основного не поймут, – никакая у нас работа не пойдет, никакого социалистического строительства у нас не будет. И поскольку наши товарищи, забывая об этом основном, увлекаются своими, так сказать, ведомственными соображениями о том, что необходимо Москве показать “товар лицом”, что все у нас, будто бы, обстоит благополучно, что нужно прикрывать язвы, что не нужно, будто бы, критики, ибо она дискредитирует местную власть, местных работников, – поскольку такие речи имеют место, в этом я вижу основу самой серьезной опасности. С этим нужно покончить и надо сказать товарищам, что не надо бояться вытаскивать кусочки жизни на свет божий, как бы они ни были неприятны. Наших товарищей мы должны повернуть в том смысле, чтобы они не смотрели лицом только к Москве, а научились смотреть лицом к крестьянству, которое они обслуживают, чтобы они язв не скрывали, а, наоборот, помогали нам вскрывать ошибки свои, преодолевать их и повести работу по тому пути, который намечен теперь партией.

Одно из двух (я уже не раз об этом говорил): либо мы вместе с беспартийным крестьянством, вместе с нашими советскими и партийными работниками на местах будем сами себя критиковать для того, чтобы улучшать нашу работу, либо недовольство крестьян будет накапливаться и прорвется в виде восстаний. Вы имейте в виду, что на основе новых условий, при нэпе, новый Тамбов или новый Кронштадт14 вовсе не исключены. Большое предостережение дало закавказское, грузинское восстание.15 Такие восстания возможны в будущем, если мы не научимся преодолевать и вскрывать наши язвы, если будем создавать видимость внешнего благополучия.

Вот почему я думаю, что здесь надо говорить не о недостатках и не об увлечениях отдельных писателей, вскрывающих изъяны в нашей работе, а об их заслугах.

Здесь я должен перейти к вопросу о наших писателях, корреспондентах. Я думаю, что мы дошли до того периода, когда одним из основных рычагов в деле исправления нашей строительной работы в деревне, в деле выявления наших недочетов, а, стало быть, исправления и улучшения советской работы могут стать рабкоры и селькоры. Мы, может быть, не все это понимаем, но для меня ясно, что с этого именно конца должно начаться улучшение нашей работы. Эти люди, в массе своей впечатлительные, горящие искрой правды, желающие обличать, желающие исправить во что бы то ни стало наши недочеты, люди, не боящиеся пуль, – вот эти люди, по моему, должны составить один из основных рычагов в деле выявления наших недочетов и исправления нашей партийной и советской строительной работы на местах.

Вот почему надо прислушиваться к голосу этих товарищей, а не хулить работников нашей прессы. Через них, как через некоторый барометр, непосредственно отражающий недочеты нашей строительной работы, мы очень многое могли бы выявить и исправить.

Насчет ЦКК я думаю, что ЦКК приняла в общем правильную резолюцию, – может быть, следовало бы кое что исправить, перередактировать.

В печати надо дело о Дымовке изложить так, чтобы наши товарищи поняли, откуда все это идет. Дело не в том, что селькор убит, тем более – не в том, чтобы секретаря окружного комитета или губкома не обидеть, а в том, чтобы поставить на рельсы дело улучшения нашей строительной социалистической работы в деревне. Это основное. Об этом идет речь.
И. Сталин. Крестьянский вопрос. М. Л., 1925.
К вопросу о пролетариате и крестьянстве

Речь на XIII губернской конференции московской организации РКП(б) 27 января 1925 г.16
Товарищи! Я хотел сказать несколько слов об основах той политики, которую нынче взяла партия в отношении крестьянства. Особо важное значение вопроса о крестьянстве в данный момент не подлежит сомнению. Многие даже, увлекаясь, говорят, что наступила новая эра – эра крестьянства. Иные стали понимать лозунг “лицом к деревне” как лозунг, говорящий о том, что надо повернуться спиной к городу. Некоторые договорились даже до политического нэпа. Это, конечно, пустяки. Все это, конечно, увлечение. Если отвлечься, однако, от этих увлечений, то остается одно, а именно то, что вопрос о крестьянстве в данный момент, именно теперь, приобретает особо важное значение.

Почему? Откуда это?

Имеются к этому две причины. Я говорю об основных причинах.

Первая причина того, что крестьянский вопрос возымел у нас в данный момент особенно важное значение, состоит в том, что из союзников Советской власти, из всех имеющихся основных союзников пролетариата, – а таких, по моему, четыре, – крестьянство является единственным союзником, который может теперь же оказать нашей революции прямую помощь. Речь идет о прямой помощи именно теперь, в данный момент. Все остальные союзники, имея за собой великое будущее и представляя величайший резерв нашей революции, все же, к сожалению, теперь прямой помощи нашей власти, нашему государству оказать не в силах.

Что это за союзники?

Первый союзник, основной наш союзник – это пролетариат развитых стран. Передовой пролетариат, пролетариат Запада, – это величайшая сила и это наиболее верный, наиболее важный союзник пашей революции и нашей власти. Но, к сожалению, положение дел таково, состояние революционного движения в развитых капиталистических странах таково, что пролетариат Запада прямую и решающую помощь теперь нам оказать не в состоянии. Мы имеем его косвенную, его моральную поддержку, цены которой нельзя даже назвать, которая неоценима, – до того она важна, эта помощь. Но это все таки не та прямая и непосредственная помощь, которая нам нужна теперь.

Второй союзник – колонии, угнетенные народы в мало развитых странах, угнетаемых странами более развитыми. Это, товарищи, величайший резерв нашей революции. Но он слишком медленно раскачивается. Он идет к нам на прямую помощь, но, видимо, не скоро придет. И именно поэтому он не в силах сейчас же дать нам прямую помощь в нашем социалистическом строительстве, в деле укрепления власти, в деле построения социалистической экономики.

Есть у нас третий союзник, неуловимый, безличный, но в высшей степени важный. Это – те конфликты и противоречия между капиталистическими странами, которые лица не имеют, но, безусловно, являются величайшей поддержкой нашей власти и нашей революции. Это может показаться странным, но это – факт, товарищи. Если бы две основных коалиции капиталистических стран во время империалистической войны в 1917 году, если бы они не вели между собой смертельной борьбы, если бы они не вцепились друг другу в горло, не были заняты собой, не имея свободного времени заняться борьбой с Советской властью, – едва ли Советская власть устояла бы тогда. Борьба, конфликты и войны между нашими врагами – это, повторяю, наш величайший союзник. Как обстоит дело с этим союзником? Дело обстоит так, что мировой капитал после войны, пережив несколько кризисов, стал оправляться. Это надо признать. Основные страны победительницы – Англия и Америка – возымели теперь такую силу, что получили материальную возможность не только у себя дома поставить дело капитала более или менее сносно, но и влить кровь во Францию, Германию и другие капиталистические страны. Это – с одной стороны. И эта сторона дела ведет к тому, что противоречия между капиталистическими странами развиваются пока что не тем усиленным темпом, каким они развивались непосредственно после войны. Это – плюс для капитала, это – минус для нас. Но этот процесс имеет и другую сторону, обратную сторону. Обратная же сторона состоит в том, что при всей относительной устойчивости, которую капитал пока что сумел создать, противоречия на другом конце взаимоотношений, противоречия между эксплуатирующими передовыми странами и эксплуатируемыми отсталыми странами, колониями и зависимыми странами, начинают все больше обостряться и углубляться, угрожая сорвать “работу” капитала с нового, “неожиданного” конца. Кризис в Египте и Судане, – вы об этом, должно быть, читали в газетах, – затем целый ряд узлов противоречий в Китае, могущих рассорить нынешних “союзников” и взорвать мощь капитала, новый ряд узлов противоречий в Северной Африке, где Испания проигрывает Марокко, к которому протягивает руку Франция, но которое она не сможет взять, потому что Англия не допустит контроля Франции над Гибралтаром, – все это такие факты, которые во многом напоминают предвоенный период и которые не могут не создавать угрозу для “строительной работы” международного капитала.

Таковы плюсы и минусы в общем балансе развития противоречий. Но так как плюсы для капитала в этой области пока что преобладают над минусами и так как ждать военных столкновений между капиталистами с сегодня на завтра не приходится, то ясно, что дело с нашим третьим союзником обстоит все еще не так, как этого хотелось бы нам.

Остается четвертый союзник – крестьянство. Оно у нас под боком, мы с ним живем, вместе с ним строим новую жизнь, плохо ли, хорошо ли, но вместе с ним. Союзник этот, вы сами знаете, не очень крепкий, крестьянство не такой надежный союзник, как пролетариат капиталистически развитых стран. Но он все же союзник, и из всех наличных союзников он – единственный, который нам оказывает и может оказать прямую помощь теперь же, получая в обмен за это нашу помощь.

Вот почему вопрос о крестьянстве именно в данный момент, когда ход развития революционных и всяких иных кризисов несколько замедлился, вопрос о крестьянстве приобретает особо важное значение.

Такова первая причина особо важного значения крестьянского вопроса.

Вторая причина того, что мы во главу угла нашей политики ставим в данный момент вопрос о крестьянстве, состоит в том, что наша промышленность, составляющая основу социализма и основу нашей власти, эта промышленность опирается на внутренний, на крестьянский рынок. Я не знаю, как будет обстоять дело, когда наша индустрия разовьется вовсю, когда мы с внутренним рынком справимся, и когда перед нами станет вопрос о завоевании внешнего рынка. А этот вопрос станет перед нами в будущем, – в этом можете не сомневаться. Едва ли в будущем мы получим возможность рассчитывать на то, чтобы отобрать у капитала, более опытного, чем мы, внешние рынки на Западе. Но что касается рынков на Востоке, отношения с которым у нас нельзя считать плохими, причем эти отношения будут улучшаться, – то здесь мы будем иметь более благоприятные условия. Несомненно, что текстильная продукция, предметы обороны, машины и пр. будут теми основными продуктами, которыми мы будем снабжать Восток, конкурируя с капиталистами. Но это касается будущего нашей промышленности. Что касается настоящего, когда мы даже третью часть нашего крестьянского рынка не исчерпали, то теперь, в данный момент, у нас основным вопросом является вопрос о внутреннем рынке и, прежде всего, о крестьянском рынке. Именно потому, что в данный момент крестьянский рынок является основной базой нашей промышленности, именно потому мы, как власть, и мы, как пролетариат, заинтересованы в том, чтобы всячески улучшать положение крестьянского хозяйства, улучшать материальное положение крестьянства, подымать покупательную силу крестьянства, улучшать взаимоотношения между пролетариатом и крестьянством, наладить ту смычку, о которой говорил Ленин, но которую мы все еще как следует не наладили.

Вот откуда вытекает вторая причина того, что мы должны, как партия, выдвинуть в данный момент на первый план вопрос о крестьянстве, что мы должны проявить особую внимательность и особую заботливость в отношении крестьянства.

Таковы предпосылки политики нашей партии по вопросу о крестьянстве.

Вся беда, товарищи, в том, что многие из наших товарищей не понимают или не хотят понять всей важности этого вопроса.

Часто говорят: в Москве наши лидеры взяли за моду говорить о крестьянстве. Это, должно быть, несерьезно. Это – дипломатия. Москве нужно, чтобы эти речи говорились для внешнего мира. А мы можем продолжать старую политику. Так говорят одни. Другие говорят, что речи о крестьянстве – одни разговоры. Если бы москвичи сидели не в канцеляриях, а приехали на места, они бы увидели что такое крестьянство и как налоги собираются. Такие речи приходится слышать. Я думаю, товарищи, что из всех опасностей, которые стоят перед нами, это непонимание нашими местными работниками стоящей перед нами задачи есть самая серьезная опасность.

Одно из двух:

Либо наши товарищи на местах поймут всю серьезность вопроса о крестьянстве, – и тогда они действительно возьмутся за дело вовлечения крестьянства в нашу строительную работу, за дело улучшения крестьянского хозяйства и укрепления смычки; либо товарищи этого не поймут, – и тогда дело может кончиться провалом Советской власти.

Пусть не думают товарищи, что я кого либо пугаю. Нет, товарищи, пугать нечего и нет смысла. Вопрос слишком серьезен, и к нему надо подойти так, как подобает серьезным людям.

Приезжая в Москву, товарищи часто стараются показать “товар лицом”, – дескать, у нас в деревне все обстоит благополучно. От этого казенного благополучия иногда тошно становится. А между тем ясно, что благополучия нет и не может быть. Ясно, что есть недочеты; которые надо вскрывать, не боясь критики, и которые нужно устранять потом. А ведь вопрос стоит так: либо мы, вся партия, дадим беспартийным крестьянам и рабочим критиковать себя, либо нас пойдут критиковать путем восстаний. Грузинское восстание – это была критика. Тамбовское восстание – тоже была критика. Восстание в Кронштадте – чем это не критика? Одно из двух: либо мы откажемся от чиновничьего благополучия и чиновничьего подхода к делу, не будем бояться критики и дадим себя критиковать беспартийным рабочим и крестьянам, которые ведь испытывают на своей собственной спине результаты наших ошибок; либо мы этого не сделаем, недовольство будет накапливаться, нарастать, и тогда пойдет критика путем восстаний.

Самая большая опасность состоит теперь в том, что многие наши товарищи не понимают этой особенности положения в данный момент.

Имеет ли этот вопрос – вопрос о крестьянстве – какую либо связь с вопросом о троцкизме, с вопросом, который у вас здесь обсуждался? Несомненно, имеет.

Что такое троцкизм?

Троцкизм есть неверие в силы нашей революции, неверие в дело союза рабочих и крестьян, неверие в дело смычки. В чем наша основная задача теперь? В том, чтобы, говоря словами Ильича, Россию нэповскую превратить в Россию социалистическую. Можно ли осуществить эту задачу, не осуществляя смычки? Нет, нельзя. Можно ли провести смычку, союз рабочих и крестьян, не разгромив теорию неверия в этот союз, т. е. теорию троцкизма? Нет, нельзя. Вывод ясен: кто хочет выйти из нэпа победителем, тот должен похоронить троцкизм, как идейное течение.

Перед революцией в октябре Ильич часто говорил, что из всех идейных противников наиболее опасными являются меньшевики, так как они стараются привить неверие в победу Октября. Поэтому, – говорил он, – не разбив меньшевизма, нельзя добиться победы Октября. Я думаю, что мы имеем некоторую аналогию между меньшевизмом тогда, в период Октября, и троцкизмом теперь, в период нэпа. Я думаю, что из всех идейных течений в коммунизме в данный момент, после победы Октября, в настоящих условиях нэпа, наиболее опасным нужно считать троцкизм, ибо он старается привить неверие в силы нашей революции, неверие в дело союза рабочих и крестьян, неверие в дело превращения России нэповской в Россию социалистическую. Поэтому, не разбив троцкизма, нельзя добиться победы в условиях нэпа, нельзя добиться превращения нынешней России в Россию социалистическую.

Такова связь между политикой партии в отношении крестьянства и троцкизмом.
Правда” № 24, 30 января 1925 г.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Похожие:

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 1 Полное собрание сочинений 1 Иосиф...
...

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 6 Полное собрание сочинений 6 Иосиф...
В. И. Ленина, под руководством товарища Сталина. Товарищ Сталин сплотил партию вокруг Центрального Комитета и мобилизовал ее на борьбу...

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 4 Полное собрание сочинений 4 Иосиф...
В четвертый том Сочинений И. В. Сталина входят произведения, написанные после Октябрьской революции, с ноября 1917 по декабрь 1920...

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 5 Полное собрание сочинений 5 Иосиф...
Наши разногласия”, “Об очередных задачах коммунизма в Грузии и Закавказье”, “Перспективы”, доклады на Х и XII съездах партии

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 10 Полное собрание сочинений 10 Иосиф...
Десятый том Сочинений И. В. Сталина содержит произведения, написанные с августа по декабрь 1927 года

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 8 Полное собрание сочинений 8 Иосиф...
Восьмой том Сочинений И. В. Сталина содержит произведения, написанные с января по ноябрь 1926 года

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 3 Полное собрание сочинений 3 Иосиф...
Третий том содержит основные произведения И. В. Сталина, относящиеся к периоду подготовки Великой Октябрьской социалистической революции...

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 13 Полное собрание сочинений 13 Иосиф...
Тринадцатый том Сочинений И. В. Сталина содержит произведения, написанные с июля 1930 года по январь 1934 года

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 12 Полное собрание сочинений 12 Иосиф...
В двенадцатый том Сочинений И. В. Сталина входят произведения, написанные с апреля 1929 года по июнь 1930 года

Иосиф Виссарионович Сталин Том 7 Полное собрание сочинений 7 Иосиф Виссарионович Сталин Полное собрание сочинений iconИосиф Виссарионович Сталин Том 11 Полное собрание сочинений 11 Иосиф...
Одиннадцатый том Сочинений И. В. Сталина содержит произведения, написанные с января 1928 года по март 1929 года

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
uchebilka.ru
Главная страница


<